помнила. Что в жизни не только плохое бывает. Что есть ещё парки, старые мопсы и дурацкие значки.
Лена сжала значок в кулаке. Глаза её заблестели, но она сдержалась.
— Спасибо, — сказала она.
Потом встала, обняла Архипа, чмокнула его в морщинистый лоб и быстро пошла прочь. У выхода из парка обернулась, помахала рукой. Сергей Петрович помахал в ответ.
Домой он шёл медленно. Снег падал на плечи, на голову Архипа, который бодро трусил рядом. В подъезде пахло всё той же капустой, лифт скрипел. Но в груди было тепло.
Он зашёл в квартиру, снял ботинки, повесил куртку. Архип сразу улёгся на свой коврик. Сергей Петрович подошёл к окну, посмотрел на снежный двор, на редкие огни в окнах.
— Мам, — сказал он вполголоса. — А у нас тут друг появился. Маленький. Ты бы её полюбила.
Мопс согласно вздохнул во сне.
И впервые за долгое время Сергей Петрович не чувствовал себя одиноким.
