Ливень вроде сменил гнев на милость и над водой начали порхать чайки. Их крик, непривычный для Подмосковья, создавал особое настроение. Несмотря на хмурое небо, я представляла нас на диком песчаном берегу океана. Как сейчас, только вдвоем! Мы часто мечтаем о только вдвоём. И вообще часто мечтаем.
Мечты! Как же мне нравится мечтать вдвоем с тобой, мой лягушонок! Ты так легко и славно подхватываешь любые мои фантазии и делишься своими! Почти мгновенно и очень естественно вживаясь в новую роль. Дополняешь своими яркими деталями и зарисовками. Проецируя мечту в проект другой жизни. Такой желанной и такой недоступной в обычной реальности.
Из проёма двери показался почти нагой и босой лягушонок. Его мускулистый торс и бёдра, затянутые в полотенце, плюсовали исходящую от него сексуальность. Несмотря на некую киношность облика, он был неотразим. Я залюбовалась.
- Хочешь водички? – в его улыбке искрилась заметная хитринка.
- Конечно! - я уже знала, что у него на уме и ответила похожей улыбкой.
- Я хочу тебя сфотографировать! Ты так прекрасна! Ты моя нимфа! Богиня!
Почему-то меня смущают комплименты. Они сыпятся на меня, как из рога изобилия и я давно уже должна бы к ним привыкнуть, но каждый раз мысленно впадаю в краску как девчонка. И упорно молчу. Иногда с улыбкой. Не желаю отвечать что-то невпопад, а что отвечать впопад почему-то не всегда ведомо. В такой реакции есть и плюс. Моё молчание обычно трактуется, как уверенность в своей неотразимости. Как снисходительное молчание королевской персоны. Безукоризненный имидж!
Глава 7.
«Да нечего тут уже разбираться» - продолжало довлеть, но разбираться, как я якобы хотела этого, не вышло. То ли установка, которую несла эта фраза, демотивировала, то ли привычка ждать, что все образуется само-собой, то ли я напрочь потеряла способность к логике, но думать не получалось и не хотелось. Украдкой от мужа до ночи проверяла WhatsApp. Лягушонок даже не появлялся там. Несколько раз писала сама и не решаясь отправить, удаляла. Может и правда всё к лучшему?
В семь утра почти пустой паркинг World Class развращал свободой выбора. Бросила машину у самого входа и почти бегом влетела в зал. После вчерашнего я понимала, что совместные тренировки теперь вряд ли возможны. Понимала, но все равно надеялась хотя бы просто увидеть его. Знала, что он ни за что не пропустит тренировку. Ни. За. Что.
Последовав намеченному тренировочному плану, старалась не терять из вида вход в зал. Конечно, он придёт! Да, мы не станем тренироваться вместе. Но может посмотрит на меня! Как старательно я делаю то, чему учил. Издалека порадуется моим успехам. И конечно хотела увидеть его. Полюбоваться на жим, перекатывающиеся мускулы. Как он мощно и безжалостно нагружает свое упругое тело и, особенно, мои любимые «трогалки».
Двери открывались, закрывались, но его всё не было. Вдруг дзынь. Я вздрогнула, Лягушонок активировал подход на Garmin! Мои глаза забегали по залу. Как я могла его пропустить??? Но нет, его не было. Это был звук чужих часов. Разочарованно вздохнула и изо всех сил продолжила тренироваться.
Время закончилось. Нет, сейчас не придёт. Просто придёт позже. Понятно же! Не хочет пересекаться со мной. Глупая привычка верить в тысячные доли процента! Чуда не будет. Не в этот раз. Может быть вообще всё останется в коме...
Выложившись по полной, в раздевалку еле шла. Видимо на пике эмоций не заметила, как перестаралась в своем рвении. Ноги отказывались сгибаться и по лестнице пришлось спускаться боком и держась за перила. Даже как-то стало неловко, стыдно что ли. Хорошо, что обошлось без свидетелей моего позора. Я вроде не новичок, но настолько тяжелыми и непослушными мышцы прежде никогда не были. Почти двадцать минут обильно поливала себя горячим душем, чтобы хоть как-то снять напряжение. Пока кипяток не прекратил мой спор себя с собой. Перелистывая в голове события последних суток в безуспешных попытках разобраться что же так меня стриггерило, вместо вентиля с холодной водой случайно повернула с горячей. Нет, надо отвлечься! Надо срочно на работу!
Мне нравится то, чем я занимаюсь и мне нравится работать. И руками и умственно! Нравится! Мне нравится Движ. Когда все шестерёнки слажено вертятся одна за другой. Стараюсь предусмотреть всё чтобы «машина» работала и работала эффективно. Катаевский совет девчушке: «Одну ягодку беру - на вторую смотрю - третью примечаю - четвертая мерещится», словно списан с меня. Будучи ещё ребёнком, я абсолютно так же собирала в лесу землянику! И во взрослой жизни, по-прежнему, стараюсь всё успеть, со всем справиться, победить! Пока не «соберу полную корзинку и быстрее всех», меня сложно остановить или переключить. Лягушонок часто грустит в моменты моего погружения в рабочий процесс, что не он на первом месте в моём списке и в шутку поддразнивает «Рабочая лисица?».
Глава 8.
Фотосессией мы не ограничились. Он увлёк меня наверх. Время незаметно таяло. На айфоне заиграла знакомая мелодия. Обеденный звонок мужа. В этот раз как-то поздно. Я разговаривала, как ни в чём не бывало. - Да, всё хорошо, работаю. И я тебя, пока, целую, - а в голове, уже висело: «Сука! Как ты можешь! Так нагло врать любимому??? Тварь!»…
После одного из очередных расставаний Лягушонок, решил сменить тактику, на этот раз избрав для себя сущность Гермеса. Примерив обличье бога хитрости, скорости и коварства, он штурмовал мой разум чередой весомых аргументов, кульминацией которых, стал гениальный посыл - «Позволь себе любить двух мужчин!».
- Представь свои две руки, два глаза, два ребенка! Ты же любишь их одинаково и сразу обоих. Так почему ты не можешь любить двоих мужчин? – и тут же на мои жалкие попытки возражать, выкладывал припасённые заготовочки: - Нельзя? Кто сказал??? Да это обычный стереотип общества! Просто разреши себе! Разреши любить нас обоих!
И позже он повторял и повторял свою шедевральную мысль, как мантру.
Не сразу. Прошло много времени. Но постепенно под влиянием своего искусителя, я приняла, а скорее просто договорилась с собой, что, наверное, действительно можно! Мне – можно! И не буду больше дёргаться!
Так мне казалось…
Но в моменты близости с одним, в голове упорно возникал образ второго и наоборот. Ощущения неправильности, нечестности, подлости рушило идиллию и мысли о разрыве продолжали лезть изо всех щелей.
- Ну не грусти, пожалуйста, - Лягушонок знал, что разговор с мужем уже выдернул меня из его лягушачьих объятий и придётся постараться, чтобы вернуть меня.
- Думаю, ты наверняка уже проголодалась и пора поесть! Какое меню предпочитает моя Королева сегодня? - он ловко перевёл стрелку с ненужных рельсов. - Куда ты хочешь поехать обедать?
- Хочу стейк! Огромный! - он засмеялся, - Ах, ты моя Хищница!!! Тогда одевайся! Сейчас загуглим, что есть тут приличного поблизости!
Удивительный мужчина! Никогда не позволяет себе перетягивать меня в своё логово. Стиснув зубы с рыцарской стойкостью, носит придуманную и для себя роль. Роль - не единственного любимого. Нет, не второго, не единственного!
- Я готов делить тебя только с ним! Больше ни с кем!!! Я задушу! Разорву в клочья! Любого, кто посмеет к тебе приблизится! - Лягушонок рычал с нескрываемой ревностью, если видел, что я улыбаюсь партнерам, сотрудникам, официантам, таксистам, охранникам.
- Это же просто формальность, вежливость. Этикет, наконец. Они тебе не соперники, - вкрадчиво, как ребёнку, объясняла я, в попытках утихомирить разбушевавшуюся бурю. Конечно же, он и сам это знал, но было видно, что ему трудно, по-настоящему трудно, совладать с захлестывающими душу эмоциями.
Глава 9.
Едва войдя в здание, во мне включилась Рабочая лисица. По-хозяйски, пробежав по отделам и разбросав указания, я буквально через минуты скрылась в своей норке.
- Алиса, включи мою любимую подборку, пожалуйста.
- Включаю, – ответил голос на подоконнике.
Удивительно зачем роботу мы говорим пожалуйста? И удивительно от чего возникают некоторые мысли? Особенно такие как эта. С чего вдруг сейчас я подумала о роботе, искусственном интеллекте? Правилах хорошего тона? Мотивах разработчиков? Разве сейчас меня это должно волновать???
[justify]В прошлом году наша компания оказалась в Топ-20 маркетинговых агенств России по данным рейтинга Рунета. Да, далековато до таких акул, как DISCOVERY Research Group или Ipsos, но для меня и моей команды попасть в двадцатку было значимым и эпохальным событием! Мне аплодировали стоя, когда в знаменательный день, я вошла в офис. Коллектив ликовал, а я чувствовала себя первой женщиной-президентом. Воздушные шары, цветы и море шампанского, мы веселись как дети, до глубокой
