чтобы... И все девушки с точностью выполняли указания с неимоверно серьёзными лицами. А я... я забилась в дальний уголочек, наблюдая за этой натуральной оргией, и то краснела, как в пятом классе на уроке биологии, где нам на пальцах объясняли про пестики и тычинки, то бледнела, то зеленела, силясь понять, как так получилось, что я оказалась среди этого, но чаще - ржала, как ненормальная, закусив кулак. Серьёзно, это... это просто надо видеть. Честно, мне стало даже немного жалко "хозяина": если они всерьёз попытаются применить на нём всё это, боюсь, он больше никогда ни на одну женщину не взглянет. По крайней мере, без содрогания.
Из-за того, что я отказалась насиловать несчастные куклы, евнух приказал мне после уроков прибраться здесь. Пф, ну невелико наказание.
Последним уроком у нас были танцы. О да, моя прелесть.
Преподавала нам их, слава Богу, женщина (а то если бы ещё один евнух, моё чувство прекрасного этого не пережило бы) - тахри лет сорока, с мудрыми тёмными глазами, сохранившая зрелую красоту и женственность. Танцевала она очень даже неплохо, а главное объясняла и прорабатывала каждое движение. Жаль только, что здесь преподаются только восточные танцы, впрочем, они же и мои самые любимые.
Я особо не выпендривалась, а точнее старательно делала вид, что я в этом вопросе такой же неуч, как все остальные. Не знаю толком зачем, просто интуиция подсказывала вести себя именно так. Чтобы впоследствии со многими "подружиться" и выведать полезную информацию.
Конечно, плана побега у меня ещё не было и быть не могло: я слишком плохо знаю этот особняк, как хорошо он охраняется и уклад жизни в нём. Со временем разберусь, главное только к тому моменту сохранить себя. Во всех смыслах. А это, думается мне, в таких условиях не слишком простая задачка.
Всё, что я могла пока наметить, это подобраться как можно ближе к "языкам", то есть источникам полезной информации: тахри, евнухам, рабыням - особенно тем, которые здесь давно и лучше знают особняк, ну и, может быть, к госпожам. Держаться подальше от "хозяина". Строить из себя очень скромную молчаливую девушку, по возможности слиться со стеной. А потом, если удастся выйти из особняка - найти кого-нибудь из весьма немногочисленных знакомых из Шатвихала и попросить их помочь добраться до Айраса.
Только так я, может быть, выберусь.
Заметив, что я осталась в классной комнате одна, планомерно внушила себе максимально оптимистичный в такой ситуации настрой и почувствовала, как тиски, сжимавшие меня, понемногу отпускают. Я всё ещё тосковала по Азалии, и вряд ли когда-то перестану, я всё ещё боялась за своё будущее и не на все вопросы из прошлого нашла ответы, но сегодня, здесь и сейчас, отодвинула это от себя, освободилась - на краткий, но счастливый миг. Музыки не было, только та, что звучала у меня в душе - горькая, почти похоронная, весёлая, страстная. Просто - крышесносная. И я, расправив крылья, танцевала - танец освобождал меня от любых оков... всегда...
Я танцевала на пределе чувств, с кусками плоти срывая с себя все маски, все невысказанные слова, все невыплаканнные слёзы... Забывала, где я, и кто я теперь...
...Когда, наконец, выдохлась - зачем-то вскинула вверх полупрозрачную дупату, улыбаясь по-детски непосредственно, словно сыграв тем самым последний аккорд в той безумной мелодии собственной души. Но платок перехватили прежде, чем он снова приземлился мне на голову.
Передо мной стоял надушенный, напыщенный Орхан эль Салмах, возникший из ниоткуда.
Что он, чёрт подери, здесь забыл?! В гарем ведь он заходит очень редко... так, по крайней мере, мне говорили.
Я стояла красная, как рак, будто застигнутая за чем-то крайне постыдным.
- Так ты танцовщица... - пошло улыбнулся он, проглотив меня целиком мерзким масляным взглядом, - Да какая умелая... Станцуешь завтра для меня. - Не просьба - приказ.
Я не знаю толком почему, но сама мысль танцевать перед ним показалась мне настолько отвратительной, что язык сработал быстрее мозга:
- Нет!
Прищурившись, отчего его взгляд стал почти змеиным, он схватил меня за плечи - так, что синяки там будут точно. Браво, мужик.
- Мне не перечат. - Отрезал он, всё больнее сжимая мои плечи, словно норовя переломить меня напополам, - Впрочем... я видел достаточно. Ты права, можно и без прелюдий. - Сказав это, он зачем то стянул с мизинца кольцо, и уронил его прямо мне под ноги. После чего... молча ушёл, оставив меня в полнейшем недоумении.
И что это было?..
К большому сожалению, ответ на этот вопрос нашёлся очень быстро.
...
Подняв с пола брошенное кольцо, я задумчиво рассматривала его - крупное, мужское, с небольшим рубином.
Насчёт того, что может значить такой подарок, была только одна догадка, и весьма неутешительная. Скорее всего, это милостивое хозяйское приглашение... в кроватку.
Зло стиснула зубы. Нет уж, хлыщ неотесанный, обойдёшься.
Хотела было кинуть эту "милость" куда подальше, но, задумавшись, сжала в кулаке. Для того, чтобы добраться до Айраса, мне понадобятся деньги, причём не так уж мало.
Кое-как переборов омерзение, спрятала кольцо в лиф платья, а после, вздохнув, направилась обратно в гарем, надеясь, что о "милости" больше никто пока не знает.
- Вот ты где, илври*, - Едва я спрятала кольцо под подушку (где лежал и жемчуг), ко мне подбежала тахри - та, что меня вчера встретила. - А я ищу тебя полчаса! Господин велел тебе готовиться.
К жертвоприношению? К харакири у него на глазах?
- К чему? - Всё-таки уточнила я.
- К райскому наслаждению! - Доверительно поведала тахри, напомнив рекламу "Баунти" и заставив скучающую по сладкому сладкоежку печально вздохнуть, - Господин примет тебя в свои объятия.
М-да. Может, всё-таки лучше харакири?.. Нет?.. Жалко.
И как выкручиваться?..
- О!! Правда? - Сделала я безумно обрадованную моську, но тут же "погрустнела", - Но, тахри... я ведь больна.
- Чем?!
Так, чем... Чёрт, ну почему я не разбираюсь в медицине, ну почему??
- Эм... очень больна. Это связано с... с женским здоровьем, - импровизируя, несла какую-то околесицу я, - Доктор, в смысле, лекарь, сказал мне, что любой мужчина, который разделит со мной ложе, будет потом мучиться... и не сможет иметь детей.
С секунду тахри смотрела на меня огромными испуганными глазами, а потом вдруг расхохоталась.
- Видала я таких, пугливых девственниц, - отсмеявшись, сказала она, - Не бойся, господин наш ласков, - ага, верю, аж десять раз. Стоп, а откуда у неё вообще такая уверенность? - Поверь, слаще этого нет ничего на свете...
- Я не боюсь, тахри, напротив! Я правда больна! - "Огорчённо" уверяла я.
- Всё, хватит. - Не повышая голоса, но сурово и бескомпромиссно осекла она. - Лекарь осмотрит тебя, и если не выявит никаких отклонений, в чём я больше чем уверена, то ты пойдёшь в покои господина.
Подумав с секунду, я покорно кивнула, пряча улыбку в уголках губ, и, когда тахри отвернулась, жестом приказав мне следовать за ней, я быстро выгребла из-под подушки "сокровища" и спрятала их за лифом.
Ну посмотрим.
...
В лечебнице пахло травами, плыл пар от готовившихся рядом снадобий, стояло пять кроватей - куда приличнее на вид чем те, на которых мы спали. Лекарей было двое, обе - женщины, и обе взялись осматривать меня, но загвоздка заключалась не в этом.
Мой бесхитростный и древний как мир план - подкупить лекаря, чтобы та признала меня "непригодной для службы" - провалился по одной простой причине: тахри присутствовала при проверке и наотрез отказалась уходить, какими бы хитростями я ни пыталась её выпроводить.
Вердикт был один - я полностью здорова.
- Что-то ты не выглядишь обрадованной этой новостью. Значит, не было никакого лекаря, говорившего, что ты чем-то там больна. - Ехидно, всезнающе ухмыльнулась тахри.
- Но у моей болезни... - "плохо прослеживаются симптомы", хотела было вывернуться я, но не успела.
- Прекрати, илври! - На этот раз прикрикнула она, - Я не выношу ложь, а у тебя на лице написано, что ты врёшь. - И я поняла, что таким образом точно ничего не добиться.
Поэтому пошла ва-банк.
- Ну что ж, вы правы. - Тихо сказала я, достав из-за лифа жемчужную нить, - Однако я всё-таки надеюсь, что маленький подарок смягчит ваше сердце, и вы позволите...
- Ах ты маленькая дрянь, - видно, перебивать она любит. Глаза её так нехорошо сощурились, что я поняла - совершила ошибку. - Подкупить меня вздумала, да?! Да как ты смеешь?!
- Я в любом случае не пойду туда. Легче умереть. - Я не узнала собственный голос - от него веяло могильным холодом. - Силком потащите?
Лицо её исказилось яростью, и она вдруг дала мне пощёчину.
Зашипев, как кошка, больше от оскорбления, чем от боли, я инстинктивно прижала руку к горящей от удара щеке.
Надо же, какие мы ранимые.
- Умереть, говоришь?.. Это можно. - Сардонически усмехнулась тахри, и, крепко схватив меня за волосы, потащила куда-то, как мешок с картошкой.
- Я и сама могу идти. - Больно лягнулась локтём, но та всё равно держала крепко.
Тахри подтащила меня к ближайшему окну и почти что ткнула носом в
