pr0logue. Novo:ye
Я помню день, когда в
температурном бреду,
Мне явилась тень, точно на
пасмурном берегу
Взошло солнце,
Развеяло тучи
«Больше не убегу» - на губах
шёпотом мягким, в руках
два пиона, в кожаной сумке -
Ключи, телефон, и
фото, но чьё?
Болезнь всё сотрёт
Перемолотые - песок -
Будем лежать, ожидая,
Когда пойдёт дождь.
По совету врача — Лиза уже год посещала психотерапевта в дневном стационаре — девушка в свой отпуск поехала в другой город — ***. Она с детства любила путешествовать, но от поездки многого не ждала, сознавая, что пока проблема внутри — внешние воздействия не возымеют долгосрочного эффекта. Тем не менее, сойдя со скоростного поезда, она действительно, впервые за долгое время, ощутила глоток свежего воздуха. Всё вокруг казалось статным и интригующим, оковы привычного ей города ослабевали, и Лиза, пусть изначально и планировала провести поездку спокойно — прогуляться тут и там, немного поработать (какой отпуск без работы, если ты — журналистка?) и отдохнуть от людей, на волне возбужденных чувств собралась кутить чуть ли не в первый час пребывания в ***. Заселившись в отель, к выбору которого она подошла с привычным ей трепетом параноика, она тут же пошла в ближайший бар и напилась.
Там она познакомилась с Сашей — актрисой театра, приехавшей в *** в командировку, по случайности проживающей в том же отеле в соседнем — 907 — номере.
— Вы знаете… вы очень красивая!
Саша ничуть не смутилась.
— А вы знаете, вы тоже! И пиджак у вас интересный! — девушка с волосами цвета безлунной ночи заигрывающе провела рукой по лацкану Лизиного пиджака.
Они быстро нашли общий язык и уже вечером стояли у входа в отель.
— Сигаретку?
Лиза задумалась.
— А давай. Правда, я уже несколько лет не курила, да и вообще, только в университете одно время…
— А, тогда не дам. Не стоит и начинать.
— Но я хочу, — смягчив тон до гротескно-жалобного, Лиза сделала серьезное лицо.
Саша на секунду задумалась и всё же протянула ей сигарету.
— Смотри сама. Меня только потом не обвиняй!
Лиза ещё помнила, как затягиваться, и дым ударил в горло вместе с холодным воздухом. Слегка откашлявшись, она продолжила курить.
— Приятные такие.
— Ага, мои любимые. Дорогие только больно.
Лизе в голову пришла идея, которую она ещё несколько часов назад расценила бы, как невозможную глупость. Она достала телефон, посмотрела на карте ближайший табачный магазин, взяла Сашу за руку и без слов повела её туда.
— Ну и зачем ты купила их?
— Сама же сказала, что любимые и дорогие. Вот нам на двоих пачка, пока не скурим её — будем подружками.
— А когда скурим?
Холодный расчёт снова подвёл Лизу.
— Тоже будем.
Саша посмеялась и обворожительно улыбнулась своей новой подруге.
— Ну смотри. Со мной тяжело дружить.
Её узкие зелёные глаза блеснули сквозь упавшую снежинку.
— Со мной не легче.
— Хо-хо, ну давай тогда в номере уже расскажешь. За догоном?
— А то!
Наутро девушки проснулись вместе, и, умывшись, Лиза поняла, что нашла то, чего так давно и болезненно искала. Внутри с силой ударилось сердце, отдав в ушах тяжелым гулом.
«Наверняка, похмелье».
(1+2). Lyubovnaya istori:ya
чтобы размякнуть и слипнуться
как мёд, в этой розовой сладости
чтобы, как только покину её
не забыть, в голове отпечатался
образ
на теле осталось хоть что-то
или ткань, или хоть фибры запаха
укусы, засосы, пусть больно
забыть. В голове отпечатался
цвет
ногтей, волос или глаз. И когда
позабудем,
то будет, что искать
на себе, чтобы утонуть в летнем
тепле. Оно впереди, пути обратно
нет.
Девушка, зигзагами вышагивающая по сорокалетней дороге — о возрасте говорили исключительно чувства, на самом деле она не могла знать, как давно была выложена эта дорога — оглядывала округу, пытаясь высмотреть хоть что-нибудь знакомое, или, по крайней мере, примечательное. Но только редкая трава, с трудом прорастающая из асфальта, ярко отражала солнечные лучи. Больше ничего.
На завтрак Лиза предпочла взять два тоста с джемом и эспрессо. Её подруги — актрисы, проживавшей в соседнем номере — всё ещё не было видно, и есть пришлось одной. Шумные постояльцы отеля сновали туда-сюда, силясь найти себе место, и Лизе, с одной стороны, это нравилось: суета шла отельному завтраку. С другой, из-за толпы она чувствовала отголоски одиночества и тревог.
Саша спустилась к железной дороге и продолжила путь в неизвестность по рельсам. Ясную погоду сменил туман, возникший, кажется, из ниоткуда, и аккомпанементом ему выступил крупный снег, засыпавший всё моментально — а может, этот снегопад шёл уже целую вечность? — как будто бы время имело значение.
Доев и собравшись, Лиза пошла будить подругу, чтобы та успела на завтрак, к тому же, девушке хотелось курить — новая привычка, приобретённая в поездке, а сигареты были только у Саши.
Рельсы-шпалы сменились бесконечным тротуаром, ведущим под конус фонарного света. Туман не позволял видеть окружение, но, по звукам, поля с редкими лесами сменились на центр современного мегаполиса. Его шумы давили, сжимали пространство вокруг неё, не давали свободно дышать. Саша поняла, что спастись от этого можно лишь на свету.
Лифт объявил о прибытии на девятый этаж, и Лиза направилась в сторону номера, успевшего стать родным за какие-то 8 дней. Стук каблуков нежно смягчался вычищенным ковром азуритного оттенка, обшитого по краям какими-то бесформенными орнаментами. Проходя мимо зеркала, девушке на секунду почудилось, что её кто-то преследует, и пусть то было мимолётное видение, но оно успело заставить сердце биться чаще, а дыхание предательски сбиться в приступе секундной паники.
Как бы она ни бежала, свет фонаря оставался таким же недостижимым, но шум усиливался с каждым шагом, обретал формы, оттенки, становился более гнетущим и режущим. Она начала выдыхаться, окончательно выбилась из сил, но бежала, ведь понимала, что всё, что может её спасти — это конус света в конце этой бесконечной дороги. Спасти от чего? Она сама не знала. Ноги начали отказывать. Упав, она продолжила ползти, но свет оставался всё так же далёк.
Лиза постучала в дверь. Нет ответа. Постучала снова, и, услышав сильно приглушенное «Да-да» на той стороне, обрадовалась. Ей не хотелось проводить утро последнего дня в *** в одиночестве.
Дверь медленно открылась.
— Доброе утро!
— Доброе…
— Скоро завтрак кончится, а ты, кажется, хотела встать пораньше.
— Да, спасибо… Подожди меня 5 минут.
— Я у себя буду.
— Хорошо, я зайду.
Лиза решила ещё раз проверить, всё ли она собрала перед завтрашним вылетом. Конечно, собрала в понимании Лизы — рассортировала, чтобы было удобнее сложить в последний момент: никто знает, что ещё может подарить ей новый день.
Так, в первый день своего пребывания здесь она обзавелась подругой, в чьей компании начинался и заканчивался каждый из последующих дней. Во второй — новым фотоаппаратом. Третий позволил ей побыть фотографом на репетиции, вернул утраченные впечатления и оставил ужасное похмелье на четвёртый, который, пусть и прошёл вяло, позволил ей погрузиться в менее центрально-туристические места города.
Пятый день оказался бодрящим: достопримечательности и шоппинг, после которого кошелёк стал тоньше примерно на полгода накоплений, так что последние дни приходилось быть чуть экономнее. На шестой — немного работы, встреча со знакомыми, фотографии. Седьмой — поход в театр, куда её пригласила Саша — актриса, приехавшая в *** по приглашению одного режиссёра, — с которой Лиза познакомилась в первый день.
— Мы
