Поезд замедлил ход. Он подходил к станции, на которой выходила Татьяна. Как же давно она не была здесь. Чувств, которые ощущала Татьяна, невозможно передать... Это надо пережить самому. Татьяна вышла на перрон. Он был пуст. Она пошла к виадуку.
Когда поднялась на последнюю площадку, перед ней открылась знакомая с детства панорама. Весь небольшой посёлок был как на ладони. Она вспомнила, как детьми любили смотреть отсюда и находить свои улицы и дома. Она быстро отыскала улицу и дом родной. Правда, дом уже не был её. В нём живут совершенно чужие люди.
Обычно в свой отпуск Татьяна ехала в Турцию или в Таиланд. Но в этот раз, задолго до отпуска, она поняла, что поедет на свою малую родину.
Решила зайти к своей школьной подруге, если у неё нельзя будет остановиться, то снимет комнату. Подруга жила на той же улице, где всё знакомо было Татьяне.
Подойдя к калитке дома, Татьяна увидела женщину и не сразу узнала в ней свою лучшую подругу.
— Как же она постарела, располнела... — подумала Татьяна.
— Анютка, можно к тебе? — спросила она.
Анна подошла к калитке и, прищурившись, посмотрела на Татьяну.
— Танечка, ты ли это, была красавицей, сейчас ещё краше стала! — воскликнула она! — Надолго к нам, а может, насовсем? — смеясь и обнимая Татьяну, спросила Анна.
Подруги вошли в дом. Когда-то этот дом был самым красивым и просторным на их улице. Сейчас же Татьяна увидела низкие потолки и крохотные комнатки.
— Аня, как ты живёшь, как дети, Виктор? — спросила Татьяна.
— Дети в Москве, не каждый год приезжают, скучаю сильно по ним, а Виктора не стало в том году, попал в аварию. Одна я осталась, Танечка. Как ты? Как надумала приехать?
— Не поверишь, душа позвала, да так, что еле отпуска дождалась. Можно мне у тебя остановиться?
— Да, конечно! Я только рада буду! Живи сколько хочешь! У тебя-то семья есть?
— Дочка, а замужем не пришлось побывать, родила от женатого...
— Да как же так, Танечка? Ведь ты была самой красивой из всех девчат нашего класса. За тобой все мальчишки бегали, и мой Витя был не исключением!
— Не родись красивой, а родись счастливой, — ответила Татьяна.
— А дочка как и где живёт?
— Вышла замуж за француза, в Париже живут.
— Ух ты!! Ты-то к ней ездила?
— Да, три раза была.
— Ну и как Париж? Люди там какие?
— Париж как Париж, мне Москва нынешняя лучше нравится. А люди они везде одинаковы, — ответила Татьяна.
Анна, разговаривая, накрывала на стол.
— Танечка, у меня разносолов нет, но всё почти своё, без нынешней химии. Садись за стол, посидим, выпьем настоечки из облепихи, повспоминаем детство наше босоногое. А завтра устроим экскурсию по нашему посёлку.
Они проговорили до полуночи. И смеялись, и плакали...
Таня проснулась от солнышка, ярко светившего в окно и весёлого пенья птиц.
Вышла на крылечко. Села на ступеньку и подумала, как здесь хорошо!
Из огорода с огурцами в подоле фартука, улыбаясь, подошла Аня.
— Как спалось на родине? — спросила она.
— Как в детстве! Хочу в свой дом зайти. Кто сейчас в нём живёт?
— Позавтракаем и пойдём. Баба Маня там живёт. Одинокая старушка.
Пока Татьяна шла к дому, в её голове кинолентой мелькали воспоминания о самых счастливых и светлых годах.
Залаяла, выскочив из будки, небольшая дворняжка. Но услышав от Ани своё имя, завиляла хвостиком, как бы извиняясь за своё негостеприимство. Подружки прошли во двор.
У Татьяны забилось так сердечко, что казалось, оно сейчас выскочит из груди.
Она присела на ступеньку родного ей крыльца.
Из-под слоёв краски виднелось её имя, когда-то вырезанное её одноклассником Андрюшкой.
— Интересно, где он сейчас? — подумала она.
Аня присела рядом и, поняв подругу, сказала:
— Андрей сейчас директор школы. Никто никогда бы не подумал, что он, бывший хулиган, озорник, выберет эту профессию. А из него получился прекрасный педагог. Его любят и уважают как дети, так и их родители.
Татьяна, улыбнулась: — Да, удивил, Андрюшка!
Из дома вышла баба Маня, увидев двух женщин, спросила: — Вы к кому? Тебя-то, Аннушка, я знаю. С тобой кто?
Аня объяснила, кто такая Таня. Баба Маня позвала их в дом.
Войдя в дом, Татьяна обратила внимание на косяк двери. На нём отец каждый год в её день рождения делал отметки, на сколько она подросла за год. Они сохранились...
Остальное всё было уже чужим. Была убрана перегородка, что отделяла детскую спальню от родительской. Мебель была другая. Единственное, сохранился шкаф, сделанный ещё дедом. Мама этот шкаф называла буфетом. Он был и остался изящным, обрамлённый тонкой и красивой резьбой.
Дедушка Тани делал сам мебель, и к нему вставали в очередь за такими шкафами.
Баба Маня пригласила к столу, но подруги, сославшись на то, что ещё много дел, вышли на улицу.
— На кладбище сегодня сходим или в следующий раз? — спросила Аня.
— Давай завтра. Сегодня надо купить краску для оградок и всё остальное, чтобы навести там порядок.
— А что покупать, я каждый год что надо обновляю и убираю траву. На родительский день прихожу как к своим, так и к твоим с цветами.
— Ты же знаешь мой телефон, позвонила, я бы денег выслала, — ответила Татьяна.
— Танечка, ты не звонила, а когда я тебе звонила, ты не брала трубку... Я подумала, что не хочешь общаться...
— Прости меня, пожалуйста, Анечка! Я и правда виновата перед тобой. И нет мне оправданья...
— Да что уж... Все мы люди и можем ошибаться. Главное — понять свои ошибки! Думаю, что твоя душа не зря привезла тебя в твоё прошлое... Ты оставайся на весь отпуск, мы организуем встречу одноклассников, а Андрей нам поможет.
Будем ходить на речку. Помнишь наш плёс на Инюшке? Как наши мальчишки не боялись быстрого течения и соревновались между собой в плаванье? А мы выбирали место, где потише, да помельче...
Подруги рассмеялись.
У Татьяны легко стало на душе, и она дала согласие на предложение Ани.
Им потребуется немало вечеров, чтобы вспомнить те годы.
Возможно, самые счастливые в их жизни...
Спасибо за этот добрый рассказ