Пятно серое… Столица. Конец зимы. Вместо снега — рыхлая противная каша под ногами. Лала стоит перед консерваторией. Тут работает Стелла, дочь Валентины Даниловны.
— Я вас слушаю.
Огромные серые глаза. Будто сотни глыб лежалого льда смотрелись в них и застыли. Изысканный подбор цветов: голубое пальто, бордовый шарф и бордовые высокие сапоги. Сумка сизо-голубая: так, чтобы почти растворялась в пальто, но при этом оставляла штрих обособленности. Каштановая челка, волосы свободно лежат на плечах. Гармония.
— Я ученица Валентины Даниловны. Она много рассказывала мне о вас. Это вам.
Банка с черной смородиной перекочевала в сизую сумку.
— Спасибо. Мама опять трудилась. Зачем?..
— Но…
— Прогуляемся немного? — голубой рукав подхватил Лалу под руку.
— Я не в первый раз слышу про то, что мама одна и работает в нашей музыкалке. Поверьте, мы не раз обсуждали это. Но она не хочет ничего слышать. Со стороны может показаться, что я неблагодарная дочь, но это не так. Куда я ее приведу? У нас двухкомнатная маленькая квартира, мы с мужем занятые люди, ребенку нужно правильное питание, а она как приедет, начинает пичкать его своими оладушками, сырниками и пирожками. Все на масле. Они очень вкусные, но у ребенка гастрит. Ему нельзя это. Скажешь — обижается. Не выскажет, но я не глухая и не слепая, все замечаю. Мужу после работы нужен отдых, тишина, а она хочет слушать концерт по телевизору, включает на полную громкость. Комнаты у нас смежные: не выйти, не пройти так, чтобы мама не заметила. К нам приходят друзья, ведутся беседы, мама перетягивает одеяло на себя. Что-то вспомнит и говорит монологом минут по двадцать. Она не виновата, это профессиональное, но что мне делать?..
…Показалось или правда?.. Холодные серые глаза наполнились влагой, взгляд стал чуткий, тревожный, теплый.
— А приеду навестить, так вместо отдыха — поучения: и то я делаю не так, и это не так. И ребенка не так воспитываю, и с мужем не так разговариваю, и обед не так варю.
— Она вас очень любит, гордится вами, — пролепетала Лала.
— Я ее тоже очень люблю. Вам спасибо за хлопоты. Вот мой телефон. Можно будет как-нибудь встретиться, если захотите. Весной, когда потеплеет.
И пошла, не оборачиваясь: прямая, высокая, стройная. Голубое пальто, бордовый шарф обвернул воротник.
Лала трогает свою светло-коричневую куртку. Она пахнет духами Стеллы.
***
Пятно общее… Картина к выставке. Лала нанесла еще несколько мазков, отошла, придирчиво вгляделась. Еще капельку белого сюда, тут высветлить, сюда — берлинскую лазурь, тут наоборот сгустить веронской зеленью… Всё, последние штрихи нанесены…
…Фон светло-коричневый, справа обрывки листов из календаря, нотные знаки, слева уходящая вдаль дорога, обсаженная соснами.
На переднем плане молодая женщина с красивым лицом и прозрачными серыми глазами.
Серые глаза — рассвет,
Пароходная сирена,
Дождь, разлука, серый след
За винтом бегущей пены.
Пароходная сирена,
Дождь, разлука, серый след
За винтом бегущей пены.
На заднем плане полная немолодая женщина в цветастом платье и тапочках. Седоватые редкие волосы стянуты узлом. Лицо открыто, и на нем синие провалы глаз, будто небо отразилось в них.
Удивленное синее небо…Синие глаза — луна,
Вальса белое молчанье,
Ежедневная стена
Неизбежного прощанья.1
Вальса белое молчанье,
Ежедневная стена
Неизбежного прощанья.1
P.S. На выставке в Венгрии первое место завоевала картина «Серые глаза, синие глаза» молодой художницы Лалы Павловской. Тома – добрая душа – ликовала!
1.Строки из стихотворения Р.Киплинга «Серые глаза – рассвет»
