- Я вас приветствую, Видим Борисович! Какие результаты? - Ефимов протянул руку для приветствия.
Говоров обернулся, поправил очки и крепко пожал протянутую руку Ефимова.
- Полная физическая аномалия, Евгений Александрович. Твёрдость… её невозможно измерить стандартной шкалой Мооса. Алмазный резец затупился, не оставив на кристаллике даже царапины. Электропроводность при комнатной температуре - отсутствует. Более того, они экранируют и поглощают любое электромагнитное поле в радиусе сантиметров. И это при том, что сам кристаллик по размеру небольшой, а по своей массе, вообще невесомый. Приборы буксуют. Это не просто какой-то новый минерал, вещество или что-то ещё. В земных условиях такого существовать не должно! Это просто новые физические свойства, неизвестные земной цивилизации. Никогда ничего подобного не то, что не видел, даже не слышал, не читал в научных журналах, статьях. Это какая-то фантастика! – с каким-то восхищением произнёс Говоров.
Евгений взял протянутую папку, поданную Говоровым, и пробежался глазами по цифрам. Всё сходилось с худшими, или лучшими, ожиданиями.
- Ну, что же вы так, Вадим Борисович? Вы блестяще провели исследование этих «осколков» по тому заданию, которое получили. Со всеми цифрами понятно: твёрдость – выше, чем у алмаза, с электропроводностью при комнатной температуре, тоже понятно – диэлектрик. С пониженной температурой – сверхпроводник. Все цифры на месте, - улыбнулся Ефимов. – Задание выполнено, отчёт составлен. Прекрасная работа! Я доволен. Теперь я хочу предложить следующий эксперимент. Попробуйте взять один кристаллик и обыкновенное оконное стекло. Возьмите, примерно, в процентном отношении по объёму, не по весу, 70% стеклянной массы и один кристаллик, пусть он будет по объёму не более 30% от общей массы. Попробуйте их нагреть до такого состояния, при котором стекло становится мягким и податливым. Думаю, что кристаллик при такой же температуре также станет мягким. Не спрашивайте меня, откуда я это знаю. Просто знаю и всё! После того, как нагреете оба компонента, попробуйте их смешать в единую массу. Это как бы два кусочка теста замесить в одно целое. Должен получится какой-то комочек и пока этот комочек ещё мягкий, прокатайте его, как это делают на стекольном заводе, через прокатный стан. Конечно, у вас нет стекольного прокатного стана, но раскатайте этот комочек чем-нибудь похожим на кухонную скалку, которой раскатывают тесто для пельменей. Раскатайте его в тонкую прозрачную пластинку. Это будет наша линза. О!.. У меня возникла идея! Сказал про линзу и возникла идея. Узнайте в мастерской, где делают очки, как они изготавливают линзы для очков. Нам то нужно такую небольшую линзочку, но не выпуклую или вогнутую, а совершенно плоскую. У них этот процесс должен быть отработан.
- Хорошо, Евгений Александрович, этот вопрос мы постараемся проработать. Я дам задание нашему технику, чтобы он выяснил возможность изготовить такую пластинку, в оптической мастерской. У нас в лаборатории нет таких условий. Мы же не занимаемся изготовлением очков, - усмехнулся Говоров.
- Да, да, конечно. Когда такая пластинка из стекла и кристаллика будет готова, я вам скажу, какие эксперименты нужно будет провести с ней.
- Понял, товарищ полковник. Задание получил, готов его выполнять, - шутливо произнёс Вадим Борисович.
- Я первый отчёт по исследованию кристалликов забираю. Мне его надо будет генералу показать.
- Для этого он и делался, чтобы начальству показать, - в той же шутливой манере ответил Говоров.
Ровно в одиннадцать в кабинете Ефимова зазвонил внутренний телефон:
- Евгений Александрович! Это дежурный офицер с поста. К вам пришёл посетитель Кунанбаев.
- Очень даже хорошо! Сейчас за ним подойдёт майор Касенов. Пусть немного подождёт.[/left]
Евгений нажал на рычаг и тут же набрал номер Аскара.
- Аскар! Спустись к выходу, там геофизик Кунанбаев пришёл. Приведи его ко мне в кабинет и сам останься для разговора. И Меняйлова прихвати, нужен аналитик для разговора.
- Слушаюсь, товарищ полковник!
Через пару минут в дверь постучали и вошли Кунанбаев в сопровождении Касенова и капитана Меняйлова.
- Здравствуйте, Вахит Гумерович! Спасибо, что приехали. - начал Ефимов, указывая на стул. - Извините, что пришлось вас побеспокоить, но надо уточнить кое какие моменты, детали всего того, что произошло в Маканчи.
Майор Касенов приготовил блокнот, а Меняйлов пристроился в углу с таким расчётом, чтобы вести наблюдение за геофизиком. Кунанбаев сел к приставному столику, кивнул, сжав руки на коленях.
- Здравствуйте, товарищ полковник! Ничего, я в город приехал по своим делам и уже освободился. Я готов к разговору с вами.
- Вот и хорошо. Думаю, разговор наш много времени не займёт. Начнём, пожалуй?
- Конечно, я слушаю вас.
- И так первый вопрос. Когда вы увидели, что чёрное пятно на небе стало накрывать гору Жайтобе, с какой стороны оно приближалось?
- Сейчас соображу… Вход в штольню у нас находится с юго-восточной стороны горы. Посёлок Маканчи от входа в штольню тоже находится в юго-восточном направлении. Я вышел и посмотрел на посёлок… Достал телефон, включил его и тут меня что-то насторожило, и я поднял голову к небу… А, это чёрное пятно закрыло полную Луну и стало темно, вот почему я посмотрел на небо. Естественно, мне показалось это очень странным, так как до этого не было ни одного облачка, Луна ярко освещала всё вокруг. Я включил видеозапись и направил на пятно. Оно плавно надвигалось. Это пятно было, как круглая дыра в небе. Двигалось со стороны китайской границы. Да, с восточной стороны, это точно!
- Спасибо, один вопрос прояснили, - сказал Ефимов и сделал пометку в блокноте, - теперь другой вопрос. Испытывали вы какое-то психическое напряжение? Давило что-то на вашу психику?
- Сейчас попробую вспомнить… Мне кажется, что наступила полнейшая тишина. Было такое впечатление, что всё вокруг замерло и двигалось только одно огромное чёрное пятно. Никакого шума, свиста, шороха, вибрации, ничего не было. Даже сверчков не было слышно. Только полная тишина. Даже жутко как-то стало. В этой тишине и была вся жуть. Там, возле штольни, гравий мелкий был, когда я смартфон направил на пятно, то сделал несколько шагов, чтобы лучше поймать пятно в объектив, я не услышал своих шагов на этом гравии. Хотя обычно там пройти бесшумно невозможно.
Ефимов переглянулся с Касеновым.
- В момент разрушения луча… Вы описывали, что почувствовали какую-то волну. Она была физической? Или больше похоже на удар по сознанию? Тошнота, головная боль, паника?
Кунанбаев побледнел. Он медленно отпил глоток воды, любезно поданный ему Аскаром.
- Боль была. Но не в голове. Как будто всё тело разом сжали в кулаке. На миг. Кости, органы… А потом пустота и падение. Я гипертонией не страдаю, давление всегда было в норме. А паники… не было. Был ужас. Это разные вещи, Евгений Александрович. Паника, это когда не знаешь, что делать. А ужас, это когда знаешь.
В кабинете повисло тяжёлое молчание. Касенов старался конспектировать весь разговор, и в этот момент перестал писать.
- Странно, - Евгений опять сделал пометку в блокноте, - А когда чёрное пятно растворилось, звуки появились?
- Сразу же, как пятно исчезло, так как будто всё вокруг ожило. Шум проезжающих машин по трассе стало слышно.
- Ещё один вопрос по чёрному пятну. Когда оно исчезло, никаких летательных аппаратов в небе над горой, вами не было замечено? А то в вашем видеоролике этого кадра уже не было.
- Нет, никаких летательных аппаратов мною замечено не было. Пятно растворилось и на его месте появились звёзды. Никаких движущихся предметов на небе не было. Луна ещё очень хорошо освещала, но я ничего больше не видел.
- Ладно, с пятном разобрались. Остальное мы видели в снятом вами видеоролике. Теперь у меня такой вопрос. Вы сказали, что гипертонией не страдаете. А какие-то другие проблемы со здоровьем есть? Вы только поймите правильно, мы не стараемся представить вас неадекватным человеком, мы стараемся понять, что случилось.
- Нет, со здоровьем у меня всё в порядке, хронических заболеваний не имею. Курю, конечно, много, но как-то это, пока ещё, на моём здоровье сильно не отражалось.
- Так, - Ефимов опять пометил что-то в блокноте, - Скажите, а перед тем, как потерять сознание на скамейке, вы головную боль не
