Постаревший князь Абак после жесткого набега свой гонор усмирил и никакой скверы против русичей уже не замышлял. Он рейды по ясачным землям проводил и народы Алтая в страхе держал. В Томске обстановка в лучшую сторону изменилась, больше возможностей для маневра появилось, и потекли мысли о захвате Телеутского Улуса путем возведения на реке Катуни и Бии казачьего острога, чтобы господство русских на северном Алтае упрочить и Кузнецк от ойротов обезопасить.
Очередная смена воевод прошла, и она уже особо никого не волновала. Очередной боярин или князь придет, город пограбит, свою мошну набьет и дальше поедет следующие города обирать. Такая уж у них стать. Очередной князь Татаев Иван Федорович в Томск прибыл и свиту за собой притащил, в том числе сына боярского Федора Ивановича Пущина прихватил. Непонятно, где он его нашел. Может, царь его за неблаговидный поступок в Сибирь сослал, история умалчивает, житейский секрет на выдает. Как-никак, но воеводский тезка, только наоборот в доверенные лица вошел и сразу важное задание получил.
Иван Федорович, долго не думая, стратегическое значение рек Бии и Катуни оценил и решил в устье двух рек острог поставить и казаков там поселить. Встал вопрос, а кому сие задание поручить? Местные вожаки постарели и сил для дальних походов уже не имели. И тут под руками оказался хваткий сын боярский. На него зоркий глаз воеводы пал, он его к себе пригласил и разговор начал:
- Федор Иванович, ты человек здесь новый, но с обстановкой уже знакомый. Предыдущие служивые в округе всех к покорности привели и на Алтай не раз хаживали. Настала пора основательно этим вопросом заняться и в горных районах закрепиться.
- А куда конкретно надо идти? Не изведаны мною пока эти пути.
- По реке Оби надо к ее истоку добраться. В устье рек Бии и Катуни остановиться. Острог там заложить и наше влияние на эти земли упрочить.
- А как сие организовать? На чем плыть и кого в поход взять?
- Дощаники выбери, просмоли, казаков с полсотни человек отбери, продукты, снаряжение прихвати и с богом по реке Оби вверх плыви.
Получив задание, Федор Иванович к казакам пришел и разговор повел:
- Служивые, намечается поход по реке Оби, в алтайские горы. Я полсотни человек себе наберу, но молодежь и пожилых не возьму.
Семен к сыну боярскому подошел и попросил:
- Возьмите меня, я там уже бывал и слияние двух рек своими глазами видал. Федор с удивлением на него посмотрел.
- Пострел, да ты когда успел?
- Мы с атаманом Петром Дорофеевым в те места ходили и ясак с тубаларских родов брали.
- Коль так, тогда к десятнику иди и фамилию свою ему назови.
Отряд готов, полсотни казаков, два иноземца-толмача: Айдар и Тайтан - малочисленная команда. На трех дощаниках разместились, по реке Томи вниз спустились, в реку Обь зашли и вверх против ее течения поплыли. Лето, вода теплая, погода стоит хорошая. Солнышко светит, ветерок прохладой обдувает. Не служба, а речная прогулка. Но чем выше по течению поднимались, тем круче берега реки становились и высокие горы по сторонам виднелись. До «Камня» дошли, здесь их парламентеры поджидали, и они от имени князя Абака потребовали, чтобы русские живущих по берегам Оби жителей ничем не заманивали и строить остроги не советовали, наш князь государю измены не чинит и нарушить покой теленгитов не позволит. Но Пущин совету парламентеров не внял и движение по реке вперед продолжил. Семен рядом с десятником сидел и разговор с ним вел:
- Абак хитер и умен, он нас в свои владения так просто не пропустит, из луков обстреляет или на мелководье нас врасплох захватит. Отряд небольшой.
- Не робей, зато у нас есть огненный бой.
- Насколько я помню, скоро будет Мерети-река, и здесь располагалась ставка князя. Обрати внимание, здесь тишина и пустота. От реки все ушли, для нас плохая примета.
Князь Абак, действительно, со своего исконного места ушел, у реки Чумыш свои походные юрты раскинул и совеет собрал. За столом сидели старший сын Кока и лучший воин Изенбей и внимательно престарелого князя слушали.
- Нельзя допустить на реке Оби строительство острожка, для нас это опасность смертельная. В этом случае они нас отрежут от телесов и горных телеутов, что приведет к утрате нашего влияния. Не мы, а русичи будут с них ясак собирать, и нам придется в бедности жить. Сын мой, тебе нужно русский отряд уничтожить.
- Великий князь, твое поручение я выполню, подходящее место на излучине реки подберу и силой с нашей территории их выпровожу. У них много пищалей, и нам не выдержать с ними открытый бой. Нам нужно на них из засады напасть и успех поиметь.
Получив указание от князя Абака, они к реки Чумыш вышли и казаков поджидали. А те спокойно плыли и не ведали, что впереди них по берегу крупный отряд двигается и к встрече непрошеных гостей готовится. В узкое место Оби зашли, и в первый дощаник, в котором Федор Пущин находился, стрелы полетели. Теленгиты на берегу в кустарнике сидели и из засады в казаков из луков стреляли. Казаки из ручных пищалей залпом ответили, и нападающие вмиг исчезли. Другие дощаники подплыли и служивые на берег высадили. Десятник приказал:
- Бегом к кустарнику разобраться, какой там сидит нахал.
Семен в кусты нырнул, все осмотрел и прокричал:
- Господин десятник, я здесь никого не нашел, все удрали и раненого с собой утащили.
Казаки не дощаника вернулись и вверх по Оби путь продолжили. У излучины реки, на берегу, в сосновом бору, всадников увидали и в середине реки на якоря встали. По приказу Пущина, толмач Тайтан стал звать «лучшего человека» для переговоров. Трое воинов к берегу подошли и своих людей прислать попросили. Но Пущин не стал рисковать и продолжал с лодки с ними разговаривать. Началась словесная игра. Для Пущина важно было знать: какая их преследует враждебная сторона: теленгитская или ойротская, и токая будет разговорная основа. Теленгитам была выгодно под черных калмыков замаскироваться, с которыми русичам запрещено в потасовку ввязываться. Но спектакль не удался, и Федор начал их укорять:
- Перестаньте нас преследовать. Вы про наш договор, государев хлеб и соль позабыли, перестаньте нос задирать и большого «дурна» на себя навлекать. - В ответ грозные упреки и требования звучали:
- Мы договор с белым царем исполняем, на Томск войной не ходим, так зачем вы наш покой нарушили и сюда приплыли. Убирайтесь пока живы. На следующем плесе мы вас повстречаем и всех уничтожим.
Воины сели на коней и ускакали, а отряд Пущина в растерянности оставили. Двигаться вперед, несмотря на опасности и предупреждения, или повернуть назад? И здесь у каждого свое мнение. Началось обсуждение.
- Мы в безопасности, пока стоим на воде, - десятник разговор начал, - а на суше нам не справиться с ордой и совет мой такой: нужно пока не поздно, домой возвращаться, иначе всем придется с жизнью расстаться.
- А зачем мы тогда сюда приплыли? Столько времени потратили и ничего путного не свершили. Надо вперед идти, в устье Бии и Катуни-реки лесистый островок присмотреть, там острожек поставить и спокойно перезимовать. Река быстрая, навряд ли зимой замерзнет и от нашествия нас оградит. - Пущин головой покачал:
- Юноша, ты слишком смел, видно, в серьезных стычках не бывал.
- Мы, с Иваном Пущиным неприступные крепости брали, а с Федором Пущиным вдруг оплошали. Видимо, Федот московский совсем не тот, что Иван томский.
Казаки рассмеялись, а у вожака от злости скулы задергались. Но он вида не подал и разговор продолжал;
- Вперед идти опасно, осень приближается, и на необустроенном месте зимовать нам будет тяжко. И я придерживаюсь мнения, что нужно в Томск возвращаться.
- А для чего мы сюда тогда приплыли, продукты, силы израсходовали, а острог не заложили? Да нас служивые на смех подымут и изменниками обзовут.
Шум и гвалт раздался. Спорили, ругались, чуть не подрались. Два дня на реке стояли, куда плыть соображали. Мнения почти пополам разделились, решающее слово за Пущиным осталось и он приказал.
- Свору прекратить, собираться и домой плыть.
Кто с радостью, кто с горестью за весла сели и вниз по течению лодки направили. Путь домой легким оказался. Река сама лодки по течению несла. Ведь она не знала, что служивые на сей раз с позором возвращаются домой. Непривычен для казаков финал такой.
В крепость приплыли, дощаники разгрузили. Семен домой пришел, Марию быстрым возвращением обрадовал.
- А пошто так быстро вернулись? Ведь вы надолго собирались.
Семен засмеялся:
- Так все женатыми оказались, за своими ненаглядным соскучились и с полпути домой вернулись. - Она головой покачала:
- Такого я еще ни от кого не слыхала. Ладно, пошли ужинать, коль не хочешь ничего о походе сказать.
[justify]Только успели за стол сесть, как дверь распахнулась и на пороге появился тесть. Увидев Якова Остафьевича, Семен, с удивлением подумал: «Какой черт его к нам приволок, мне совершенно невдомек?» Он знал, что тесть его недолюбливает, родства на людях не показывает, как будто он чужой человек. Да так оно и есть. Он же не дворянин, а простой
