объективно, поведение у меня было скорее хорошее, а прилежание всегда было неудовлетворительное. Я очень неаккуратно вел дневник и тетрадки, никогда не переписывал в тетрадки задание и не оформлял должным образом решения.
Меня всегда упрекали в том, что я "в папу", который всегда отличался повышенной рассеянностью и невнимательностью, поэтому ругали меня в основном за то, что я забыл вытереть ноги, не помыл посуду и так далее, но к концу одиннадцатого класса, благодаря хождению на подготовительные курсы при институте и занятиям информатикой, я уже знал, что случайные ошибки мне больше не страшны, однако посуду очень часто забываю мыть и сейчас. В детстве родители меня не приучили быть самостоятельным, часто все делали за меня и я к этому привык. Раньше, когда мама говорила, что мне обязательно нужна домоработница, я говорил, что это не проблема, потому что у меня хорошие предпринимательские способности и я буду много зарабатывать. Но сейчас выяснилось, что у меня нет никакого желания работать из-за денег, для того, чтобы зарабатывать, а те профессии, которые меня интересуют, обычно даже не связаны с хорошим материальным положением.
Обычно после школы я читал художественную литературу, потом шел гулять. Среди моих друзей было модно заниматься культуризмом, поэтому на улице целью моих прогулок в основном было хождение от турника к брусьям, а потом к турнику в каком-нибудь другом дворе. Иногда мы в подъезде играли в жмурки, иногда просто так ходили туда-сюда. Зимой я часто ходил на каток, летом катался на велосипеде, в старших классах - на скейте. Очень любил играть в настольный теннис, занимал в школе и в пионерском лагере первые места. В седьмом классе в течение года занимался Ушу.
Летом с родителями ездил отдыхать. Предпочитал активный отдых с постоянными экскурсиями, получением максимального количества ярких впечатлений, интересной информации.
С пятого класса я по настоянию классного руководителя стал вести литературный дневник. В нем нужно было записывать краткие отзывы о прочитанных книгах и подсчитывать количество страниц, прочитан¬ных за каждую четверть. Это было моим любимым и единственным регулярно выполняемым домашним заданием. Начиная с шестого класса я стал читать только классику. В седьмом классе я прочитал "Преступление и наказание" Достоевского и с тех пор Достоевский стал моим любимым писателем. К десятому классу я прочитал полное собрание сочинений Достоевского. В основном я читал романы Толстого, Гюго, Диккенса, а также произведения по школьной программе.
В седьмом классе я любил ходить в видеосалоны. После школы до шести часов я читал, а потом к семи часам шел в видеосалон. Тогда видеомагнитофоны были большой редкостью и фильмы про карате, боевики и другие третьесортные американские фильмы по телевизору не показывали, поэтому было модно друг перед другом хвастаться, кто смотрел сколько фильмов с участием Брюса Ли или Арнольда Шварцнеггера. Это увлечение кино скоро прошло и возобновилось на четвертом курсе института, когда я узнал о существовании Музея кино. В старших классах я любил с родителями ходить на концерты и в театр.
Начиная с десятого класса один день в неделю мы ходили заниматься на учебно-производственный комбинат. Я выбрал класс информатики и мне очень понравилось программирование. Впервые в моей жизни появился такой предмет, о котором я мог не только сказать, что у меня есть к этому предмету способности или что он мне нравится. Мои знания позволяли достичь конкретного результата. С тех пор, помимо диплома о присвоении мне квалификации оператора ЭВМ, я получил квалификацию инструктора по развитию эйдетической памяти, квалификацию специалиста по работе с ценными бумагами, диплом эксперта по операциям с недвижимостью, квалификацию менеджера по туризму, а также, после окончания института, квалификацию менеджера. Однако, до сих пор, единственное, чему я действительно научился - это написанию компьютерных программ. Понадобилось пять лет проучиться в Академии Управления, чтобы понять, что там ничему не учат, а всякого рода курсы для повышения квалификации предназначены только для того, чтобы заработать на обучающихся деньги. Конечно, ничто не проходит даром, однако пять лет жизни, которые я будто бы "проучился" в институте, можно было бы потратить совсем по-другому, то есть действительно учиться. Глупо винить в этом только институт, конечно же, в первую очередь виноват я.
Но в старших классах школы, в отличие от института, у меня было уважительное отношение к своему времени. Для меня немыслимо было даже представить, что я могу ничего не читать хотя бы в течение недели. Уровень своего образования я оценивал не успехами в школе, а количеством прочитанных мною художественных книг, поэтому в десятом классе я окончил первый этап курсов быстрого чтения Олега Андреева.
Летом после окончания школы я решил заняться проблемой развития своей памяти. Проблема возникла неслучайно. Я ведь никогда не учился специально и не привык ничего запоминать, однако быстрое чтение, которым я к тому времени овладел, имело смысл только в случае, если прочитанная информация будет запоминаться. Я дал объявление в "Из рук в руки" о том, что куплю книги по развитию памяти, а также объездил все магазины в поисках этих книг. Я стал читать и конспектировать научно-популярную литературу. Следующим летом я закончил курсы "Центра Эйдос" и получил диплом инструктора по развитию образной памяти. Со мной в основном учились психологи и преподаватели из разных городов. После общения с ними я стал интересоваться психологией.
Учась на втором курсе института, я одновременно поступил на второй этап курсов быстрого чтения Олега Андреева и на курсы быстрого чтения на Кутузовском проспекте. Потом я закончил курсы развития памяти на Кутузовском проспекте.
Начиная с конца одиннадцатого класса школы я стал работать организатором переездов и погрузо-разгрузочных работ. Я давал объявления в "Из рук в руки" о том, что бригада грузчиков ищет работу. Мне звонили по объявлению и я должен был договориться с клиентом о цене за предоставляемых мною грузчиков и\или грузовую машину. После этого я должен был договориться с грузчиками о том, чтобы они выполнили данный заказ, после чего грузчики и водитель машины платили мне процент от общей суммы. В газете "Из рук в руки" иногда было до пятидесяти таких же, как и у меня, одинаковых объявлений, поэтому основной моей задачей было разговаривать так, чтобы клиент договорился именно со мной. Многие водители и профессиональные грузчики, с которыми я работал, давали объявления сами, но чаще получали заказы от меня.
Организацией грузоперевозок я занимался до конца второго курса, но мне ужасно надоело вечерами на пролет сидеть на телефоне, поэтому на третьем курсе я устроился работать в агентство недвижимости и занимался расселением коммунальных квартир. Денег я почти не заработал, зато получил большой опыт общения с людьми.
Летом перед четвертым курсом я устроился работать менеджером по продажам. У меня была перспектива в дальнейшем неплохо зарабатывать. Но я узнал о существовании Музея кино и, в связи с тем, что одновременно учиться, работать и часто ходить в кино очень сложно, я перестал работать.
Кстати, когда я учился в институте, родители даже были против того, чтобы я работал. Действительно, я ведь должен был учиться, у меня всегда было желание учиться, но чему?
В анкете, которую мы заполняли на продвинутом этапе в тренинговой компании "Новый пролог", был вопрос: какие наиболее сильные впечатления оказали влияние на становление вашего характера? Я ответил, что это творчество Достоевского, Толстого, Чехова и др. писателей, а также фильмы Бунюэля, Тарковского, Дрейера, Брессона, Одзу, Пазалини, Фасбиндера, Куросавы и других режиссеров.
Но почему, если меня всегда интересовали только литература, психология и кино, я учился в Академии Управления? И зачем я туда поступил? Думаю, можно ответить следующим образом: я знал, что физика и химия меня не интересуют, поэтому технические вузы отпадали, а после гуманитарных вузов я бы не смог устроиться на высокооплачиваемую работу, право меня не очень интересовало, оставалась одна дорога – экономический вуз.
Но, к сожалению, в институте я, можно сказать, вообще не учился.
Большинство рефератов и курсовых работ я начинал писать за два-три дня до того, как их нужно было сдавать, лекции вообще не читал, к экзаменам обычно готовился в ночь, перед экзаменами. За пять лет учебы, по экзаменам у меня было две тройки, пятнадцать четверок и двенадцать пятерок. За курсовые – одна тройка, четыре четверки и семь пятерок. Зачеты я только дважды сдавал со второго раза.
На первом курсе, когда по истории экономических учений, преподаватель в числе четырех человек, которые получили "автомат", назвал меня, я был в шоке и долго не мог прийти в себя, потому что "автомат" могли получить только те, кто присутствовал на всех занятиях и получил пятерку за контрольную. Но ко мне эти никак нельзя было применить. Я просто произвел на преподавателя хорошее впечатление.
Забавная ситуация была на пятом курсе, когда я вообще не знал ответа на экзаменационный билет и просто его придумал, написал то, что мне казалось правильным. После слов преподавателя: "Вы это красиво списали. А теперь, пожалуйста, своими словами." - я чуть не рассмеялся и признался, что я это только что сочинил.
Я думаю, что в связи с тем, что у меня хорошо развито чувство эмпатии, я просто умел правильно себя вести с преподавателями.
Мне были интересны многие из изучаемых предметов, однако этот интерес не имел вообще никакого отношения к обучению в институте, потому что на лекциях по всем предметам преподаватели занимались тем, что читали плохо отобранный и нескладно отредактированный текст, на скорую руку переписанный из учебников, а студенты, как "бараны", вернее, как ученики начальных классов, записывали этот текст под диктовку. Конечно, такое сравнение очень грубо, но я видел не только абсолютную неэффективность системы преподавания, то есть того, как преподают[?.A.O.1][1], но и само содержание лекций и учебных занятий, то есть то, что преподавали, часто было на каком-то пещерно-приметивном уровне. То, что семинары, на которых один человек читает доклад или решает что-то у доски, а другие занимаются своими делами или переписывают решение с доски – являются неэффективными, я думаю, является очевидным.
Конечно, вместо того, чтобы винить в некачественных лекциях преподавателей, нужно просто учиться самому и, если есть желание учиться, качество лекций уже не имеет никакого значения.
После окончания института я до середины октября практически не пытался устраиваться на работу. За три месяца я только трижды ездил на собеседования. Я регулярно покупал газеты по трудоустройству, но почему-то подчеркивал в них только те объявления, в которых требовались либо психологи, либо менеджеры по персоналу либо по связям с общественностью. Но дальше подчеркивания дело не заходило. Тот факт, что я
