маленькой буквы. А ты – бог, творец всему сущему, против этого никто в принципе не возражает. Но звать-то тебя как, демиург ты наш застенчивый?! Скажи, чтобы люди хотя бы знали, как звать-величать их созидателя. Но нет! Хитрые попы заставили всех писать с большой буквы вместо имени бога его творческую должность, даже не ранг, не титул и не статус. Поэтому все до сих пор и путаются, с какой буквы писать наименование этой святой, но рабочей должности, взятой вместо имени. В случае обозначения имени собственного, его и в самом деле следует писать с большой буквы. Если же подразумевать под словом «бог» лишь его функционал как творца мира, то есть указывать исключительно его производственную должность, рабочую функцию – тогда и писать следует с буквы обычной, как и положено в нормальной человеческой, а не поповской речи. Почувствовали разницу?! Это всё равно, как если бы токаря Петю спросили, как его звать, а он ответил бы: «Токарь», тогда как на самом деле его звать Петя. Уловили?! Так что бог и дьявол – это не имена собственные. Запомните. И не оставайтесь больше двоечниками, как остальные невразумлёнными.
Дьявол стоял со своими дорогими гостями посреди колоссального зала с разнообразными мегалитическими украшениями, в том числе картинами, скульптурами, барельефами и бесчисленными рядами заполненных бесценными фолиантами книжных полок, уходящих вдаль и в вышину, а потом где-то там теряющихся. Гостеприимным жестом Люцифер пригласил всех вошедших присесть на богато инкрустированные бриллиантами кожаные кресла, а также зазывно манящие пуфики с пруфиками. Спецназ видавших виды землян насмешливо фыркнул и невольно отодвинулся от прекрасных и очень удобных катапульт на следующий уровень геенны огненной. Ага. Сел и нет тебя! Понятно, что никто из гостей благоразумно никуда не присел, и даже не прилёг. Они бдительно оставались в состоянии повышенной боевой готовности, нисколько не расслабляясь от милой и такой обволакивающей болтовни старикашки сатаны, буквально ни на секунду не теряя его из виду.
- Ладно, дедуля! Хватит нам зубы заговаривать! Пока не на допросе. У нас с вами сейчас считается предварительный разговор. Без протокола. Так вот, коли вы такой всеведущий, то вы и без наших сообщений сами прекрасно понимаете, и зачем мы к вам пришли, и что нам от вас в первую очередь понадобится. – Как можно более деликатно высказался майор Полубояров, на всякий случай поправив на груди снятый с предохранителя лептонно-бозонный дезинтегратор. – Прошу вас, посмотрите снова на эту вашу дамочку. Как недавно с ваших же слов выяснилось, вы чрезвычайно хорошо осведомлены про всю её подноготную до самого стопятидесятого колена, а соответственно и про саму её непосредственную жизнь имеете данные никак не худшего, если не лучшего качества и количества. Поэтому вы всегда знали и сейчас тем более знаете, что ей от вас в первую очередь требуется получить. Даже не будем озвучивать такую мелочь! Поэтому давайте-ка без лишних слов! Соблаговолите, сударь, первой не отказать даме! И только потом мы перейдём к требованиям нашей экспедиции в ваш благословенный, такой тёплый, уютный и необыкновенно гостеприимный край. Договорились, милейший?!
Люцифер нисколько не изменил дружелюбного выражения морды лица. Кивнув головой, он молча поднялся и подошёл к не столь уж и большому, без выкрутасов сейфу из дамасской стали, инкрустированной русским булатом. Он скромно высился возле стены мегалитического зала и предупредительно мерцал спокойными сигналами быстро открывающегося доступа. Люцифер в одно движение отворил его, достал с нижней полки небольшой прозрачный тубус со светящимся внутри содержимым. Затем аккуратно восстановил запорную арматуру, никуда не заглядывая, в два лёгких движения, как на смартфоне, задействовал новые коды доступа и спокойно вернулся к гостям, по-прежнему стоящим посредине зала.
С полупоклоном передав тубус Ларисе, сатана проговорил бесстрастно бывшей своей верховной суккубе:
- Сударыня! Не обессудьте за то, что всё так вышло! Я давно ожидал этого момента и поэтому у меня всё давно на сей счёт приготовлено. Получайте вашу вольную, сударыня, и не держите на меня слишком большого зла, хотя бы ради себя самой. Вы же теперь знаете не понаслышке, что такое с сатаной связываться. Иной раз сам себя боюсь. А вдруг, как бабай, сейчас из-под кровати вынырну и сам на себя наброшусь!
Лариса вырвала из рук милого старикашки дьявола тубус с мерцающим внутри крохотным лептонным облачком души несчастного Гумилёва и прижала его к груди. Сквозь прорывающиеся рыдания угадывалось тихое, но вполне слышимое причитание навеки любящей женщины. Разумеется, детально вслушиваться никто не посчитал приличным. Впрочем, весьма чуткий на подобные дела капитан Хлебников всё же хорошо различил горячий Ларисин шёпот: «Ты меня обещал вытащить хоть из ада, но на самом деле, мой Гафиз, мой Орфей, это совершила я - твоя Эвридика в аду».
- Теперь, милостивые государи, - безбоязненно усевшись в одно из кресел, заявил великий князь тьмы по имени Люцифер, - я полагаю, вы захотите потребовать от меня беспрепятственного выхода из моих чертогов, а затем и владений. Потому что всё, чего вы добились, на самом деле ничего не стоит. Неужели вы этого не понимаете?! Вы же все фактически в полной моей власти!
Воцарилось долгое молчание, которое и в более дружественной атмосфере вполне можно было назвать чрезвычайно неловким. Оперативники лучшей разведки и контрразведки России, не шелохнувшись, не сводили с заёрзавшего старикашки стальных спецназовских взглядов. Даже не заулыбались снисходительно. Оба следователя оказались и плохие и злые одновременно. Даже тот, кто казался хорошим и добрым, теперь казался вовсе не таким.
- Не убивать же вы меня сюда пришли?! – Вдруг воскликнул начинающий терять самообладание сатана. – Вы наверное забыли, с кем имеете дело, что я бессмертный! Что меня кончать даже боженька давно не пытается. Куда уж вам, смертным соплякам! Лично я не знаком со смертью и даже не знаю, как эта сука на самом деле выглядит. Так только, по рассказам очевидцев, после неё изрядно пожёванными попавшим ко мне на передержку. И то, мне кажется, что врут - все до одного!
- Вы-то может быть отчасти и да, бессмертны. Но вот ваши милые сыночки, наверняка рождённые от смертных дамочек, точно нет! – И, наблюдая побелевшее лицо дьявола, майор добавил: - Да и с вашим так называемым бессмертием современные средства поражения в состоянии разобраться за один миг. Вы хотя бы ориентировочно понимаете, что такое мю-мезоны или барионы, что такое лептонная составляющая вашего так называемого бессмертия?! Вот эта штука… - Майор Полубояров чуть приподнял ствол лептонного дезинтегратора и повёл им в сторону оцепеневшего князя тьмы: – в состоянии прямо сейчас и за миг распылить вас в ничто! И никто вас, даже сам господь бог, по вашему мнению, не имеющий имени, не сможет пересобрать обратно, чтобы хотя бы простить ту давнюю измену измен. Тем более, как я понял, он вас проклял, а потом низверг раз и навсегда, как родоначальника всего племени предательского. А это получается, что и исходные параметры сборки его бывшего архангела Михаила им утеряны безвозвратно. Вы не можете быть возрождены ни при каких обстоятельствах! Не существует никакой матрицы для восстановления альтернативного полюса мира, тем более чертежей. Дан единожды и навсегда. Так что от вас не останется ровным счётом ничего и нигде. Даже самые отпетые негодяи, хранящиеся в ваших огромных кладовках, всё-таки имеют отдалённую перспективу как-то очиститься от грехов, хоть как-то пересобраться и выйти по УДО, но вы-то теперь никогда. Как вам такая перспектива, милейший Светонос Люциферович?! Признавайтесь, куда заныкали утреннюю зорьку, данную вам господом нашим во неусыпное хранение?! Небось, как ИП, используете для извлечения личной выгоды?! Налоговой на вас нет!
- О-о, нет! Вы не сделаете этого!!! – Потеряв самообладание, завопил побледневший дьявол. – Я буду жаловаться в Международный уголовный суд! Меня вся Гаага знает!
- А это означает, - усмехнувшись, продолжил майор, - полный до-свидос вам, наш дорогой дедушка Люцифер, бывший ангел утренней зари, профукавший отцовское наследство. Представляете?! Пых-х! И нет вас! И вот вы всего одно лишь крошечное лептонное облачко, которое висит, качается и больше ничего не может. А тут принесётся нечаянное дуновение ветерка на сгусток лептонной пыли вместо бывшего вас. Оно и разнесёт ваши субатомные пылинки в совершенно разные стороны. Потом вы на огромных пространствах своих бывших владений ровным и чрезвычайно тонким слоем выпадаете росой, самой мельчайшей из возможных. В том числе и на лепестки обожаемых вами орхидей, пионов и прочих хвощей с папоротниками. В результате смываетесь в никуда вашей отменной дренажной системой. И что это означает?! Да всё то же: Finita la comedia! Не так ли, высокочтимый наш творец и эрудит?! Получится, что вас и не было никогда. Ваша вакансия будет навсегда закрыта. Извините, но нам всё равно было важно узнать ваше последнее мнение! После этого никто не сможет вам даже перезвонить, увы. Как-то вот так.
- Ну-ну. Замечательно говорим! – Люцифер, падший ангел утренней зари задумчиво постучал костяными пальцами о столешницу изящного журнального столика, на которую прекрасные, но всё же несколько анемичные фурии успели принести чай и кофе на выбор по предпочтению. При этом наблюдалась там вот какая интересная фишка. При каком-либо сделанном посетителем выборе, от одной только мысли ароматный чай в кружке мгновенно превращался в отменный кофе и наоборот. А там уж как получилось бы выпить и остаться в живых. «Надо будет выведать это ноу-хау. Озолотиться же можно на раз!». - Деловито подумал майор, бдительно осматриваясь по сторонам и пытаясь обнаружить хоть что-то по-настоящему подозрительное.
- Что же в таком случае вам требуется от меня в качестве основного отступного?! Дайте подумать, товарищи оперативники. Ума не приложу. Душу генерала Скибы вы получили ровно десять часов назад, расстреляв лучшего моего фельдъегеря и безжалостно разгромив мои невинные блокпосты, а потом и уничтожив всю местную популяцию моих любимых и также ни в чём не повинных гарпий, чего я никак не могу вам простить. Гумилёва я вам отдал добровольно, чего вам теперь надобно, милостивые государи, господа или, скажем, по-прежнему - очень дорогие товарищи?!
- Да успокойтесь вы, товарищ сатана! – Вступил в светскую беседу снова якобы мягкосердечный капитан Хлебников, он же по должности добрый полицейский. – Как вы наверняка догадываетесь, мы впервые здесь, в вашем замечательном крае, многих ваших обычаев и правил не знаем. Поэтому нижайше просим ваше дьявольское благородие не организовывать за нами никаких погонь, тем более всеми подконтрольными вам силами ада, а также не гореть огнём праведного мщения. Это ни к чему хорошему не приведёт, прежде всего, вас самих. Потому что в таком случае мы обязательно вернёмся и тогда будем просто вынуждены навсегда прикончить вас, как бешеную собаку, давно доставшую всё человечество. Такое содержание нашего чрезвычайно
