– Видимо час проповеди для неё не настал и она решила к этому моменту более лучше подготовиться. – Отложив в сторону телефон, пришёл к вот такому решению я, будучи при этом уверенным в том, что вот такие люди слова, несущие в мир свою проповедь, меня ещё ни один раз потревожат в желании донести до меня свою проповедь: Всё в нашем мире тленно. И тогда какой смысл держаться за материальное. С ним нужно легко расставаться.
И действительно, как им не поверить, и тут же не расстаться с этим объектом тленности в руках, телефоном и самим носителем нового слова, кто тут же пропал в эфире, стоило мне только выключить телефон. Который я, как ещё не достигший просветления, не смог выбросить, искушаемый мыслью и желанием слышать голоса проповедников нового слова, кто меня уму-разуму научит и с мотивирует меня жить не по лжи, а с праведной точки зрения.
Но всё-таки, что такое правда для меня и какая такая необходимость ей следовать? И уж точно не навязанное и напускное. Ведь правда – это такой экстракт человеческого сознания, рождённый в муках общественного договора, руководствующегося в своих действиях необходимостью выживания и созидания, который не всегда считается с самим собой, а только при соблюдении определённых условий, таких как время, место и обстоятельств применения.
И собственно правда, ещё называемая точкой зрения, не может реализовываться вне общественного дискурса и сознания. Вот и приходиться искать свою правду во вне, в местах так называемого ореола обитания общественной дискуссии, ведь своей правды не всегда достаточно, чтобы стать полновесной правдой для всех участников событий в этой правде жизни. Нужны и другие значения и доказательства правды.
И в поисках какой-то, скорей всего, на свой счёт правды, возможно, что ещё и привлечённый личным любопытством, я оказался на мероприятии называемом быстрые свидания, где ваше друг друга не знание и в первый раз вижу знакомство, дёт самые широкие возможности для раскрытия в вас потенциала широты души и вы можете быть, наконец-то, честным. О чём мною предполагалось, а в рекламном релизе, обнаруженном мной на одном из информационных сайтов, а может где-то ещё, мне так же предлагалась непринуждённая атмосфера общения (мне это подходит), приятные собеседники (а это уже спорно, всех под одну, хоть и приятную гребёнку не подгонишь), которые, вот же неожиданность, заинтересованы в общении с вами, то есть со мной. Хм. И откуда они меня все знают, чтобы быть заинтересованы в общении со мной? Моя личность вроде бы не так сильно распространена в информационном пространстве, чтобы быть заинтересованным в общении с ней.
Так что я был подкуплен этими обещаниями и решил посетить столь внимательное к моей личности место, в одном из заведений кафешного типа, арендованного устроителями этого мероприятия под эти цели.
И, конечно, не всё так гладко на практике получается, как это указывают в своих пресс-релизах устроители этих мероприятиях. И прежде чем я буду допущен для участия в этом мероприятии, я должен был пройти опрос на так сказать совместимость моего выбора, где, вы должны понимать, есть и другая сторона вашего выбора, которая на себя берёт ответственность за выбор вас.
Здесь я хотел немедленно и с раздражением перебить этого модератора сего мероприятия, всего лишь поинтересовавшись: «Назовите мне, будьте так любезны, кто решил так себя грубо и не воспитано по отношению ко мне себя вести, решив не согласиться с самой верной точкой зрения на меня, с моей собственной?». Но что-то во мне меня остановило, и я, решив, что такую информацию мне по телефону никто не скажет, а если я хочу добыть для себя эту информацию, то я должен лично на это мероприятие прийти. А пока что, я так уж и быть, отвечу на эти наводящие меня на самые странные мысли вопросы.
Ну а этот модератор участников этих свидания, явно почувствовав мою от неё зависимость и моё сильное до нетерпения желание в нём поучаствовать, не смотря на многое, что меня коробит и не нравится, берёт стерва и начинает использовать это моё зависимое от неё положение.
– Скажите ваш возраст? – вот так прямо мне в ухо задаётся собой и этим вопросом эта стерва модератор Алла. Вызывая у меня нетерпеливость желания с ней немедленно познакомиться и посмотреть в её накрашенное и напомаженное своей наглостью лицо типа физиономии.
– А зачем это вам? – интересуюсь я.
– Это по большому счёту нужно не мне (на вас мне наплевать, читаю я между строк), а тем участницам нашего вечера, с кем вам будет предопределено судьбой встретиться. – С какой-то прямо не скрываемой язвительной ядовитостью это говорит модератор Алла, от чего у меня всё желание о себе заявить на этом вечере пропало. И вообще, для судьбы совсем не важно, какой у меня возраст, чтобы меня лоб в лоб столкнуть со своей судьбой.
Но об этом я не буду говорить Алле, той ещё дуре, относящейся к своей работе формально и без романтики в словах (одна только расчётливость).
– Значит, у вас есть какие-то возрастные рамки для участия? – спрашиваю я.
– Особых рамок нет. – Спешит меня успокоить Алла, так открыто завираясь. – Мы всего лишь добиваемся культурного равновесия, без возрастных перегибов в наших участниках, когда присутствует явный дисбаланс между знакомящимися собеседниками. – Вон сколько воды налила в уши мне Алла, пытаясь скрыть правду. Чего я не терплю и прямо-таки ставлю её перед лицом правды в себе.
– Мне шестьдесят пять лет. – В одни момент постарев в своём до хрипоты старческом голосе, говорю я. Вызывая судорогу и спазмы горла и лица Аллы, начавшей заикаться и першить в горле в ответ.
– Вы это, шутите? – пытаясь как-то отбиться от факта такой реальности в моём лице, с надеждой на моё отличное настроение и чувство юмора так себе, вопрошает Алла.
– А разве любви не все возрасты покорны? – с долей удивления интересуюсь я.
– Всё так…– и дальше от Аллы стоило ожидать какую-то фальшь. Чего, как уже не раз мной говорилось, я терпеть слышать не могу, и поэтому я превентивно её пресекаю, успокаивая Аллу своим новым заявлением. – И как с моим чувством юмора? – перебиваю Аллу я этим своим вопросом.
– Пойдёт. – Алла хватается за предоставленную мной соломинку. Ну а дальше она не хочет меня больше ни о чём спрашивать (и слышать), хотя есть масса вопросов, которые нужно обсудить, рассчитывая на чудо и на моё здравомыслие и честность насчёт своего чувства юмора.
И Алле со мной в этом плане сильно повезло, у меня было настоящее чувство юмора, которое имеет свой самый цинус, когда во время подаётся. И когда я прибыл на место организации этого мероприятия, в достаточно уютное кафе, то я сразу узнал Аллу по её нервному тику в лице, дёрганному в носу поиску и ожиданию появления представляемого мной того циничного и со своим сарказмом гада, по чьей причине она потеряла аппетит и покой, принявшись склоняться после нашего с ней разговора к версии своего мной обмана. Где я ей так ловко заговорил уши насчёт своего умения так шутить насчёт своего преклонного возраста, что она мне поверила и…как ей теперь придётся выкручиваться, когда на быстрые свидания заявится сам дед Мазай, о котором она по причине своей большой растроенности и растерянности во время телефонного со мной разговора, вообще ничего, даже имени не выяснила, и теперь любой человек может оказаться на моём месте.
А вычеркнуть меня из списка сегодняшних гостей и участников этого мероприятия (меня она там галочкой отметила, и этого оказалось с неё хватит), а для кого-то может и судьбоносного события, она никак не может, сильно опасаясь меня, подозреваемого ею в самом склочном, скандальном и беспардонном характере поведения. Где я точно не потерплю вот такого дискриминационного по возрасту подхода и закачу на всё кафе скандал с битьём, если не посуды, то чьих-то голов. И на это у такого как я, склочного и нервного человека, сил точно хватит.
Вот она и не находит себе места, во все стороны крутя головой, вздрагивая каждый раз, как открывались двери кафе, в которые она смотрела со страхом в преддверии сердечного приступа. Что я ещё с улицы, при подходе к дверям кафе заметил, решив, правда не точно, что модератор Алла и сама, как сапожник без сапог, испытывает на себе муки одиночества. А вот по какой причине, то тут вот так просто не ответишь, видя то, что она внешне из себя представляет – вполне себе ничего даму.
А вот делать скоропалительные выводы о том, что тогда все её проблемы лежат в области внутреннего, то я этого делать не буду до знакомства с Аллой. Что не представляет никакой для меня и для кого другого трудности, когда Алла находится сейчас на посту свахи. В чьи обязанности входит не только организационные вопросы, но и философский вопрос разъяснения нам, людям, находящимся в поиске для себя ответов насчёт структуризации и проектирования будущего своей жизни, для чего всё это нам нужно, имея за своей спиной большой опыт вот таких близких отношений, где имело своё место, не сходство характеров, вынос личных вещей, продуктов твоего личного формирования и мозга, предательство, ну и главное, разочарование. И если нет любви, как принялись смотреть на жизнь под таким принципиальным углом все эти люди, то с каких расчётливых позиций предлагает Алла смотреть на все эти будущие, с возможностью пролонгации отношения.
И как уже можно догадаться, то с такими вопросами чуть ли не откровенности и мне нечего тут скрывать, я буду предельно с вами честен, к Алле подошёл я. Сперва, конечно, войдя внутрь кафе, затем раздевшись в гардеробе, сняв с себя куртку, быстро осмотрелся по сторонам, удовлетворившись внутренним интерьером кафе, а вот насчёт представительниц женского пола, с кем мне предстояло через некоторое время знакомиться и беседовать, то тут не всё так однозначно, как модно сейчас выражаться. И надо будет ещё раз внимательно и ближе в их сторону посмотреть (они с группировались в одной части кафе, тогда как прибывающая сюда мужская половина, что удивительно, то приходящая не заранее, а чуть ли не к самому назначенному времени – теперь становится ясно, кто боится опоздать и потерять время – расположилась на самом входе), чтобы сразу для себя определиться со своим выбором – что поделать, верю я в чистоту и верность первого взгляда – а пока у меня есть дело до модератора Аллы, с улыбкой гостеприимства и некоторой надежды на меня смотрящей в мою сторону.
– И кто тут у нас? – с налётом лёгкого флирта встречает она меня, держа в руках планшет со списком сегодняшних участников, который она также держит в уме.
[justify]Ну а стоило мне только ей представиться: «Варфоломей Леонтьевич», так
