Сегодня ассортимент торговых аппаратов расширился перчатками для работы и головными уборами. Ирка и Светка соблазнились купить и перчатки и шапочки, и не прогадали – вещи прочные и стильные: новьё, мушка на них не дрюкалась. Сашка легко добыл у клановых рекрутеров листовки и вручил бумажки девчатам. Затем он отправился ловить артов, а девчатам велел идти домой.
Честно говоря, Сашкино настроение сильно упало: не до артов ему сейчас. Зима в сердце, на душе вьюга. Привык он к девчатам за эти несколько дней, можно сказать, сроднился. Но, такая у нас жизнь, ничего не попишешь. Рыбка ищет, где глубже, человек – где лучше. Только не у всех получается: одни люди имеют вещи, а другие имеют философский взгляд на вещи. И вторых большинство.
Сашка решил пока плюнуть на артов, а пойти к себе домой, проверить свою квартирку, пересидеть там какое-то время, чтобы дать девчатам определиться с кланами. Заранее решил не обижаться на девушек, а просто вычеркнуть их из списка друзей. Реальность, не спрашивая у тебя разрешения, с удовольствием ломает через колено все твои лирические представления о людях. Это тебе, Сашка, наука – впредь не надо близко к сердцу воспринимать чужое горе. Ты по своей природе одиночка, а не стадная особь. Ты один на льдине. Симпатизировать людям не надо, как не надо и использовать людей в своих целях. Смотри на людей, как на предметы декорации. Чувства коварны, а сердечные увлечения подобны водовороту в мощном потоке: затянет эта пучина, и не выберешься. От переживаний у меня пропадает аппетит, и появляются мысли неситуативно контекстные обстановке. Не надо горевать - всё перемелется, и на моей улице перевернётся грузовик с пряниками.
Как понять женщин, если они как открытая книга … по квантовой механике, написанной на вьетнамском языке? Сашка делил всех женщин на две категории. На бескорыстных и приятных в общении, и на тех, кто, почём зря, ругают мужчин, замечающих женскую меркантильность. Кредо продажных женщин: «Люби себя и плюй на всех, и ждёт тебя тогда успех». Как определить продажных женщин? С помощью психологии вестимо. В психологии много провокационных тестов. Хочешь определить, какая женщина меркантильная, спровоцируй её на агрессию. Подбрось в разговоре тему о женской продажности и следи над уровнем реакции. Ларчик просто открывается. Какие женщины агрессивно реагируют на тему продажности? Правильно, те самые. Нормальные женщины останутся спокойными или равнодушными к теме. Продажная женщина сразу найдёт, кого обвинить, кроме себя любимой. Естественно, по её мнению, виноват всегда мужчина, если он не в состоянии удовлетворить все её хотелки. Не может мужик её всячески удовлетворить, значит надо обвинить его во всех грехах, заодно и ярлыков навешать, сделав из мужика ходячую энциклопедию человеческих пороков. Вот такая «железная» логика. Впадая в агрессию, продажная женщина даже не понимает, что попала в психологическую ловушку.
Прохладный январский воздух по идее должен освежать Иркины мысли, но что-то с освежением не вытанцовывалось. Пока Ирка и Светка шли домой, Ирка ещё держалась, а дома она начала слишком темпераментно высказываться.
- Светка, я что-то своим склерозом не догоняю, - Ирка, скинув верхнюю одежду и обувь, вошла на кухню, куда и подружка проследовала. Светка набрала воду в чайник, поставила его на горячую плиту печки и вернулась на кухню послушать Ирку. – Меня терзают смутные сомнения. Зачем нам Сашка дал вот эти писульки про кланы и сказал думать? Гнильцой какой-то от этих листочков попахивает, даже хуже – воняет, как от качественно обосранного общественного сортира.
Светка слушала, но пока ещё не особо вникла в тему. От Иркиных слов она немного напряглась: действительно, как-то всё выглядит подозрительно.
- Давай Полинку позовём на совещание, - предложила Ирка и покричала из кухни: «Полинка, подгребай к нам на кухню, пошептаться надо».
Полинка, услыхав Иркины крики, отложила головоломку по апгрейду перчатки и поскакала на кухню.
- Что случилось?
- Коза на ёжике женилась, - популярно объяснила Ирка.
- Вот что тётки, - хмуро начала совещание Ирка. – Надо перетереть проблему, - она сунула Полинке листовки с приглашениями в клан, при этом пояснила, что Сашка сказал подумать над этой темой.
Полинка вчиталась в листовки. Смысл понятен, да она сама уже знала о формировании кланов некоторыми особями из бывших руководителей.
- Что ты об этом думаешь? – спросила Ирка умную Полинку, когда та отложила листовки в сторону.
- Идея, конечно, хорошая, - задумчиво проговорила девчонка. – Организация эффективной работы – это всегда хорошо и для чужих, и для многих наших плохо организованных особей.
- Что предлагаешь? – нетерпеливо перебила её Ирка.
- Повторюсь, идея хорошая, но … без меня, - пояснила Полинка. – Зачем мне какой-то клан, когда у меня уже есть клан, да не простой, а с Сашкой. Наш Сашка даст сто очков вперёд любому новому клану. Не вижу смысла думать о чужих кланах.
Светка слушала, но, сделав скорбное лицо, пока молчала. Ситуация ей нравилась всё меньше и меньше. Действительно, гнильцой потянуло.
- Тётки, - опять повысила голос Ирка. – Сашка просто так ничего не делает. Он что-то задумал, жопой чую. Если он собрался впарить нас в какой-то сраный клан, то я ему сейчас по Коммуникатору такой пропиздон вставлю, что ушки у него в трубочку свернутся. Чувствую, без мата тут не обойтись.
Вдруг Ирка заплакала. Вытирая слёзы, она бормотала: «Мы для него всё, что хочешь … а он нас за борт … вот как так … зачем он хочет нас сдыхать».
- Ты считаешь, что Сашка решил от нас отделаться? – в глазах Полинки тоже появились слёзы, а в голосе звучал суеверный ужас. Но, ей реветь, как с горы катиться. – Я не пойду в другой клан, лучше сдохну. У меня только вы да Сашка, больше никого нет. Ещё Максик. Мне кроме вас никого не надо.
Полинка ревела. Ирка рядом хлюпала носом.
- Он, что, держит нас за блядей с низкой социальной ответственностью? – очнулась Светка. Глаза её заблестели от возмущения. – Он от нас, как от шалав решил избавиться? Мы ему поклялись, а он нас как поношенные перчатки? Если он такая падла, то пусть сам в любой клан чешет, хоть к голубым пидорасам, а мы и втроём проживём. Правда, Полинка? Ирка, звони Сашке: я тоже ему выскажу всё, что думаю. Матом выскажу: поссоримся мы с ним в дым. Когда моему дядьке Коле, профессиональному бульдозеристу, кувалда на ногу упала, я такие интересные слова узнала - закачаешься. Я сейчас все дядькины слова вспомнила. Полинка, ты только уши затыкай. Тебе ещё рано горбатые слова знать.
Материть предателя и демоническую личность по имени Сашка, решили не просто так, а с воодушевлением. В виде воодушевителя решили использовать коньяк, притащенный Сашкой с задания. Ирка резвым сайгаком сбегала за коньяком, Светка сварганила немудрёную закуску и понеслось. А нефик нас за блядей считать! Пусть сам чешет, куда хочет, хоть к анальному меньшинству, раз он гад такой! Щас по стописят врежем и выскажем предателю всю пухлую неполитэрррректную правду.
- Ну, за нас, тётки, - сказала тост Ирка, наливая себе в стакан жидкость по самый Марусин поясок.
Полинке тоже налили, но ей хватит и пятьдесят, ибо она малолетка. Слегка закусили, но без аппетита. Оставшийся коньяк разлили на троих, ибо Полинку резко посчитали взрослой. Если она уже взрослая тётка, как мы, то почему бы и нет. Воодушевились знатно, но недостаточно. Пришлось Ирке сгонять за второй бутылкой: сгорел сарай, гори и хата. Теперь пили, не закусывая, как на похоронах. Полинка принесла блокнот и карандаш, записывать некоторые особо заковыристые слова и выражения. Это чтобы не забыть высказать их предателю Сашке, не имеющего за своей чёрной душой ничего святого. Намечалась война миров между носителями ХХ-хромосом и ХУ-хромосом. Скоро выяснится, чья хромосома больше.
- Конячья срака или кобылячья? – с пьяненькой улыбкой уточняла Полинка. – Поблядушка траншейная – это как?
- Ты не спрашивай, ты пиши, а не щёлкай хлеборезкой.
- Пишу, пишу … сношать тя сраным чебуреком зигзагом по синусоиде … здорово тётки … а как это?
Барышни, воодушевлённые двумя бутылками коньяка, кажется, дошли до кондиции. Настроение приподнялось, в желудке булькает триста грамм коньяка. Воодушевлённый мозг генерирует мысли. Жизнь удалась, исключая мелкие нюансы. Теперь хоть в рукопашную на бурого медведя. Да что там какие-то медведи? Ирка даже на мышей соглашалась идти охотиться без всяких душевных терзаний в духе героев Достоевского, умеющих лихо убивать топором старушек. Прямо сейчас готова идти и мочить мышей: чёрт нам не брат и судьба не злодейка. А хера ж нам красивым!
Светка вдруг ощутила потребность спеть что-нибудь жалостливое, с большого горя, разумеется.
- Давай про алкашей вмажем? – предложила воодушевившаяся Ирка.
Обнявшись, подружки затянули песню:
- Ничего на свете лучше нету, чем напиться пьяным до обеда. Глазки в кучку, ножки враскорячку, здравствуй, здравствуй, белая горячка!
Полинка, глядя на такую картину, хлопала своими ресницами.
Ирка, почувствовав кураж, хотела уже связаться с Сашкой, но тот сам опередил её.
- Что у нас на обед? Уже идёшь домой? Эээээ. А мы тут посидели, поговорили, и твои клановые бумажки в печку нахрен закинули. Правильно сделали? Надо больше листовок набрать? Для растопки печки? Ага …
Поговорили…
У Ирки округлились глаза, из них потекли пьяные слёзы:
[justify] - Сашка домой обедать идёт. А у нас конь не