волочился. Выходит, серьезно втюрился, если жениться надумал. Ну, и как продвигается… хм… ухаживание?
- По всякому… ну, вы понимаете. Только я не думала за него выходить.
Иван Тимофеевич усмехнулся
- Почто так?
- На воле не нагулялась еще.
- Ну, это мы еще будем поглядеть. Еще вопрос. Образование? Где работаешь? Гляжу, руки у тебя рабочие…
- На хлебозаводе работаю. Работой своей довольна, и даже горжусь… иногда. Образование среднее. Красный диплом.
- Почему в институт не пошла?
- На стипендию не проживешь. И потом подругам дала выучиться, они младше меня.
- Ну, это понятно, а хотела?
- Наверно… не помню уже.
- Ну, а если… скажем, я предложу тебе выйти замуж за моего сына и помогу поступить в институт на юридический факультет. У меня в отделе юрист через несколько лет на пенсию уйдет…
- Вы что, меня в ментуру сватаете?
- Не сватаю, а делаю деловое предложение, так что ты прямо сейчас решай, потом будет поздно.
- А что если нет, то зарестуете?
- Надо будет, то и в наручниках под венец пойдешь. Так что лучше уж добровольно. Минуту на размышление даю. Минута пошла.
Иван Тимофеевич нажал кнопку внутренней связи
- Немцова ко мне… мухой.
Быстро встал из-за стола, подошел к двери, широко ее открыл.
- Заходи, лейтенант, хватит под дверью подслушивать. Твоя невеста дала согласие. Кстати, Даша, как твоя фамилия?
- Мотовоз.
- Оба на!...
4. Явка с повинной.
«…Парад! Смирно! К торжественному маршу, по батальонно… на одного линейного дистанции…». Звук телевизора убавили.
Девятое мая. Загородная дача семьи полковника Немцова. Дом большой добротный, сработанный своими руками.
Сегодня по давней традиции семья собирается на праздник. Женщины суетятся с сервировкой стола, а мужчины на террасе дымят
- А где Витька шляется? – старший сын Ивана Тимофеевича Борис, как и все мужчины в доме при параде, в форме и как полагается с орденами и медалями, которые цепляют только в этот день.
Борис Иванович сорок три года, несколько полноват, лицом схож с отцом только с короткой черной шевелюрой, в которой пока еще ни одного седого волоса. Женат, две дочери, студентки.
- Борь, не торопись. Сегодня я обещаю вам день сюрпризов. Как дочери?
- Известно как… у них своя студенческая тусовка. Может к вечеру заявятся.
Второй сын подошел
- И в чем состоит сюрприз?
- Ишь, услыхал. Ты, Миша не торопись. Удовольствие нужно растягивать.
Михаил Иванович, второй сын Ивана Тимофеевича. Тридцать девять лет. Худощав, костюм на нем немного мешковат, выглядит немного женственно хотя присутствует модная небритость. Горбонос, скорее всего в мать, длинные волосы цвета льна, глаза чуть узковаты. Женат. Сын школьник, на подходе второй
- Все, сынки, пошли к столу. Пора. Витька скоро будет.
Шумно уселись за большой длинный стол. И… разом повернули головы к главе семейства. А он обвел всех взглядом с хитрецой. А потом обратился к старшей невестке
- Наташ, не в службу… еще один стул вон туда поставь и еще один прибор
- Накой? Вроде только Виктора ждем.
- Поставь-поставь. Всему свое время.
Просьба была почти мгновенно исполнена.
Иван Тимофеевич постучал вилкой по бокалу и голосом телеведущего изрек
- Внимание! Всем сидеть смирно! Равнение на дверь. Принимаем в нашу семью молодых. Входите.
Двери двустворчатые открылись и немного смущаясь, вошли в гостиную Виктор при параде с двумя медалями на кителе и Даша в белом платье и… на высоких каблуках.
- Проходите молодожены на свое теперь законное место. Знакомиться и поздравлять будем позднее, а пока наполните бокалы и стаканы. Первый тост за победу. За нашу победу. Ура!
Мужчины выпили стоя по сто грамм «наркомовских», дамы пригубили шампанское.
- Ну, а теперь можно и новобрачных поздравлять. Наполнить бокалы. Надежде больше не наливать, ребенок алкашом родится. А теперь горько!
Целовались молодые как положено, стоя.
Шум пошел - «вот же тихоня, глянь, какую красавицу оторвал, в нашем полку прибыло» и подобное.
Иван Тимофеевич снова призвал к тишине.
- Нового члена семьи кличут Дарьей. О себе она как-нибудь сама расскажет. А я хочу для нее о нашей семье сказку рассказать.
- Давай, батя! Слушаем.
- Значит так. За горами, за лесами, За широкими морями, Не на небе — на земле Жил старик в одном селе. В данном случае, в городе. У старика было три сына. Как-то выдал старик сыновьям по табельному луку и по одной стреле. Мол, куды стрела попадет, там и счастье семейное найдет.
- Это вроде бы из другой сказки.
- Моя сказка, как хочу, так и сказываю. Вот ведь перебили. Ладно… Старший умный был детина. Был Борисом наречен. Стрелу пустил да прямо княжну Наталью подстрелил, А может она его сердце чем поранила, то в сказке не сказано. Вон она сидит, красавица, с любовью зыркает на супруга.
А Борис-то с его умищем вскоре сделался судьей в городе, до пятого класса за свою работу дослужился. Судит строго, справедливо. Каждому по делам его. А Наталья ему в подарок и старику на радость родила двух дочерей.
Второй сын был так и сяк, третий вовсе был… следак. Ну, до третьего пока еще очередь не дошла, пождет. О среднем скажем пару слов
Второй сын был назван Мишей. Рос не буйным, молчаливым, стрелку меткую послал, на боярский двор попал. Та боярыня Елена красотой не подвела, внука деду принесла. Прибавленья снова ждет. Михаил хоть был тихоней, дело крепкое затеял, адвокатскую контору вдруг открыл. Помогает он безвинным, мзду лихую не берет. За работу и почет.
Про супруга своего скоро сама и все узнаешь. От себя добавлю только, что горжусь им… иногда. А за то, что царь-девицу он привел в сию светлицу, так и быть… сверху был на то приказ следаку внеочередно капитаном быть как раз. Но и это не конец. Побывал старик с поклоном к государю своему. Матерки мои послушал, Похряхтел и потужил, но уважил наконец. По сусекам он поскреб и двукомнатны хоромы нашим молодым вручит… правда только через месяц. Так что, свадьбу будем праздновать одновременно с новосельем.
Пока сказочке конец, все кто слушал молодец и по этому сему медовухи наливайте, да закусывать не забывайте, уж гулять так от души… или как там у поэта про нашу семью
Коль любить, так без рассудку,
Коль грозить, так не на шутку,
Коль ругнуть, так сгоряча,
Коль рубнуть, так уж сплеча!
Коли спорить, так уж смело,
Коль карать, так уж за дело,
Коль простить, так всей душой,
Коли пир, так пир горой!
Пока в гостиной смех, звон бокалов и прочие прелести пирушки, с террасы на небольшой, сильно заросший участок вышла подышать Даша. Тут ее и застал Иван Тимофеевич. Увидал и умилился в душе, как же она красиво выглядела на фоне цветущей вишни
- Ну, что Дашенька, ты довольна?
- Я даже не могла и представить, что так может быть. Иван Тимофеевич, меня вдруг возникло желание… можно я вас буду называть папой.
- Доченька, а как же иначе, конечно.
- Папа…
- Ну-ну-ну… вот так и сразу в слезы. Иди ко мне, обнимемся.
- Никому не говорила, как я хотела, чтобы у меня была семья… родители… папа.
- Поплачь, поплачь… доченька. Хоть я и не переношу женских слез. Вот, возьми платок, а то вон твой муженек со счастливой рожей идет, еще подумает, что я тебя обидел.
Виктор появился уже сильно выпивший, что прежде у него не наблюдалось.
- А тут шуры-муры с моим родителем. Уже ревную. Шучу я так. Ты прости меня, Дашенька, чуть не забыл, что у тебя сегодня день рождения. Держи от меня подарок
И протягивает коробочку. А в ней колье с изумрудами. Старинное.
- Витка, ты с ума сошел. Это же целое состояние.
- Дочка, это семейная реликвия его матери и бабки. Я разрешил. Так что это и от меня поздравление и подарок.
- Спасибо.
- А еще скажи-ка ты мне, голубушка, как узнала, что мой чай… вообщем не тот?
- Все просто. На пакетике был иероглиф не китайский. А кто его продает на рынке, я, кажется, знаю… он тоже бывший детдомовец
- Глазастая ты дочка. Нам это в полиции подходит…
- Батя, Дашка, народ требует продолжение банкета… вернее, песен. Дашенька, женушка, моя ненаглядная, батя еще тебе не говорил, что он у нас музыкант.
- Нет, Витька, мой папа мне этого еще не успел сказать.
- Ну, вот что, дети мои, вы тут… только не шибко увлекайтесь, а я пошел настраивать свою балалайку. Не помню, когда я ее в последний раз брал.
Действительно, балалайка была настроена, партер уж блещет… у поэта там как-то иначе, но это сейчас неважно. Неважно потому, что петь согласилась Дашка Мотовоз. Долго уговаривать не пришлось.
Синенький, скромный платочек
Падал с опущенных плеч.
Ты говорила, что не забудешь
Ласковых, радостных встреч…
Тут впору бы прослезиться балалаечнику, потому оказалось любимой песней его покойной жены, вырастившей ему сыновей...
Что будет дальше? Этого никто из упомянутых персонажей в рассказе пока не знает, да и я тоже. Только хочется надеяться, что все будет хорошо. Очень надеюсь.
