Закован берег в каменные латы.
Полощется на гроте чёрный стяг.
Луны истёртый временем медяк,
Исчез во мраке облачно кудлатом.
Пучину волны пенясь бороздят.
Она, от века, здесь, взымает плату,
Разбойничьими душами и златом,
Дерзнувших спорить с ней морских бродяг.
Но волею судьбы, перед рассветом,
За горизонт, просоленные ветры,
Погнали прочь стада косматых туч.
И пробудился день в бессонной рани,
И в утренних небес простор бескрайний,
Стрелой вонзился солнца первый луч.
|
