КРЕСТИНЫ

только до дома, а и передал в белые рученьки матушки. После чего компания продолжила застолье. 

   Теперь теща всецело посвятила себя Кириллу Кондратьевичу, сердце которого к концу вечера окончательно растаяло и в нем зарождалось уже забытое чувство, называемое любовью.

   Расходились поздно.

   - Марина Михайловна, - пророкотал старый дамский угодник, - мне бы очень хотелось, чтобы мы сейчас с вами спустились ко мне. Я развожу рыбок и одна, безумно дорогая пара, вчера дала потомство. Моя квартира в аквариумном освещении выглядит просто фантастически. Вы не возражаете?

   -Я просто обожаю рыбок. Это моя слабость, - солгала теща, – У вас в доме чай имеется?

   - Безусловно. Предпочитаю индийский. Для вас, Марина Михайловна, я не только чай, но и звезду с неба готов достать.

   - Кирилл Кондратьевич, у нас одинаковые с вами вкусы. Вы меня начинаете пугать.

   Кирилл Кондратьевич поощрено улыбнулся.

   - У меня для вас есть еще один сюрприз. Но это внизу.

   - Обожаю сюрпризы, - истерически захохотала теща, - Сейчас возьмем к чаю тортик и пойдем к вам. Леночка, я иду к Кириллу Кондратьевичу, - прокричала она дочери от двери, - Ключи я взяла. Меня не ищи.

   Оставив дочери две горы грязной посуды, она хлопнула дверью.

   Елена, уставшая за эти дни, как строитель египетской пирамиды, равнодушно взглянула на весь этот хаос. Но деваться не куда. Надо все мыть и убирать. Через полтора часа муж приедет. Не встречать же его таким беспорядком? Переодевшись, она приступила к наведению порядка. Помощников рядом не оказалось.

                -16-


   До отхода поезда оставалось семь минут, когда Василий и Марина влетели на вокзал. Оставленные в гостинице вещи отняли у них целых сорок драгоценных минут.

   Они, мокрые от быстрого бега и часто дыша, встали у вагона.

   - Коленька, я очень благодарна тебе за встречу. Ты очень хороший. Молчи, - она прикрыла пальцем ему рот, – говорить буду только я. Иначе я буду плакать. Ты разве этого хочешь?
   Василий помотал головой.

   - Тогда слушай и молчи. Мне вчера сделали предложение. Я выхожу замуж и уезжаю отсюда. Нет, нет, ничего не спрашивай. Так надо. Не могу же я всю жизнь быть одной. В этом ты прав.

   - Пассажиры, заходим в вагон, через минуту отправляемся, - раздался как приговор голос проводницы.

   - Прощай, Коленька! Не знаю, как ты, а я буду помнить тебя всю свою жизнь. Молчи, молчи. Все знаю. - Она крепко поцеловала его в губы. - Будь счастлив, мой родной! Хорошей тебе дороги.

   - И ты, - только и мог вымолвить Степанов охрипшим голосом.

   Поезд тронулся, Василий вскочил в вагон.

   Она шла, в сторону вокзала, не оборачиваясь. По ее щекам текли слезы.

 -17-

    Василий всю дорогу от Севастополя до Николаева жил событиями, происшедшими с ним в течение двух суток. На душе скребли кошки. Было жалко и себя, и Марину. Жутко хотелось, чтобы у нее в жизни сложилось все хорошо.

  - А правду она сказала, что выходит замуж или только для того, чтобы мы больше не встречались? – этот вопрос, как червь, точил его всю дорогу, – А с другой стороны, он же не бросит семью. Пусть она тоже будет счастлива! 

   Поезд подошел к станции около полуночи. Степанова, как и обещал комбриг, ждала машина.

   Подъехав к дому, он взглянул на окна. На кухне горел свет.

   - Неужели гуляют?

   Лифт как всегда не работал. Обливаясь потом и задыхаясь, Василий поднялся на свой этаж. Чтобы не будить детей, дверь открыл своим ключом. Из кухни вышла бледная и измученная жена.

   - Привет, - он ласково поцеловал супругу, - как тут у вас?

   - Все хорошо, Вася. Сереженьку окрестили. Сейчас домою посуду, и пойдем спать. Тебе воду согреть? Ополоснешься? Я так устала, ели на ногах стою.

   - Согрей. А что в доме так необычно тихо? Где твоя мама? Что-то не слышно богатырского храпа.

   Жена на минуту замолчала.

   - Она... у Кирилла Кондратьевича. Ну, тот мужик с третьего этажа, что рыбок разводит.

У Василия брови поползли наверх.

   - И что она там делает?

   - Пошли рыбок смотреть.

   - Рыбок? В первом часу ночи? Интересная мысль.

   - Нет, они ушли еще в десять вечера.

   - И до сих пор смотрят?

   - Не придирайся к словам. Я не знаю, что они там делают.

   - Зато я знаю.

   Он разделся, тщательно смыл с себя севастопольское прошлое и лег.

   Засылая, он почувствовал, как пришла жена. Обняв его, она сразу засопела.

   - Пусть поспит. Устала, бедненькая. И я тоже, - проваливаясь в глубокий сон, подумал Василий.


         -18-


   Около десяти часов утра в замочной скважине заскрипел ключ. Теща, бодрая и веселая, вошла в дом.

  - Ты уже встала, Леночка, а я думала, что еще спишь? Вижу, управилась. Молодец! Кто это там у тебя плещется в ванной?

   -Вася.

   - Вася? Он что, не на службе? Выгнали? - она зло улыбнулась.

   - За хорошее выполнение задания, комбриг поощрил его однодневным отпуском. Вот так!

- Отпуском… Поощрил… -  было видно, что теща не слушает. - Это хорошо. Это просто здорово!  Я что, собственно говоря, пришла. Ключ отдать и вещи забрать. Мы с Кириллом Кондратьевичем едим отдыхать в Крым, к морю, на его машине. Не все твоему мужу по югам мотаться. Я права, зятек? – бросила она в сторону ванны.

   Ванна ответила гробовым молчанием.

   - Собирать мне, в общем-то, и нечего. Все до сих пор лежит в чемодане. Как чувствовала, не распаковывала его. Благодарности в этом доме я не заслужила. Поэтому и расставаться будем легко. Так, дочь?

   - Делай, мама, что хочешь. Я уже устала от всего этого.

   - И на том, доченька, спасибо, – она поклонилась в пояс, – Сколько для вас не старайся, сколько не корячься, - мил не будешь! Правильно мне соседка говорит: «Жить нужно для себя. Детям ни в чем никогда не угодишь». Помоги мне снести чемодан вниз. Кирилл Кондратьевич еще хочет тебя попросить последить за рыбками. Инструктаж тебе кое-какой дать хочет. А дети где?

   - Спят.

   - Пусть поспят. Поцелуй их. Скажи, что бабушка на море поехала купаться. Кажется, все сказала. До свидания, дочка. Для остальных мое отсутствие вызовет только радость.

    -19-


   В пятницу в кабинет Степанова вошел рассыльный.

   - Товарищ капитан третьего ранга, вас начальник политотдела вызывает.

   Василий поднялся на второй этаж.

   - Товарищ капитан первого ранга, капитан третьего ранга Степанов по вашему приказанию прибыл.

   - Степанов, - начло, офицеров штаба по именам и отчествам, не знал, да и знать не хотел, не его уровень, - вы что, в воскресенье крестили ребенка? Как вы могли? Вы же коммунист! - начал начпо без всякой подготовки, - Вас атеистическая программа партии не касается? Или вы уже не дорожите ни должностью, ни членством в КПСС?

   Холодный пот выступил на лбу механика.

   - Товарищ капитан первого ранга, я в это время был в командировке в Севастополе. Это теща приехала и все сделала без моего ведома. Я даже не знал об этом.

   - О вашей командировке я тоже ничего не знаю. Вы что, решили меня обмануть? Кто вас послал?

   - Командир бригады.

   - С какой целью вы ездили в Севастополь?

   Василий во всех подробностях стал рассказывать о целях и задачах, связанных с его поездкой в главную базу флота.

Начпо слушал очень невнимательно. Он, периодически, куда-то звонил, что-то писал, кого-то вызывал.

   - Хорошо Степанов, идите. Я лично разберусь в этом вопросе. Но свою семью надо воспитывать. Каждый член нашего государства должен знать, чем живет наша партия, над чем она работает, и претворять в жизнь решения всех Пленумов ЦК КПСС. Вам это ясно? А у вас, видно, не все в порядке дома. Не ошиблись ли мы, взяв вас служить в штаб? Идите и думайте.

   Степанов вышел пошатываясь. Рубашка прилипала к телу.

   - Ну, теща, сука, удружила. Хорошо, что с командировкой все удачно получилось. А то бы точно влип. Выгнали, как пить дать.

   Он зашел к комбригу.

   - Что, наложил в штаны, - рассмеялся комбриг, – Не дрейфь. Все обойдется. Служить тебе долго и еще не одно крещение придется принимать. А про все это забудь. У них работа такая. Интересную мысль тебе подсказал начпо. С сегодняшнего дня и начинай внедрять в семью все решения партии. О результатах потом доложишь коммунистам на партийном собрании.

   Комбриг от собственной шутки залился долгим, лающим смехом.

   - Иди, Вася, повеселил ты меня сегодня, -вытирая платком слезы, он рукой показал на дверь.

    -20-


   Через три месяца Степанов вновь поехал в Севастополь, но уже на сборы руководящего состава электромеханической службы. Память о Марине занозой торчала в сердце. Вечером он пошел к ней домой. Дверь открыла незнакомая женщина.

   - Простите, мне нужна Марина.

   - Здесь, молодой человек, такие не живут. Вы, наверное, адресом ошиблись.

   - Но три месяца назад она здесь жила.

   - Может быть, и жила, не знаю. Мы сюда въехали две надели назад. Квартира была пустой. Извините, помочь не чем не могу, - дверь закрылась.

   Светлое пятно жизни потемнело, а кровоточащая рана так и осталась на всю жизнь.