кутаясь сверху еще во все теплое, что смогла на себя надеть, навзрыд рыдая, собрала свой альпинистский рюкзак.
Ей сейчас было необходимо, хоть что-то предпринять. Нельзя было находиться на одном месте и ждать своего спасения. Нужно было двигаться. Нужно было как-то прийти в себя и разогреться. И это явно не отсиживаясь на одном месте с погибшими своими и замерзшими намертво друзьями. Только в движении, как она Наталья Карелина считала, будет спасение.
Она себя всегда считал сильной и самоуверенной женщиной, молодой, крепкой и здоровой. Такой и должна была оставаться сейчас.
Она продолжила свой путь вверх по скалам и в гордом женском одиночестве. Наталья имела отличные навыки горовосхождений и скалолазания. И теперь было самое время проявить все эти способности в одиночной самостоятельной практике.
Это было одиночное соло, одинокой, брошенной в горах молодой двадцативосьмилетней русской женщины. Женщины альпинистки. Уверенной в себе. В своих силах.
Наталья отбросила все, что было с ней недавно. И даже эту незабываемую любвеобильную сказочную ночь с призрачным своим французом и любовником Робером Дюбуа. И те мысли о его страшной гибели, и в кого тот превратился.
Она двигалась вверх умело и ловко, точно уже была здесь и не раз. Такого она не испытывала раньше. Прилив неких волшебных и сказочных сил, точно в нее чего-то влили, что придало ей такие невероятные по силе и мощи возможности.
Она была уже почти на самой вершине. И, вероятно была даже там, где до этого были Симон Мартин и ее любимый Робер Дюбуа. И откуда они рухнули вниз, разбиваясь насмерть о лед, снег и скалы. Вполне возможно, она двигалась по их маршруту. Наталья даже нашла пару вставленных в скалы креплений и вбитые с карабинами стальные скальные крючья. Сумела преодолеть, самостоятельно сами скальные стенные на своем пути навесы, углы, камины. Порядочно разогревшись и восстановив себя, она была даже счастлива сейчас. Невзирая на потери и боль любых горьких утрат. Она не думала не о чем больше сейчас как о крутых нависающих скалах, смене положения ног и рук, углах наклонов и о том, чему ее учили опытные в ее спортивной школе альпинизма в России мастера и тренера.
Она преодолела еще один скальный нависающий над бездонной обширной пропастью выступ. И вошла в некое скальное достаточно большое углубление в самой вертикальной стене.
Там, она увидела некий, уходящий вглубь черным вертикальным силуэтом глубокий грот. Вход, в который напоминал узкую скальную глубокую трещину между самих скал. Этакую меж вертикальных идеально гладких каменных плит расщелину, в которую можно было даже пролезть и даже со своим альпинистским за плечами рюкзаком. Все говорило о том, что это странное скальное углубление не заканчивается на расстоянии вытянутой руки, а гораздо глубже. И что-то там таилось в той темноте. То, что ее поманило сейчас, именно туда. То, что вероятно не видел еще никто. Нечто странное и неизвестное. Пугающее и одновременно загадочное и манящее.
Наталья достала свой личный небольшой фонарик и посветила в темноту того пролома и расщелины. Свет осветил потолок пол и стены на некотором расстоянии от нее, вероятно достаточно глубокого, неизвестно на какую глубину пещерного туннеля.
Неизвестно, Робер Дюбуа и Симон Мартин дошли досюда или нет. Были ли они внутри этого черного, вероятно глубокого скального туннеля. Но она, Наталья Карелина, точно дошла. И Наталья войти туда решилась.
Злой дух Бернских Альп
Эта злая жуткая тварь напала прямо на нее из самой черной темноты, притаившись точно из засады. Было очевидным, она поджидала свою здесь жертву.
Наталья Карелина уже порядочно углубилась в саму гору, блуждая среди каменных стен и каменных потолков. Сворачивая то туда, то сюда и не находя уже выхода отсюда. Она даже уже не знала, сколько прошла пути, когда блуждая и двигаясь кругами по некому лабиринту, осознала, что окончательно тут заблудилась.
На часах было 03:50 ночи.
Наталья засмотрелась на само время, освещая небольшим личным фонариком на левой руке свои часы, когда наткнулась на нечто мерзкое волосатое и живое. Вернее, вышла прямо на него. Она и сама не поняла, что это такое было, но оно напало на нее. Оно, похоже, караулило свою жертву в засаде и кинулось на Наталью Карелину с громким шипением и визгом.
Эта неизвестная, страшная сущность сразу вцепилась в Наталью своими острыми коническими хищника зубами. И кусая, стала хватать ее за все ее тело. Поочередно, нанося Наталье своими укусами острых точно иглы зубов рваные и колотые глубокие раны.
Эта дикая зеленого цвета кожи и шерсти человекоподобная, вероятно до одури голодная тварь, изгрызла Наталье все ее девичьи ноги. Изорвала одежду в клочья. И, похоже, заразила ее чем-то, что у нее сейчас, и вот так чуть ли не сразу вспыхнула сильная температура внутри всего женского молодого здорового до этого тела.
Она хотела съесть ее. Но, не вышло. Наталье удалось отбиться от этой злобной зубастой твари с зелеными светящимися глазами. Тварь в рваной и почти начисто истлевшей, как видно за долгие годы пребывания здесь одежде, громко кричала на всю пещеру. И вроде как произнесла несколько фраз на немецком даже языке. По крайней мере, Наталье Карелиной так показалось. Она произнесла свое, как видно имя - Андреас Хинтерштойсер.
Она слышала его из рассказа, про погибшую на Северной стене Эйгера альпинистскую группу из Баварии в 1936 году Тони Курца. Из рассказов разбившегося своего любимого француза Робера Дюбуа.
- Жуть! – она произнесла и двинула дальше по узкому каменному коридору бесконечной горной пещеры.
Благо в этой дикой звериной драке уцелел чудом ее портативный фонарик. В такие же клочья, как и вся Натальи Карелиной одежда мало, что уцелело. Но, она его не сняла с себя. Там был сотовый телефон, о котором она, как и ее погибшие друзья совершенно забыли. Они так все рвались вверх к победе и вершине вместе с этими французами, что забыли про свою личную связь с Родиной. Робер и Симон тоже не пользовались своими телефонами. Им также было некогда. А теперь этот телефон, даже если он уцелел, не играл здесь никакой роли. Он стал совершенно бесполезен. Внутри и глубоко среди этих многочисленных гротов проходов и, одна, за одной, сменяющих друг друга пещер. Причем еще на высоте практически почти в три тысячи метров. Под самой вершиной Эйгера. Неизвестно на какой глубине.
Теперь Наталья так хотела домой. Она так хотела к папе и маме, но не знала как сейчас выбраться отсюда. Мало того, она как видно заболела. И причем основательно и сильно. Ее так сейчас штормило и швыряло от каменной стены, к другой в узком проходе длинных пещерных коридоров, что она уже мало, что соображала. Она, просто шла, куда-то и почти на ощупь, освещая себе путь своим фонариком.
Порой подкашивались девичьи ноги в альпинистских ботинках. Все тело становилось ватным и полубесчувственным. Ее даже пару раз вырвало, чуть ли не навыворот до самой желчи.
И не помогало ничего. Ни введенные сыворотки и поддерживающие живое состояние и выживание уколы. Таблетки.
С Наталье Карелиной сейчас, что-то творилось и происходило. Она ощущала, как меняется вся. Весь ее внутри и живой двадцативосьмилетней молодой русской волжанки альпинистки организм. Там внутри. Из-за этого ей дурно и болезненно. Она думает, что уже умирает. И ее это пугало. Ведь умри она здесь, никто так и не узнает о ее смерти и где она сейчас. Никто ее не найдет тут в этом каменном длинном извилистом лабиринте коридоров стен, полов и потолков. Если Светлану Белобокову и Семена Ярина все же найдут на Северной стене, возможно, когда станут искать спасатели. И также вероятно могут найти разбившиеся тела французов Робера Дюбуа и Симона Мартина, то ее точно уже не найдут и запишут в без вести пропавшие.
- И зачем, зачем? Я, полезла сюда. Зачем?- она попыталась произнести вслух, но получилось как-то крайне сложно, ибо рот ее плохо слушался и открывался.
Наталья, уже не помня, сколько проползла по этим всем каменным коридорам и небольшим пещерам, все же вышла куда-то. Уже просто на ощупь и потеряв свой ручной маленький фонарик, что выпал из ее просто почти бесчувственных девичьих израненных укусами дикой злобной и кошмарной зеленой хищной твари рук. Да и ноги уже не слушались совсем. Альпинистские горные ботинки с ледовыми кошками на ногах стали невероятно тяжелыми. И Наталья ели передвигала свои ноги. Постоянно спотыкаясь обо все неровности каменного пола обширной открывшейся ее карим девичьим глазам огромной просто пещеры. То, идя вверх, то вниз. Но,
Наталья Карелина все еще могла идти. И она брела вперед. Качаясь по сторонам и ели живая. Измученная долгими шатаниями по извилистым глубоким внутри горы пещерным коридорам и проходам. Теряя свои силы из-за глубоких рваных укусов и ран от острых кривых черных когтей напавшего на нее человекоподобного зверя.
Это длинное изнуряющее и изматывающее лишающее ее последних сил путешествие наконец-то закончилось. И Наталья стояла почти посередине невероятно большого с высокими потолками пещерного сооружения. Огромного, просто помещения. Этакого каменного зала, стены которого уходили в черную непроглядную тьму. И было не ясно, где они заканчивались вообще.
Из рваных глубоких укусов и ран сочилась кровь.
Наталья пыталась перевязывать раны из своей личной медицинской аптечки. Но это мало помогало.
Она уже не могла знать и определить, сколько времени блуждает поэтому каменному пещерному лабиринту внутри этой горы. Она в драке с пещерным зеленым хищным диким тем омерзительным зверем потеряла свои часы. Он сорвал их своими острыми кривыми черными когтями, вместе с левой ее руки с теплой шерстяной перчаткой.
С ней
