Алла. А где вы были всё это время?
Юра. Да, кстати!
Жора. Ой, ребятки… Где я только не был. Последние пятнадцать лет на Севере работал.
Алла. Там платят хорошо, я слышала.
Жора. Неплохо. Но там и условия такие, что не каждый сможет в них освоиться.
Юра. Что делали?
Жора. Корабли вымораживал.
Алла. Чего?
Жора. Выморозка кораблей. Не слыхали?
Алла. Нет.
Юра. Это как? Изо льда?
Жора. Изо льда. Точно. Пока зима, винты обслуживать на кораблях нужно, а как это сделать, когда они во льду? Корабль в бухту пришёл по осени, встал, вокруг всё льдом покрылось и всё. Как быть?
Юра. Я думал, для этого есть какие-то специальные пандусы, или как их… Ну вроде как ангары тёплые крытые для ремонтов.
Жора. Есть такие ангары для ремонта судов, правда, они не особо тёплые. Но кораблей-то в бухте полно. Как их туда перемещать? Да и не таскает их никто. По месту выбирается лёд до нужного узла, до винта в нашем случае, и там на месте обслуживается, чаще снимается и потом уже транспортируется в мастерские. В детали вдаваться не будем, суть я думаю, ясна.
Алла. А винты, они же глубоко? Там же уже вода, наверное, а не лёд?
Жора (Юре). Соображает девка. (Алле). Верно, вода иной раз совсем рядом. Поэтому слой льда убираешь, ждёшь, пока намёрзнет новый в глубину. Потом ещё снимаешь слой, снова ждёшь.
Юра. Муторная работёнка.
Жора. Да и опасная. Если в воздушный пузырь попадаешь, то он водой махом заполняется, а там напор знаешь какой? Не успел заткнуть щели – убегай. Пока не приклеился от воды к стенке. С напарником всегда почти. Вдвоём, чтобы от стены отодрал в случае такого приклеивания. Иной раз и одёжку скидываешь, только бы там не остаться. Заполняется пространство очень быстро. И понятно, что в этом случае работа вся насмарку идёт. Можно дней пятнадцать проход во льду к лопастям пробивать. Неудачно попал, всё затапливает и снова замерзает. И по новой потом лёд выбираешь.
Алла. Да уж.
Жора. Но будет обо мне. Вы-то тут как? Квартирка съёмная, как я понял, ага?
Юра. Съёмная, конечно. Свою купить планируем, но это лет через… Не знаю сколько. Да и то, только через ипотеку.
Жора. Ой, ребятки, там такая переплата получается в итоге с этой вашей ипотекой. Раза в два, наверное, ага? А то и побольше?
Алла. Да, но других вариантов нет.
Жора. А вот мне было всегда интересно, как люди эти займы брать не боятся. Ведь это кабала на сколько там… Лет на тридцать?
Юра. Двадцать – двадцать пять. Смотря какой платёж.
Жора. Пусть даже двадцать. Вот скажи мне, Юрок, где гарантия, что ты за эти двадцать лет работу не потеряешь? Что здоровье тебя не подведёт? Что не произойдёт ничего такого, что может произойти с каждым. Да хоть бы и машина собьёт?
Алла. Тьфу на вас!
Жора. А чего тьфу? Знаешь, сколько ежегодно под колёсами народу погибает? Статистику привести?
Юра. Так! Давайте как-то всё-таки… Начали за здравие, а в итоге, как всегда... Новый год же всё-таки! Не будем о грустном.
Жора. А и то верно! Что-то разморило меня с дороги, ребятки. А то может ещё и от харчей ваших сытных изысканных. Я прилягу, можно?
Юра. А у нас есть варианты?
Алла. Юра!
Юра. Вон кровать. Одна, правда. Мы как бы… Не планировали, что здесь будет ещё кто-то спать.
Жора. Да ничего, мне и одной хватит. Много ли человеку для счастья нужно?
Жора идёт к кровати.
Жора. Я буквально полчасика, только немного прикорну, а там уступлю вам ваше ложе. Что я не человек? Всё понимаю.
Ложится.
Жора. Эх! Тысячу лет на мягкой кроватке не лежал. То всё настилы какие сам смастеришь, на том и почиваешь. В кабальных условиях, можно сказать. Вся жизнь – вахта. Болтаешься по миру как это…. В рукомойнике… В проруби… Не важно… Сейчас я… Буквально чуть-чуть. Совсем немножечко и сразу…
Жора начинает храпеть.
Алла и Юра переглядываются.
Юра. Что скажешь?
Алла. Не знаю. Странно как-то всё это.
Юра. Вот и я тоже думаю. Даже если он был, как он говорит, другом моему отцу, то зачем он к нам сюда приехал? Ну ехал бы тогда уж с матерью повидаться. С ней какие-то общие темы могут быть, а нам с ним о чём говорить? Ну знал он отца. И что? Ни брат, ни сват… Не знаю. Не нравится мне всё это.
Алла. Да… Но знаешь, сейчас мы всё равно ничего не узнаем толком. Маме твоей звонить уже поздно, расспрашивать… Через полчасика он явно не проснётся, придётся нам с тобой, как видно, на полу устраиваться.
Юра. Капец!
Алла. Да… Так-то я себе эту ночь совсем иначе представляла.
Юра. Да я тоже.
Алла. Помогай. Будем стелить. Укладываться.
Вместе приносят какие-то одеяла, мастерят подушки из кофт и курток. Пытаются из вещей и подручных средств смастерить что-то похожее на ложе. Ложатся, накрываются вместе одной большой курткой.
Постепенно гаснет свет.
Юра (шёпотом). Алка? А может мы с тобой того-этого?
Алла (шёпотом). Ты что? При людях?
Юра (шёпотом). Да он до утра не проснётся! Вон как храпит!
Алла (шёпотом). Нет! Я так не могу.
Юра (шёпотом). Да мы тихонечко!
Алла (шёпотом). Нет!
Юра (шёпотом). Аккуратненько!
Алла (шёпотом). Нет!
Юра (шёпотом). Ювелирненько!
Алла (шёпотом). Нет, я сказала!
Юра. Ну, дядя Жора, услужил! (Злобно). С Новым годом, любимая!
Юра ложится «валетом» к Алле.
Жора продолжает храпеть.
Гаснет свет.
Конец первого действия.
