шёпот: «Ты меня обещал вытащить хоть из ада, но на самом деле, мой Гафиз, мой Орфей, это совершила я - твоя Эвридика в аду».
- Теперь, милостивые государи, - безбоязненно усевшись в одно из кресел, заявил великий князь тьмы по имени Люцифер, - я полагаю, вы захотите потребовать от меня беспрепятственного выхода из моих чертогов, а затем и владений. Потому что всё, чего вы добились, на самом деле ничего не стоит. Неужели вы этого не понимаете?! Вы же все фактически в полной моей власти!
Воцарилось долгое молчание, которое и в более дружественной атмосфере вполне можно было назвать чрезвычайно неловким. Оперативники лучшей разведки и контрразведки России, не шелохнувшись, не сводили с заёрзавшего старикашки стальных спецназовских взглядов. Даже не заулыбались снисходительно. Оба следователя оказались и плохие и злые одновременно. Даже тот, кто казался хорошим и добрым, теперь казался вовсе не таким.
- Не убивать же вы меня сюда пришли?! – Вдруг воскликнул начинающий терять самообладание сатана. – Вы наверное забыли, с кем имеете дело, что я бессмертный! Что меня кончать даже боженька давно не пытается. Куда уж вам, смертным соплякам! Лично я не знаком со смертью и даже не знаю, как эта сука на самом деле выглядит. Так только, по рассказам очевидцев, после неё изрядно пожёванными попавшим ко мне на передержку. И то, мне кажется, что врут - все до одного!
- Вы-то может быть отчасти и да, бессмертны. Но вот ваши милые сыночки, наверняка рождённые от смертных дамочек, точно нет! – И, наблюдая побелевшее лицо дьявола, майор добавил: - Да и с вашим так называемым бессмертием современные средства поражения в состоянии разобраться за один миг. Вы хотя бы ориентировочно понимаете, что такое мю-мезоны или барионы, что такое лептонная составляющая вашего так называемого бессмертия?! Вот эта штука… - Майор Полубояров чуть приподнял ствол лептонного дезинтегратора и повёл им в сторону оцепеневшего князя тьмы: – в состоянии прямо сейчас и за миг распылить вас в ничто! И никто вас, даже сам господь бог, по вашему мнению, не имеющий имени, не сможет пересобрать обратно, чтобы хотя бы простить ту давнюю измену измен. Тем более, как я понял, он вас проклял, а потом низверг раз и навсегда, как родоначальника всего племени предательского. А это получается, что и исходные параметры сборки его бывшего архангела Михаила им утеряны безвозвратно. Вы не можете быть возрождены ни при каких обстоятельствах! Не существует никакой матрицы для восстановления альтернативного полюса мира, тем более чертежей. Дан единожды и навсегда. Так что от вас не останется ровным счётом ничего и нигде. Даже самые отпетые негодяи, хранящиеся в ваших огромных кладовках, всё-таки имеют отдалённую перспективу как-то очиститься от грехов, хоть как-то пересобраться и выйти по УДО, но вы-то теперь никогда. Как вам такая перспектива, милейший Светонос Люциферович?! Признавайтесь, куда заныкали утреннюю зорьку, данную вам господом нашим во неусыпное хранение?! Небось, как ИП, используете для извлечения личной выгоды?! Налоговой на вас нет!
- О-о, нет! Вы не сделаете этого!!! – Потеряв самообладание, завопил побледневший дьявол. – Я буду жаловаться в Международный уголовный суд! Меня вся Гаага знает!
- А это означает, - усмехнувшись, продолжил майор, - полный до-свидос вам, наш дорогой дедушка Люцифер, бывший ангел утренней зари, профукавший отцовское наследство. Представляете?! Пых-х! И нет вас! И вот вы всего одно лишь крошечное лептонное облачко, которое висит, качается и больше ничего не может. А тут принесётся нечаянное дуновение ветерка на сгусток лептонной пыли вместо бывшего вас. Оно и разнесёт ваши субатомные пылинки в совершенно разные стороны. Потом вы на огромных пространствах своих бывших владений ровным и чрезвычайно тонким слоем выпадаете росой, самой мельчайшей из возможных. В том числе и на лепестки обожаемых вами орхидей, пионов и прочих хвощей с папоротниками. В результате смываетесь в никуда вашей отменной дренажной системой. И что это означает?! Да всё то же: Finita la comedia! Не так ли, высокочтимый наш творец и эрудит?! Получится, что вас и не было никогда. Ваша вакансия будет навсегда закрыта. Извините, но нам всё равно было важно узнать ваше последнее мнение! После этого никто не сможет вам даже перезвонить, увы. Как-то вот так.
- Ну-ну. Замечательно говорим! – Люцифер, падший ангел утренней зари задумчиво постучал костяными пальцами о столешницу изящного журнального столика, на которую прекрасные, но всё же несколько анемичные фурии успели принести чай и кофе на выбор по предпочтению. При этом наблюдалась там вот какая интересная фишка. При каком-либо сделанном посетителем выборе, от одной только мысли ароматный чай в кружке мгновенно превращался в отменный кофе и наоборот. А там уж как получилось бы выпить и остаться в живых. «Надо будет выведать это ноу-хау. Озолотиться же можно на раз!». - Деловито подумал майор, бдительно осматриваясь по сторонам и пытаясь обнаружить хоть что-то по-настоящему подозрительное.
- Что же в таком случае вам требуется от меня в качестве основного отступного?! Дайте подумать, товарищи оперативники. Ума не приложу. Душу генерала Скибы вы получили ровно десять часов назад, расстреляв лучшего моего фельдъегеря и безжалостно разгромив мои невинные блокпосты, а потом и уничтожив всю местную популяцию моих любимых и также ни в чём не повинных гарпий, чего я никак не могу вам простить. Гумилёва я вам отдал добровольно, чего вам теперь надобно, милостивые государи, господа или, скажем, по-прежнему - очень дорогие товарищи?!
- Да успокойтесь вы, товарищ сатана! – Вступил в светскую беседу снова якобы мягкосердечный капитан Хлебников, он же по должности добрый полицейский. – Как вы наверняка догадываетесь, мы впервые здесь, в вашем замечательном крае, многих ваших обычаев и правил не знаем. Поэтому нижайше просим ваше дьявольское благородие не организовывать за нами никаких погонь, тем более всеми подконтрольными вам силами ада, а также не гореть огнём праведного мщения. Это ни к чему хорошему не приведёт, прежде всего, вас самих. Потому что в таком случае мы обязательно вернёмся и тогда будем просто вынуждены навсегда прикончить вас, как бешеную собаку, давно доставшую всё человечество. Такое содержание нашего чрезвычайно настоятельного призыва к вам, очень надеемся, дошло до вас в самой полной мере. Поймите, всё это очень серьёзно. Мы и вправду нисколько не шутим и даже не пугаем. А вооружение мы имеем действительно такое, что в состоянии полностью тут всё выкосить и спалить. Кроме, разве что, ваших очаровательных цветочков, те просто жаль будет. Теперь, думаю, вам понятнее стало наше третье и основное условие?! После захвата Скибы и выдачи Гумилёва.
- Да уж куда понятнее! – С готовностью кивнул головой целиком подавленный Люцифер, он же Светонос, отныне не излучающий никакого света тьмы, тем более какой-то там утренней зари.
- Больше не стоит становиться на пути спецназа! – Опять мягко улыбнулся добрый следователь Хлебников, слегка отодвигаясь и никак не пожимая сатане руку. – Мы-то вполне можем пойти и по-другому пути, классически революционному. Лариса Михайловна хорошо знает, как это проделывается в старых обветшавших империях. При малейшей вашей попытке выйти за пределы наших договорённостей, мы немедленно устраиваем вам «парад суверенитетов», множество народных восстаний, причём по всем кругам ада без исключения. Верно, майор?!
- Более чем. В следующий раз, думаю, это произойдёт довольно скоро, пожалуйста, встречайте нас поцивилизованнее, без этих тупых драчек на мечах из низковольтных разрядов в виде так называемых молний. Это вам совет на будущее, которое, я просто уверен, непременно воспоследует, поскольку его тень с этого момента пала на всех нас и от него теперь никому и никак не увернуться, тем более скрыться. При необходимости мы с вами просто вежливо забиваем между собой стрелку, то есть, встречу на условно-дипломатическом, а в действительности сугубо деловом уровне. И нормальненько так, тихо-мирно решаем все возникшие проблемы, меняем кое-какие обстоятельства.
- «И да!» – Опять дружелюбно вмешался капитан Хлебников. – Измените, пожалуйста, ваши исходные установки и принципы на предмет изъятия от вас отдельных ваших подопечных из расположения нескольких кругов чистилища. Если нам будет кто-то из них нужен, мы его просто тихо-мирно забираем без каких-либо возражений с вашей стороны. И делаем с ним буквально всё, что пожелаем. Он или они вас больше не касаются. Забудьте о них! А то у вас получается, как когда-то у нашего казачества: мол, с Дону выдачи нет! Своих не бросаем! На самом деле эта выдача имеется всегда, притом, любая. Е-есть! Да ещё какая! Сдаётся всё и вся и буквально на корню! Тем более бросается. Запомнили?! Захотим, и с девятого круга будем брать, кого пожелаем, и вы обязаны будете нужные нам кандидатуры немедленно разморозить и предоставить. Выдать по накладной. Можно и явочным порядком. Сразу скажу, пока в общих чертах, но всё-таки готовьтесь к экстрадиции оттуда на Большую Землю абсолютно знаковых иуд нашего общества, вы наверное догадываетесь, каких. Договорились?!
- О, да! Конечно-конечно!
Сразу уменьшившийся сатана горестно подпёр подбородок маленьким сморщенным кулаком.
- И этим смоляным чучелком столько тысячелетий человечество пугали! - Одновременно подумали оба фэйса, иронично улыбаясь вслед уходящему образу чёрта лысого.
Глава 26 . С девятого выдачи нет.
Казалось, это была полная виктория. Ввиду такого триумфа над самим сатаной, даже здешнее пространство побоялось искривляться как ему было положено. Мало ли что теперь отовсюду полезет, вдруг столь сердитым и могущественным гостям не понравится. Дьявол сейчас только что не лебезил и хвостом не вилял. Всем видом запрашивал себе пардону. Явно понимал, что в случае чего расправа над ним и в самом деле получится не просто скорая, а неизбежная. Осознавал он это видимо очень хорошо. Наверняка мстительные земляне вот-вот начнут спрашивать с него за всё-всё зло, причинённое людям, включая жителей первобытнообщинного строя или даже за неандертальцев, несправедливо задранных саблезубыми тиграми по наущению сатаны. Потом же, как и грозились – всё равно не помилуют, а пустят враспыл, вдобавок и по ветру, своими невероятно грозными ручными пушками. Вдобавок издевательски споют вослед: «И не меня ль, развеянного в прах, чистая роса с травы смывает?!». Почему-то Люциферу не очень хотелось смываться ни с травы, ни со своего подоконника, ни тем более из с такими трудами выстраданного им ада. Оперативники по опыту знали, как тяжело расставаться с собственностью, и даже начинали относиться к нему с некоторым сочувствием.
Люцик стоял перед ними действительно как будто побитый, не желающий никаких боевых действий с непобедимыми землянами - потупив некогда пламенный взор непобедимого дьявола, ковыряя носком кованого сапога пол своего охотничьего замка, словно нашкодивший первоклассник на педагогическом совете где-нибудь там, на поверхности. А директор с завучем, гневно брызжа слюной, требуют его немедленного отчисления.
На всё
