Сергей.
— За Лину, за кого ещё. Ты пойми, она ведь мне как дочь, я же её из такого… вытащил.
Она на тебя очень много поставила, сил в тебя вложила, да и сейчас продолжает, хоть и говорит, что сам ты такой сильный, но я-то чувствую. А если ты не справишься… забудешь её, тяжелые времена для нас наступят.
— Она же сказала, что сняла меня с подпитки.
— Да ничего она не сняла! Так, замаскировала немного. На тучи ты сегодня не только свои силы тратил. И цепочка эта тебе в руку не сама запрыгнула. Хотя рука твоя там, на дне озера, по твоей воле оказалась. За это хвалю!
— Я вернусь! Я же сам хочу — с жаром сказал Сергей.
— Все хотят. Ты когда-нибудь монетки в море на прощанье кидал?
— Кидал, — догадываясь, к чему клонит Петрович, грустно ответил Сергей. — А что делать? Может, способ какой есть?
— Мы вчера вечером об этом говорили, давай ещё проговорим. Способ один: понять! Понять, что жизнь должна поменяться, цели стать другими. Представь, что едешь ты ночью куда-нибудь к чёрту на кулички, не рассчитал и бензин кончился. Стоишь и понимаешь, что попал ты в очень нехорошую историю, потому как ещё и холод собачий. Представил?
— Представил.
— Ну вот, стоишь, замерзаешь, проклинаешь себя за то, что не заправился под горлышко, за то, что вообще на эти кулички потащился, ведь нет там ничего такого, чтобы жизни твоей стоило. Вдруг счастье: проезжает мимо какой-нибудь местный уазик, даёт тебе литр бензина и говорит, что заправка, тут в стороне, есть. Свернуть только с этой дороги надо, поехать и заправиться. Ты искренне благодаришь, честно обещаешь так и сделать. Заводишь машину… Мотор тарахтит, печка теплом дует — жизнь наладилась, но у тебя теперь два варианта, куда можно поехать. Помнишь, ты спрашивал, почему тебе два варианта дали?
— Помню.
— Вот и ответь сам.
— Потому что большинству и двух много. Вернее, даже так — второй не нужен, он мешает. И мне, может быть, тоже? — Сергей говорил задумчиво.
— Правильно, надо оставить себе только один вариант. И вариант этот — забыть про «кулички» и ехать на заправку. Большинство же людей выбирает ехать не на заправку, а дальше, к черту на кулички. Проехал немного и опять стоит замерзает. Только второй раз ему бензина не дадут. Потому что один раз это может быть стечением обстоятельств, и дать шанс надо каждому человеку обязательно. А если человек снова в ту же проблему угодил, то это уже не случайность, это осознанный выбор. Ну или он дурак. Подумай над этим.
Петрович замолчал, колёса мерно отстукивали пройденные километры, на лобовом стекле стали появляться первые капли. Сергей и так был задумчив: оказалось, что Лина по-прежнему льёт в него свои силы. Задача вернуться выглядела не такой уж и плёвой, да и вернуться надо не абы каким, а огого каким. Ну это ладно, как-нибудь справимся, в общем, всё это он и так представлял, но теперь это представление стало глубже.
— Сергей! Просыпайся.
Сергей с трудом разлепил глаза и не сразу понял, где он. Машина стояла, двигатель не работал. В ушах шумело, во рту был неприятный кисловатый привкус. Память возвращалась постепенно: ехали по бетонке, он хотел запомнить, где они выскочат на трассу… а дальше ничего. Давай, значит, чайку на дорогу выпьем… по доброй традиции? Хитрая Лина-лиса! А ты сам тоже хорош, разведчик хренов. Обняли тебя, в ушко пошептали — а ты и слюни развесил!
— Не знаю как что, а сон у тебя и впрямь богатырский, всю дорогу проспал, — прежним весёлым тоном сказал Петрович. — Мы на месте, прошу освободить и не забывать свои вещи.
«Радуется, — подумал Сергей, пытаясь проморгаться и сглотнуть кислый вкус, — развели, как ребёнка», — добавил он про себя, пытаясь вылезти из кресла и открывая дверцу машины. В уши хлынула новая волна шума, более мощная, в нос ударил запах резины и выхлопных газов. Выбравшись на грязный асфальт, Сергей оглянулся в поисках источника шума и вони. Ничего конкретно — просто город, шумел и вонял. Только тут Сергей понял, что уже отвык от серого асфальта, от скрежета трамваев и запаха автомобильных покрышек. От множества людей, бегущих навстречу друг другу, почти сталкиваясь и не замечающих ничего вокруг. Как в популярной песне поётся: «Коммунальный рай без хлопот и забот»… «Ну-ну», — сказала бы Наталья Викторовна. Придётся «понежиться» в раю, но по первому снегу обратно — в чистилище!
Сергей, морщась, обогнул машину, Петрович уже распахнул дверцу, открывая доступ к сумкам, и спросил:
— Согласился, значит, Наталье помочь?
— Меня не спрашивали, перед фактом поставили, — недовольно пробурчал Сергей.
— Без тебя тебя женили, значит? — ухмыльнулся Петрович.
— Ну, типа того.
— Молодец! Богатырь, он для того и нужен, чтоб людям помогать, это его основная функция. Тебя Лина к какому сроку ждать обещала?
— Сказала быть по первому снегу.
— Хорошо, — Петрович что-то прикинул в уме. — Хорошо, как раз суббота будет, баньку истоплю. Ещё: купи турник, повесь на стенку и каждый день на нём виси, но не напрягайся, а расслабляйся. Упражнения на гибкость и на растяжку делай, помни, что сила рождается из расслабленности, а твёрдость — из гибкости. Ну, бывай!
— Погоди, а как я вас найду? Ни адреса, ничего…
— Сила будет — найдёшь, дорожка сама выведет. Помни — «захотел и стало», у богатырей всё так делается.
Сергей пожал плечами, повесил на плечо свою сумку, взял портфель Натальи Викторовны и пакет с гостинцами от Натальи Дмитревны. В машине остался ещё один пакет — Петрович взял его и вручил Сергею:
— От Лины, тебе подарок на память.
Нагруженный, как верблюд, разнородными сумками, Сергей зашел в заросший клёнами и тополями двор старой хрущёвки. Прошел мимо бетонных остовов приподъездных скамеек: досок давно не было, культура сидения у подъездов и обсуждение входящих и выходящих жильцов давно канула в Лету. Открыл железную, облепленную объявлениями вперемешку с рекламой подъездную дверь. В лицо пахнуло тёплым, прелым запахом старого дома. Поднялся на четвёртый этаж, отпер ещё одну железную дверь и вошёл в свою съёмную однушку. Не разуваясь, прошёл сначала на кухню с советской чугунной раковиной, прикрученной прямо к стене, маленьким дребезжащим холодильником и газовой плитой, поставил на стол пакет с едой. Прошёл в комнату, скинул сумку с вещами на пол, рядом аккуратно поставил портфель и открыл пакет с подарком от Лины. Внутри лежали два котёнка. Вязаные игрушки: один спящий калачиком, а второй потягивающийся, как её рисунки на кухонных записках. «Спасибо, Лина-Ангелина, побудь моим ангелом», — думал Сергей, садясь в кресло и пристраивая котят на своих коленях. Уже сейчас ему стало казаться, что всё, что было с ним в эту неделю, — это интересный и яркий сон. А завтра? А через неделю, месяц?
Горыныч — это не змей, это цыплёнок. Обыденность — вот главный враг, и с этой бедой будет справиться куда как сложнее.
*РПК — Рота почетного караула
