буро-серую повязку, сдавливающую среднюю часть туловища Остина.
Сейчас было ясно, что боль от незаживающей раны, есть та причина, по которой юноше трудно оставаться незамеченным в лесу, населённом до отказа всем живым, включая охотников.
– Да, немного плохо ещё, но я пережил эту ночь без жара. Возможно, пройдёт ещё немного времени и заживёт, – уже совсем не веря своим словам, закончил Остин.
– Я тебя проведу по другому месту, здесь нельзя переходить, хоть и не глубоко. Я тебе потом объясню, почему.
Еды у Остина не было, зато Кнеду охотник оставил сухие сливы, их они стали жевать в пути, когда шли вдоль ручья.
– По воде надо было, но тебе трудно, пойдём здесь, траву будем поднимать. Ты иди первым – следы закрывать мне.
Остин не спорил, было ясно, что справиться с тем и другим ему будет невозможно. Кнеду представился случай отплатить другу за сердечность. Он показал Остину, как бесшумно идёт охотник. Трава сама поднимается из-под его ног, но ещё один секрет не стал говорить, это была не его тайна. Следы действительно оставались незаметными для глаз: люди прошли, но также стеной стоит осока-трава, не сломаны ветки. «Что за чудо!» – воскликнет любой. Что может зверь, того нельзя охотнику – топтать землю.
