привык к падениям и неудачам, что уже не ждал от происходящего ничего хорошего. Видимо, мой мозг опять достал свою любимую шкатулку с депрессией, вытянул оттуда серый пиджак, напялил его и начал крутить заунывную мелодию шарманки, изредка в такт подвывая. Стоп стоп стоп, мозг! Мы так не договаривались! Тварь ты этакая, стоит отвлечь свое внимание на пару секунд, и вот ты уже посыпаешь голову пеплом и воешь унылые песни под шарманку! Не тут-то было! Остался еще порох в пороховницах и ягоды в ягодицах, мы еще покажем этому миру что мы «ого-го», и никак иначе, и никак не меньше этого! Я мысленно отвесил себе смачную пощечину, и мозг суетливо спрятал шкатулку с депрессией далеко под кровать. Бодро отрапортовал, что готов немедленно выполнять мои команды. Вот так-то бы сразу. Пока я вел нелегкий бой сам с собой (а такие бои всегда нелегки, ведь твой соперник – так же мудр, силен, умен, быстр и хитер, как и ты), мы с котом уже приблизились к замку на расстояние нескольких метров. Охраны не было, вокруг все так же стояла зловещая тишина. «Вот мне делать нечего – таскаться по старинным замкам, сметать с них паутину,» – обиженно надул губы мозг. «Тссссс, - зашипел я на него, - молчи, сволочь, пока я тебя не пришил!» И мозг мгновенно затих и встал в боевую стойку, ожидая моих указаний. «Вот так- то намного лучше, - подумал я, - вот так бы сразу». Почему, чтобы что-то заработало, нужно на это предварительно наорать? Не было ответов на мои слова, нас с котом ждало очередное приключение. Ноги бы целы унести отсюда. Желательно, в комплекте с телом. Ха-ха. Шутка получилась не смешной, кот неодобрительно глянул на меня после нее: я давно подозревал, что он читает мои мысли. О, мой дорогой Доктор Ватсон, как же потрепала тебя судьба, за какие такие грехи Вседержитель удостоил тебя быть котом? И на эту фразу, хаотично сгенерированную мозгом, мой кот быстро посмотрел на меня, осклабившись и дернув усами. Типа, очень смешно. Ха-ха. Ну что ж, Шерлок Холмс, тебе предстояло очередное дельце. Дельце таких масштабов, о которых ты и не мечтал. Зайти, понять, чо делать, сделать-то чо-то нада, при этом не угробиться самому и не угробить кота. Выйти живым и невредимым. И душа, душа, самое главное, чтобы осталась на месте. Живая и светлая, принадлежащая только Богу и Ему одному. Аминь.
Глава 53
Ох, как все же опасно жить на этой планете! Да и в других мирах ни капельку не легче, не легче, товарищи! Постоянно нужен глаз да глаз за душой, как за невоздержанной трехлеткой – то она готова повестись на искушения, то осудить, то прогневаться, то блудно помечтать, то обожраться, то честолюбиво зазнаться, то гадость каку сделать, то людям, а то и себе! Эх, лишь бы Бога не прогневить, об одном молюсь. Бестолочь – она и в Африке бестолочь, да простят меня небеса. На этой фразе кот чувствительно пихнул меня в бок – нам нельзя было оскорблять самих себя, ни в жизни, ни при исполнении: это лишало до 50% процентов всех сил, а нам с котом в этой ситуации силы были, ох как нужны. Я очнулся и сделал шаг по направлению к черным резным вратам. Мне бы приглядеться к изображениям, вырезанным на них, мне бы всмотреться, кто был изображен, мне бы остановиться хотя бы на пол-секунды, но нет, я был слишком самоуверен и беспечен. Знаки, знаки, Вселенная всегда оставляет знаки, даже на морде тигра нарисовано «Не подходи», и эти черно-рыже-белые полоски видны и в утренней чаще, и в дневной зелени, и в звездной ночи. Но что таким, как я, какие-то предупреждения? Фи. Я сам с усами, все бездны мира исследую своими ногами, и только ангел мой хранитель час от часу седеет все больше и больше, жаль парня, как ни крути, такой молодой, а уже белый, как лунь. Ни стражников, ни охраны, ни-ко-го, только ты да я, искатели, блин, приключений. Двери заскрипели и медленно начали открываться. «Мама дорогая, - я мысленно схватился за сердце, – так и Кондратий хватит от наших, блин, ситюейшенс – не заметишь». Кот абсолютно холодно и равнодушно смотрел, как открываются двери, и, едва они раскрылись до конца, решительно мявкнул. Я вздохнул, я отлично понимал, что на кошачьем это была короткая команда: «Пошли!», но, как же я не хотел! Как же я не хотел. Я вовсе не был Робин Гудом, во мне не билось настолько храброе сердце, мне по душе был диван и чипсики, я не хотел ничего дурного, меня просто занесло сюда, просто занесло… Кот еще раз взглянул на меня и мой внутренний голос «на панике» заткнулся. Мне ничего не оставалось, как переступить порог этого странного замка, эх, где бы меня по свету не носило, верю, что где-то ждет меня моя теплая постелька с солеными сухариками под сериальчик, и я вернусь туда живым и здоровым, верю, что вернусь. Мы зашли в холодный темный пыльный холл с полным ощущением, что сюда никто не заходил несколько веков подряд. «Как склеп», - пронеслось в голове моей. Я смотрел вперед, туда, где виднелся тусклое серое свечение, кот же вертел свой головой на все стороны, как будто видел то, что было мне абсолютно недоступно. «Ночное видение», - пискнул кто-то у меня за правым ухом, было понятно, что это не кот, но оборачиваться не было смысла. Зачем себя пугать раньше времени? Нужно продвигаться маленькими шажками, тогда страх исчезает. Уж если ты залез в самую жопяную жопу из всех жопяных жоп, глупо было надеяться на то, что ты найдешь там повидло. А я и не ждал ничего хорошего, поверьте, я не был настолько наивен, я понимал, к чему это все ведет, сколько веревочке не виться…ну там дальше вы сами знаете… Все это я прекрасно понимал и осознавал, но в то мгновение, когда резко и без всяких предупреждений за нами захлопнулись врата, я вздрогнул от неожиданности и чуть было не заорал. Каким-то невероятным усилием я смог сдержаться и в ту же секунду с ужасом понял, что тот самый свет в конце коридора был ничем иным как отблеском уличного света. Видимо, там стояло что-то вроде огромной вазы, она, блин и отсвечивала. Мы были в ловушке. Определенно, без всяческих шансов на спасение. Склеп –он и в Африке слеп. Думаю, по углам этого коридора наверняка лежали черепа и белые косточки таких же придурков как мы, спасателей, блин, Вселенной, ха-ха. Кот обвил лапками мою руку и мягко боднул меня головой, я машинально почесал ему за ушком. Как бы то ни было, я не мог долго поддаваться панике. Я был не один, а мы всегда в ответе за тех, кого мы приручили. Эх, говорила мне мама: «Не лезь в воду, не зная броду», а я? А что я? Вечно лезу, куда не надо, куда не просят, я, вечный пионер с воздетой рукой в приветствии: «Будь готов – всегда готов», я, не ведающий жизни без приключений, спокойной жизни, той, которой живут миллиарды нормальных людей, я, с шилом в попе, которое – несущая конструкция, я, перекати–поле, я, рассветы на крышах, я, закаты, по пояс высунувшись из поезда (не делайте так никогда), я, живущий свою жизнь так неправильно со стороны окружающих, и так верно по меридианам Вселенной Бога. В общем, кого было винить в такой ситуации? Только себя. Внезапно все вокруг осветилось мягким зеленым светом, кот посмотрел на меня, и я чуть не ослеп. Этот гений включил фары. То есть глаза. То есть кошачьи свои глаза. Взял и включил и теперь они освещали все пространство вокруг. Но как?! Как?! Я не мог бы ответить на этот вопрос, даже если бы очень захотел. Но факт оставался фактом – теперь мы могли двигаться вперед, не опасаясь в темноте наткнуться на нож. Мы видели все вокруг, насколько достигал глаз. Пространство было шире, чем могло показаться снаружи. Да что там, когда вам предлагают зайти в замок размером с обычное здание, а внутри вы оказываетесь где-то, размером с аэродром, что вы подумаете? Какие такие умные мысли посетят вас? А? Вот и меня посетило ни одной. Не то чтобы я был совсем тупым, о нет. Но эти внезапно раздвигающиеся 5ти мерные пространства всегда вводят меня в ступор. В замке, насколько хватало глаз, было огромный зал с каменным полом, выложенным очень старым булыжником. Серое пространство, выхваченное парой зеленых фар моего пушистого бро, клубилось чернотой по углам, насколько хватало глаз. Сколько там было? Десятки метров? Километры? Десятки километров? Тысячи? Этого я не знал. Однако же было полное ощущение, что мы находимся на каком-то открытом стадионе, мега – пространстве, а вовсе не в узком пыльном холле старинного затхлого замка. Я задрал голову наверх и не увидел ничего, кроме всепоглощающей черноты. Я провел ладонью по щеке, она была влажной. В замке струился туман. В замке шел моросящий дождь. Замок, очевидно, ждал нас. Я не мог следить за выражением мордочки кота, потому что этот ушастый слепил меня своими зелеными фарами. Договорился с ним мысленно, что буду слегка сжимать по очереди его правую или левую лапу, указывая направление, а он, если ему что-то не понравится, сделает мне чапалах. Ох, мы, кожаные, в рабстве у этих существ со времен Древнего Египта. В рабстве, в рабстве, они поработили нас давно, легко и надежно. Тебе не надо ничего в этой жизни делать, жизнь удалась, если ты – котик. И мой пушистый об этом знал. А я вот не был котиком. Я залезал в самые дерьмовые места этого мира и нескольких параллельных Вселенных просто потому, что я был создан для того, чтобы уничтожать Тьму. Сверкающему белому лезвию меча туман и морок не причинят зла, ибо меч рассечет их. Тьме не захватить меч. Огонь приходит не с мечом. Его невозможно потушить. Ибо я – и есть огонь. Огонь был внутри меня, я почти ничего не боялся. Почти ничего. Ничего, кроме гнева Бога.
Глава 54
Страха не было еще потому, что все мое внимание было сосредоточено на пушистом. Когда переживаешь за чью-то дорогую тебе жизнь, некогда переживать за свою. Ценность твоей жизни утрачивает всякое значение, а потому страх больше не властен над тобой. Я прижал его чуть сильнее, из-за чего тот незамедлительно и раздраженно мявкнул. Как их Вседержитель создал столь надменными? Ведут себя, как короли, поработили наши сердца, и празднуют. Не жизнь - малина. Сибариты, вечные сибариты. Завидую. Если все получится, в следующей жизни попрошу быть котом. И не на этой планете, а где получше. Если все получится, и я попаду к Нему.
Окей, что мы имеем. У нас есть тьма неизвестно каких размеров, у нас есть любимый кот, которого нужно защищать. У нас есть огонь внутри, которому по хрен на свою собственную смерть и на тьму, но страх, страх потерять того, кого мы любим, плотно сидит в нашем сердце. Расклад «фифти – фифти», или я врага, или он меня, терциум нон датум. Я вздохнул, набрал побольше воздуха в свои легкие и пошел во тьму. А что мне оставалось делать? Жизнь не оставляет мне шансов. Жизнь командует мне быть смелым, быть героем, даже если я этого сильно и не хочу. Если вас прижали в угол, и у вас есть возможность сделать только один маленький шажок в сторону – может быть, это именно то, чего от вас ждет Господь. Может быть, это именно это. Может быть, этот маленький шаг – лучшее решение в вашей жизни. Самый храбрый поступок в мире. Потому что вы обезоружены, прижаты к стенке, и просто вынуждены его сделать, ведь это единственное, на что сейчас вы способны. Но вполне возможно, именно этого и ждет от вас небо. И я сделал этот шаг. Я был окружен, я был загнан в угол, но я не был сломлен. Меня не смогли сломать, хотя
