Не раскрывая душу нараспашку,
Кому она нужна - моя душа,
Я лучше вспомню Голубева Пашку,
Добрейшего метр с кепкой крепыша.
О, сколько раз, проснувшись с бодуна, я
Ему, как другу лучшему, звонил
С одной и той же просьбой: Паш, слетай, а?
И он летел и водку приносил.
Он во дворе был свойским в доску парнем,
Хоть хвастовства водился в нем грешок:
Любил под этом делом часто впарить,
Что он служил морпехом, и смешок
Мы прятали, все потому что знали,
Что с ростом ниже метр пятьдесят
Не то чтобы в морпехи, а не взяли б
Вообще служить. Но правду говорят,
Что человек и сам готов поверить
В историю придуманную им,
Вот так и Пашка был морпехом-зверем
С милейшим добродушием своим.
|
