других-то его источников… Не осталось. Но наверняка их срока работы хватит ещё на десяток-другой лет.
А потом?
Потом, впрочем, их не касается.
Себе на сравнительно обеспеченную старость они заработали. И если Ведьмы совсем уж закончатся, как и средства связи сдохнут – как-нибудь просуществуют. Вон: целых три «клада» организовали.
Хотя иногда у Хенрика перед глазами вставала жутковатая картина: череп с оскаленным ртом. То, что осталось от старика, который пришёл к своему тайнику на Полигоне «на чёрный день», и не смог попасть внутрь.
Ну, они-то так облажаться не должны.
В их «логове» всё предусмотрено. Под рукой. Осталось дотопать.
Взобравшись на остатки фундамента, он обозрел окрестности в их бинокль. Нет, окрашенная в поле зрения бинокля в нежно-зелёный цвет равнина совершенно безжизненна и пуста. А он – торчит, как дурак, выделяясь на фоне неба перед потенциальными хищниками и врагами…
Только вот нет здесь ни хищников, ни врагов.
Вымирает и население, и животный и растительный мир его родины.
Печально, да.
Он спустился вниз. Достал фляжку. Отхлебнул солоноватой воды. Пожал плечами: даже думать – лень. Да и не о чём.
Впрочем – может, подумать как раз стоит. И хватит откладывать эти неприятные мысли на потом, словно он их боится.
Предпоследняя Ведьма прокляла его.
Не то, чтоб он в силу «проклятий» верил. Нет: сталкиваясь с так называемой «нечистью» чуть не каждый день, Хенрик как раз убедился, что во всех этих сплетнях и слухах нет и на кончик ногтя – правды. Ну не могли, не умели их современницы – колдовать!
Во-первых – утрачены все книги об этом. Источники, откуда можно было бы почерпнуть эти самые заклинания и обряды. А то, что оставалось – сплетни, слухи, домыслы – ну никак не могло помочь овладеть силой колдовства!
Хенрик покачал головой: кого он хочет убедить? Ведь на самом-то деле он…
Боится.
Того, что когда ляжет спать, ему снова приснится…
Волосатая сексапильная Ведьма!
На этот раз она просто возникла перед ним.
Материализовалась прямо из воздуха. Хотя босые миниатюрные ступни с изящными пальчиками выглядели, как твёрдо и уверенно стоящие на земле. Хенрик, где-то очень глубоко в сознании, почувствовал… удовлетворение! Что явилось сюрпризом и для него самого.
Или – не явилось?
Но на этот раз он не стал ждать, когда она заговорит, или припечатает его своим телом к спальному мешку: вылез из него. Подошёл. Обнял. Откинул волосы с лица – а красивое лицо! - и принялся целовать!
Она отвечала. И губы её оказались… Слаще мёда! Так, кажется, обозначали это ощущение далёкие предки в книгах и фильмах…
Он уже совсем было уложил её на свой спальник, и приготовился заняться тем, чем она ещё в первый раз предлагала, но…
- Вот же сволочь!!! Проснись! Достал ты уже! Хорош стонать!
Хенрик обнаружил, что лежит всё ещё в спальнике, а Тони лупит его по щекам. Руку брата Хенрик перехватил. Сказал:
- Хватит. Я – в себе.
- Ага, в себе, как же! Ты мне это уже в третий раз говоришь!
- Что? Так я – говорил?!
- А то! Ты начал стонать, и извиваться. Ну, думаю – опять кошмар. Подхожу, чтоб разбудить, трясу за плечи, а ты мне заявляешь: «Всё в порядке! Я не сплю!» Правда, глаз ты при этом не открыл. Мне бы, дубине, догадаться, что это – входит в сценарий кошмара, а я… Догадался только на второй раз – но тогда я, вроде, добился, чтоб ты открыл глаза… А ты – что? Не помнишь этого?
- Нет. – Хенрик, чтоб не вводить брата в очередной раз «в заблуждение», вылез из спальника. Подошёл к рюкзаку. Достал фляжку, выпил три скупых глотка. Эти привычные обыденные действия, вроде, позволили ему прийти в себя. Но…
Но если он и впредь, вот так, ловко «прикидываясь», будет спать, вроде как – бодрствуя, это ни к чему хорошему не приведёт.
Он может и абсолютно утратить чувство… Реальности.
И спятит. Шизофрения? Сомнамбулизм?
А ведь именно этого наверняка и добивается чёртова… Дочь!
- Слушай, - Тони принялся чесать в который раз затылок под шапкой, - Мне пришла в голову мысль!
Хенрик на него посмотрел. Но Тони не заткнулся:
- Мысль, говорю, мне пришла. А что, если наши предположения о том, что у некоторых Ведьм в результате тренировок, или «естественного отбора» всё же – возникло что-то вроде телепатии?!
И сейчас она, ну, дочь эта, воздействует на тебя?! Насылая кошмары?
- Ну уж нет. Сегодня она точно – ничего не насылала.
- Почему ты так думаешь?
- Сегодня – я был активным действующим персонажем. Сам завалил её на мой спальник, сам целовал, сам начал было…
И тут ты меня разбудил. Я даже не успел, - он хмыкнул. – ощутить «неземное блаженство»! Поскольку просто не успел достать своё хозяйство из штанов.
- Ах, вот как… Хм. А я ведь тебе говорил: воспользуйся борделем в предпоследнем месте работы! Я вот – воспользовался, и теперь меня никакие сексуальные фантазии не преследуют!
Хенрик на брата снова посмотрел. Прищурился. Почесал, как и тот, в затылке.
А ведь то, что говорит Тони – имеет смысл!
Он – молодой и здоровый (Сравнительно!) половозрелый мужчина. И физиология запросто может брать своё!
Но проституток поблизости нет. Значит…
- Ну-ка, давай, бди! Нет, отвернувшись. Я…
Решил воспользоваться твоей «умной» мыслью о том, что «сексуальное возбуждение» можно снять только одним способом!
Похихикивающий паршивец Тони отвернулся. Типа, обозревать горизонт.
Хенрик запустил руку в штаны – расстёгивать сейчас ничего нельзя: можно запросто это «хозяйство» отморозить…
