на наши уговоры, на свой страх и риск возвращающихся к жизни.
- Разумеется. После Ларисы следующими запустим в физические оболочки самых надёжных мужиков, да и кое-кого из боевых, то есть, бесшабашных женщин. Например, тех самых всемирно известных шерочек с машерочками Эдит Пиаф и Айседору Дункан. Отчасти это можно будет проделать с ними прямо в круге их нынешнего пребывания, прежде всего удлинить им компенсаторный период, чтобы как можно больше избежать первичных явлений полураспада личности или тела. Для такой форсированной досрочки предлагаю также кандидатуры Сталина с его разбойничьей и каторжной закалкой, а также подполковника Елисеева Петра Афанасьевича, ты его помнишь, философ, закадычный друг папы римского, того самого нехорошего человека, когда-то развалившего наш Союз.
- Как такого забыть?! Колоритный дядька! Ему бы теперь его знаменитый папамобиль! Представляешь картинку, выезжает из чрева преисподней эта допотопная конструкция, а на ней в погонах нашего подполковника стоит и крестит окрестности сам папа римский?! Класс! Мне нравится! Так, а дальше кого?!
- Наташу, как договорились, оживим всё-таки чуть позже – в развёрнутом базовом лагере на Эльбрусе. И знать не будет, что побывала в аду. Скажешь ей, что вы были в альпинистском походе, вас накрыла лавина и у неё просто кошмарный сон приключился. Впрочем, как тогда ей можно будет объяснить появление рядом целой толпы оживших знаменитостей прошлого?! Нет-нет. Ничего не будешь говорить. Сделай морду валенком и молчи! Так прокатит.
- Опять же согласен полностью. Лишь бы нам попасть в этот узкий промежуток возможности наиболее оптимальной витализации да ещё такого количества персон!
- Попадём, не переживай! Надо будет только перед самим выходом на поверхность, едва появится устойчивая обратная связь, предупредить Центр, чтобы быстрее подогнали нам вертолёты с военной и альпинистской амуницией для последующей эвакуации всех репатриантов на Большую Землю. Массовый оживляж выходцев из ада должен будет происходить пусть и спонтанно, но предельно слаженно и быстро, иначе недосчитаемся многих. Они просто испарятся и концов не найдём. Поэтому какая-то выбраковка и отсев душ у нас всё равно произойдёт, с этим надо будет заранее смириться. Скорее всего многих недосчитаемся. Надеюсь, не больше половины. Думаю, пришедшие на помощь оперуполномоченные работники помогут в нелегкой задаче спасения жизней вновь оживающих. Всё-таки впервые в истории! Здесь же не абы что состоится, а генеральный прогон маленького, отдельного взятого Судного дня, с увертюрой всеобщего воскресения.
- Красиво сказал, Владик! Тебе не в опера надо было идти! Ладно, с этим всё! Теперь следующий пункт программы. Точнее, предыдущий. Мы ведь так и не договорили по поводу конкретных кандидатов на первоочередную витализацию. Ты как насчёт кандидатуры Гитлера?! Есть опасение, не устроит ли нам фюрер перепрошивку старого или установление нового четвёртого рейха. Этого же все довольно серьёзно опасались на планёрках в ЦУПе, вспомни! Тогда может получиться такая отрыжка старой бездны, от которой как бы у многих не посрывало головы! В прямом и переносном смысле.
- Скажи, а почему ты постоянно лоббируешь фюрера?! Прямо-таки протаскиваешь бесноватого. На фиг он нам здесь сдался, да ещё вне очереди?! Что-то непонятно стало. Ты сам-то как к нацистам относишься, майор?! Что-то я тебя подозревать опять начинаю! Ну-ка, быстро ответь: как правильно кричать - «Хайль» или «Зиг хайль»?!
- Хватит дурика гонять, Влад! Давай серьёзнее. Не беспокойся, «Хайль Гитлер» кричать не стану со вздёрнутой правой рукой. Кстати, а зигуют всегда так. Один вопит: «Зиг!!!», а толпа таких баранов, как ты, вскинув правые лапы, ревёт в ответ «Хайль!». Сеанс коллективного умопомешательства, подчинения бандерлогов правящей воле.
- Та-ак. Спасибо за ликбез и уважительное отношение. Но ладно, уговорил. Хрен с ним, с бесноватым. Наверно пригодится. Бери. Следующим предлагаю Сергея Есенина, невинно убиенного нашего гения. Его песни и сейчас все поют, особенно в провинции. Ему будет приятно вернуться и хоть малую часть наяву воспринять от всенародной любви. Более чем заслужил. Даже в наших условиях наверняка выстоит при любых обстоятельствах. Парень он уличный, драчливый, сможет не только за себя постоять! Но и за всех своих баб вкупе!
- Согласен. И полежать со всеми заодно. Главное, чтобы их побольше было. Слушай, а давай-ка для противовеса отечественным гениям дерзнём выпустить в наш светлый мир самого Аристотеля с его средневековой французской путаной, профессоршей наиболее изощрённых любовных наук?! Представляешь, какой фурор поднимется, когда они тут начнут друг на дружке кататься?! Кстати, а не в честь ли Нинон Ланкло, не по её ли нетленным заветам весь квартал красных фонарей вокруг Пляс Пигаль в Париже организовали?!
- По её, по её! Надеешься сам от этой маркизы секса чему-нибудь научиться?! Смотри мне, майор, всё жене твоей будущей расскажу, чтоб зря не гадала, отчего ты такой ушлый, крым и рым прошедший.
- Не переживай! Я их познакомлю между собой, но свою при этом буду держать на коротком поводке, чтобы только теорию у мадам Ланкло брала.
- Верно мыслишь, товарищ майор! И всё же. А ну как обе оторвутся, да и уйдут в свободный загул, секспатрулировать улицы и скверы Москвы или скажем Питера?! Думаю, у наших полицаев сразу произойдёт коллапс. Ведь не какая-нибудь Манька-облигация будет им участок смущать, а сама Нинон Ланкло! От неё французские короли пачками в обморок падали! Представляешь, как при виде самой Нинон верхом на Аристошке поведут себя наши похотливые менты?! Да они толпами кинутся к ней записываться на курсы переподготовки!
- Прекрати хохмить, Хлебников! Прямо как пацан, честное слово! Давай следующие кандидатуры! Кому мы дополнительно оставляли маячки, чтобы быстрее потом разыскать?! Давай-давай, вспоминай! Небось совал, кому ни попадя, абы б пхнуть! Глаза у него, видите ли, разбежались. Ничего нельзя поручать! Всё сам, всё сам!
- Приготовься, я кое-что скажу. Только не кричи на меня. А что если сразу Ленина с Наполеоном возьмём за шиворот, да и запустим обоих под шкуру нашему миру?! Представляешь, какой конфуз приключится, когда эти гении и в самом деле лично посетят свои собственные усыпальницы и поглазеют на самих себя бог знает когда почивших?! Аннигилируются ли от себя самих?! Честное слово, не шучу. Я конечно понимаю, ни мумия Ленина никуда из Мавзолея не испарится, ни кости Наполеона из парижского Дома инвалидов. Но что-то такое всё равно произойдёт между обоими оригиналами и их аутентичными слепками. Может быть нечто из ряда вон, вдруг от неизбежного притяжения они всё-таки не взорвутся, а, скажем, слипнутся, войдут друг в друга?! Какие полиплоиды могут получиться - жуть! Кроме того, это же наверняка послужит триггером и весьма любопытных и совершенно непредсказуемых событий и во всём мире. Представляешь себе эксперимент такой глобальности?! Разве тебе не интересно, что затем получится на выходе или кто?! Какой-нибудь сиамский Ленин о двух огнедышащих головах?! Прикинь, новый клон пролетарского вождя в кепочке, изрыгая пламя, пишет нам новый «Материализм и экзистенциализм»?! Думаешь, невозможно?! Но ведь существуют же в природе и такие саламандры, двухголовые. Это я из школьной «Зоологии» помню! Значит будут вдвое умнее и результативнее! И один и другой.
- Интересно, не то слово. Влад! Однако у Змея Горыныча всё же три головы, ты что, забыл?! Но как прикол это тема мне тоже нравится. Смешать их генотипы. Тогда нового Кошу с ленинским прищуром всех шести его глаз нужно поместить на Кудыкину гору, вместо его самого, стоящего сейчас там в виде каменной статуи. Только на этот раз абсолютно живого и страшно изголодавшего за всё время пребывания в аду. Представляешь, придут туристы фотографироваться на его фоне, и тут наш любимый дракон власти оживает, на каждую башку кепочку или треуголку надевает, да и начинает всех жрать пачками. Класс! Думаю, зрелище получится, глаз не оторвать.
- Стоп машина! Ты не чувствуешь, что дедушка нам полностью мозги свихнул?! Куда нас понесло?!
- Ты прав! Мозги явно поехали, это верно. Когда же он успел?! В таком случае срочно продуваем балласт, пока он их нам совсем не вышиб! Бежим!!!
- Кстати, пока бежим, отвечаю на твой самый первый вопрос. Насчёт Алоизыча я посмотрел у себя. Его мы также заберём, он у меня в списке первоочередных. Не понял?! Повторяю: на его депортацию отсюда у нас имеется специальный заказ, причём на президентском бланке. В конторе почему-то нужна именно эта сладкая парочка: Джугашвили и Шикльгрубер. В сущности, нас из-за этого сюда и прислали. Остальных – как получится, в побочную нагрузку и по мере случая. Прикинь только, Сталин вернулся, посмотрел на стареньких своих правнуков и прочих сограждан и спрашивает: «Так что засранцы?! Предали основы?! Опозорили первое в мире государство рабочих и крестьян?! Где моё великое наследство, которое я вам оставил?! Профукали, гады?! Почему раздали исконные русские земли, да ещё каким-то хохлам?!». А Гитлер ему вторит: «А немецкие зачем пшекам подарили?! Вы меня спрашивались?! Сгною!».
- Чувствую, нам ещё долго вот так бежать, пока мозги совсем не растеряли!
Только через два круга тяготение купола ада ослабло, оперативники более-менее пришли в чувство и постепенно упорядочили себя изнутри. С бега перешли на скорый шаг, с короткими пролётами над особо опасными участками пути, которые они запеленговали и выложили на траверс ещё по первому разу.
Когда спецназовцы ФСБ на обратном пути, пока в массовом порядке никого особо не подбирая и в кошёлку не складывая, с обратной, тыльной стороны дошли до заветного седьмого круга ада, переполненного буйными вожаками и душегубами всех мастей и калибров, вот тут-то они и ахнули, можно сказать, почти остолбенели. , Двумя сутками раньше, проходя здесь, оперативники не слишком детально всё тут примечали, а потом столько всего навалилось со всех сторон. В результате глаз-то и намылился. А на самом деле, что тут было?! Батюшки, да кого тут только не было, оказывается! А они и не замечали раньше настолько разнообразного человеческого богатства! Личность на личности и личностью погоняет! Все сливки общества в одном колоссальном флаконе! Да так и пахнут! Вместе и порознь. Букетом букет побивая.
Взбудораженные, словно их вспугнули, в полном составе, из-под земли по-птичьи окликая, галдели, поднимаясь на крыло, все до единого совнаркомы и рейхстаги, от первых и до последних созывов. Национальный Конгресс до каждого конгрессмена, Палата лордов с палатой представителей. Рада всех созывов, начиная с Центральной, созданной кайзеровцами. Все созывы бундестага, Национального собрания всех пяти республик лягушатников. Все-все источники несчастных судеб обездоленных и уничтоженных ими людей - правители и вельможи, чьи физиономии загодя распечатаны в истории до самого последнего кадра, ни один не пропущен, и потому до сих пор в крови потомков гниют.
Но и тут, в седьмом круге, все-все они с некоторых пор не отсиживались чинно, тихо-мирно перенося положенное им адское наказание за все их страшные дела и прегрешения.
