Член РСД РП Горенбург сменил принадлежность к разночинцам на принадлежность к Рабочей партии. "На рабочего то вы не очень похожи", говорит ему Балабанов. Но именно вот такие ГОРЕНБУРГИ поднимали солдат и рабочих. С крестьянством было сложнее. Но расправились и с ними. Наркотиками распоряжается Власть. И тогда. И теперь. "У меня разнарядка для фронта", заявляет аптекарь. Но зритель видит, что Морфий оказывается в карманах кожанной комиссарской тужурки.
Лев Аронович Горенбург большая-пребольшая Гнида. В мире искусства тоже много Гнид. Они окружали Балабанова. Как волки. Это и от них отстреливается он в метельной мгле. Последнаяя сцена чаепития в доме Доктора-Балабанова символизирует Победу Горенбурга. Еврей - Большевик смеётся над зависимыми Русскими. Смеётся как Ехидна. Доктора-Балабанов и Россия-Анна держатся из последних сил. Но отказываются от еврейского угощения. Россия-Анна становится конченной наркоманкой. Понятно, что Еврей-Комиссар пользует её. Убивая Горенбурга на площади Углича, Доктор-Балабанов стреляет в Eврейско-Kоммунистическое будущее России.
Мне интересен образ Анны. Доктор-Балабанов не любит Анну. Но пользуется ею. Анну любит фельдшер Андрей Панин. Но безответно. Балабанов создал незабываемый женский образ. Красивый и грустный. Актриса и кинорежиссёр фактически прожили на экране целую жизнь. В фильме "Морфий" Балабанов предельно откровенен со зрителем. Мы видим, что у Доктора нет любимой женщины. И скорее всего никогда не было. Доктор- Балабанов любит только Кино. Потому не знает точно, кто на фотографии на его столе. Актриса или певица. Незнакомку не показывают зрителю близко. Потому что это Мечта Балабанова. Ясно, что у него был Образ любимой женщины. Но в жизни настоящую любовь он не встретил. Или не захотел встретить. Что бы не входить в зависимость. А настоящие чувства это опасная зависимость. Балабанов не мог себе это позволить. Настолько был предан миру кино. Увлечения у него конечно были. Не секрет, что кинорежиссёры спят с актрисами. Для Вдохновения. Святое дело что называется.
Мне запомнился Пожарник и его повозка с красной бочкой. Балабанов одел на мечущегося пожарника шлем Бога войны Марса. Всё говорит о приближающемся пожаре Войны. В 2008-ом году Балабанов уже видел зарево гражданской войны на Украине. Поэтому снял такие тяжёлые увечья у людей. Требующие документы узбек и татарин символизируют засилье азиатов. Они тупые. Но вооружены. Потому опасны.
Церковь показана неуютной и даже грязной. С облупленной краской на стенах. В советском Угличе я была несколько раз. С теплоходными экскурсиями по Волге. Конечно я посещала Церковь царевича Димитрия "на крови". Это самый известный храм Углича. Воздвигнут на месте трагической гибели малолетнего сына Ивана Грозного царевича Димитрия. Обстановка в храме действительно гнетущая. Доктор-Балабанов колется именно в нём. В финале фильма Балабанов показывает зрителю три храма Углича. Спасо-Преображенский собор это главный собор Углича. На его фоне выкуривает свою последнюю дозу Главный герой.
Потом мы видим Воскресенский мужской монастырь. Самый древний на Угличской земле. В 1609-ом году поляки с боем штурмовали эту святую обитель. Тогда погибли архимандрит Лаврентий, 60 монахов и около 500 граждан, защищавших монастырь. В фильме "Морфий" рядом с Воскресенским мужским монастырём бесчинствуют Большевики. Важная деталь. Им помогают прохожие. Одного человека избивают Толпой. Избивают ногами и прикладами винтовок. Его никто не защищает. Кроме Балабанова. "Перестреляю!!! Твари жидовские!!!" несётся над древней Угличской Русской землей. Церковь предательски молчит. Как и сегодня.
В Ельцинско-Путинской России как ни странно открывается много храмов. Чуть ли не по пять церквей в день. И это на фоне всеобщей деградации общества. О чём это говорит. Что церковь стала декоративной. Такой её и показывает Балабанов в своих фильмах. К церкви примазалось очень много грязных людей. РПЦ как ШИРМА прикрывает сегодня беспредел чекистского режима. Спасибо Балабанову, что запечатлел старинные купола Углического Воскресенского мужского монастыря. Их больше нет. Заменили на золотые. Испортили бесценный памятник архитектуры. Чувствуется рука недалёкого министра-реставратора Мединского. Я заметила в архитектуре православных храмов много наносного. Уходят величие и строгость. На верхней части одного собора я насчитала семь разных Цветов. Красный, зелёный, синий, белый, жёлтый, серый и золотой. Куда это годится. Ведь храм, это не шатёр Цирка. Татары любят рядиться в пёстрое. Русские Православные храмы всегда отличала Строгость. На куполах, залепленных позолоченными узорами, нелепо смотрятся даже сами кресты.
Перестрелять "тварей жидовских" Доктору Балабанову пытаются помешать. Русский офицер. Актёр Полуян блестяще справился с ролью. Зритель видит дешёвый образ. Многие из офицеров служили в Кровавой Красной Армии. Убивали своих же. Символизирующий армию, Полуян боится "тварей жидовских". От страха залез под одеяло с головой. Балабанов правдиво показал военных. Они заползали под одеяла. И тогда. И через сто лет. Полуян сдаёт свой мундир. И что важно. Нательный крест. Мы знаем, что в эмиграции русские офицеры пропивали свои кресты. Проигрывали их в карты. Фактически офицер Полуян живой труп. Уже лежит под лампадкой. Но продолжает флиртовать с медсестрой. Советские вояки всегда волочились за юбками. Но в жены, как правило получали Мигер.
Углич это страна. Доктор-Балабанов не идёт, а бежит по улицам. Как будто хочет оббежать всю страну. А вернее попрощаться с ней. Мы видим замёрзшую Волгу. В кадре мелькают базарные торговые ряды Углича. Пестрота вывесок, нагромождение в проходах, пустые лотки это экономика Ельцинско-Путинской России. Крупным планом показано всё что нужно для упряжки. Дуги, уздечки и хомуты. Зритель понимает, что запрягли саму Россию. Одели на неё хомут Перестройки.
Балабанов показывает Ельцинско-Путинскую Россию в плену наркотиков. Передозировка Режима-Морфия зашла слишком далеко. Диагноз "Сегодня психиатрическая клиника это самое спокойное место" бьёт по руководству Ельцинско-Путинской России наотмашь. Страна Россия лежит в больнице. Психиатрической. У неё болит Душа. Страна напоминает Зону, а люди арестантов. Даже покойников. Таблички на больничных койках выполнены в форме надгробных крестов. Мы видим закопчённую неухоженную печь. Холодную. В ней нет огня. Дверца закрыта.
О былой силе и мощи государства напоминают лишь названия газет. Медсестра читает газету "Русь". Огромные часы Истории занимают всю стену. Отсчитали сто лет. Потому такие большие. Как и в начале фильма на циферблате восемь часов. Это условное время. Ведь в восемь часов утра в зимний день ещё темно. Кинорежиссёр остановил время. Навечно. В восемь часов погибли ребята съёмочной группы и Сергей Бодров. Мы слышим бой часов. Это реквием. И главному герою. И погибшим ребятам. Все фильмы Балабанова это ПРОТЕСТ. Балабанов не принял новый режим. Потому что разглядел его. Раскусил. Сразу раскусил. Свои часы он отдаёт кассирше. Но она их не берёт. И у Балабанова остаётся ещё четыре года Жизни. Кинорежиссёр снимет ещё два мощных фильма. "Кочегар" и "Я тоже хочу". [/justify]
На моей странице можно посмотреть фотоальбомы к главам моей книги
