Она прекрасно помнила день, когда Лорд зашёл в каморку и жестом пригласил её идти за ним. На нём был необычный чёрный плащ, который в лучах солнца, едва проникавших в помещение, переливался всеми цветами радуги.
Саблет оказалась в просторном треугольном зале. Здесь не было ни одного окна, а на стенах висели портреты. В самом центре было возвышение.
— Это мои предки, — сказал Лорд. Его голос отдавался эхом. — Они все занимались тем же, чем занимаюсь я. Они оставили для меня многие знания. Именно благодаря им сейчас ты стоишь здесь, Саблет. Иди сюда.
Она поднялась по каменным ступеням.
— Пришло время, — начал он. — Моё творение выйдет на свет и покажет миру свою мощь, расправит свои крылья. Я знаю, что мне не будет стыдно за тебя. Я знаю, что ты стойко выдержишь любое испытание, Саблет. Ты всегда показывала себя с самой лучшей стороны, поэтому я ни секунды не сомневаюсь в твоём успехе в любом деле. Протяни мне руку.
Она послушно сделала то, что он велел. Лорд держал её руку, а потом достал из плаща маленький прибор, похожий на перо. Когда кончик пера коснулся кожи, Содалис почувствовала тепло. Лорд начал выводить замысловатые узоры и символы, а когда закончил, произнёс:
— Это наш семейный знак, Саблет. Это великий дар — носить такой символ. Все сделки, заключённые рукопожатием, будут беспрекословно исполняться. Иди.
Послышался оглушительный скрежет, а потом вдалеке прорезалась тонкая ниточка света. Саблет зажмурилась, так как свет невероятно резал глаз, неприкрытый повязкой.
После минутного замешательства она осторожно подошла к воротам: перед ней небольшая лесная поляна. Неужели Лорд её отпускает?
— Когда ты мне понадобишься, я подам знак, — сказал Лорд, словно прочитав её мысли.
— Зачем…
— Я тебя отпускаю не только для того, чтобы мир узрел силу, созданную моими руками, но и по другой причине, — он вновь прочёл её мысли. — И ты догадываешься о ней.
— Если Блэр-Одри придёт к власти, то я тоже окажусь там и буду иметь большое влияние, — она вышла на свежий воздух. — Тогда и вы окажетесь у власти. Верно?
— Не если, а когда, Саблет, — Лорд вышел следом. — Моё дело требует материала, а его трудно доставать, если у тебя нет наверху опоры. У меня она будет. Иди, Капитан.
— Кто?
Он не ответил, лишь загадочно улыбнулся.
...
Счастье иногда называют птицей. Если бы счастье действительно было птицей, то в маленьком помещении с грязными стенами образовался бы птичий апокалипсис.
Было радостно видеть Саблет Содалис, которую некоторые уже считали мёртвой, живой. Однако первые минуты счастья прошли, и пришло время обратить внимание на состояние, в котором она вернулась.
Арчер долго пыхтел, осматривал, что-то проверял, делал записи. На это всё у него ушло три часа. Когда осмотр закончился, все, включая саму Содалис, выжидающе уставились на Арчера, раскладывавшего инструменты.
— Что я могу сказать, — начал он, поправляя очки, — очень интересные операции и невероятно сложные. Я бы, с медицинской точки зрения, сказал бы даже, что они невозможные и фантастические. Если бы мне кто-то про такое раньше рассказал, я бы посмеялся от души, а потом отправил бы этого человека учить анатомию и так далее.
— Арчи, ближе к делу, — перебил Сю. — Сделать-то что-то можно?
— Какие особенности ухода за этим шедевром лоскутного шитья? — Жанетт потянулась за маленькой сумочкой, в которой, видно, лежали последние монетки.
— Ежемесячные осмотры и обработки по мере необходимости, — он посмотрел на Саблет ещё раз. — Глаз будет кровоточить иногда, а со временем могут появиться гнойные выделения. Я смогу проводить все обработки самостоятельно.
— А сердце? — Блэр-Одри подошла к Саблет и положила руки ей на плечи. — Что делать с сердцем?
Арчер тяжело вздохнул, размышляя над вопросом.
— С ним тяжелее. Опять же, не могу не сказать, что это фантастика чистой воды. Я бы вскрыл грудную клетку и осмотрел...
— Арчер! — хором воскликнули товарищи.
— Чисто медицинский интерес. Естественно, я не буду этого делать, — он закатил глаза. — Я буду проводить осмотры и делать анализы. Правда, в случае чего, я не знаю, что делать. Имею право предположить, что знает об этом только создатель сей работы.
— Саблет, кто он? — Люсиан чуть склонил голову набок.
— Где он живёт? — Аматор Сю повторил это действие.
Она молчала. Она знала, что про Лорда никому говорить нельзя, даже друзьям.
— Ребята, это не так важно, — вдруг вмешалась Блэр-Одри. — Я обо всём позабочусь. Ступайте отдыхать. Саблет нужна тишина.
Когда все нехотя разошлись, Блэр-Одри вновь обратила всё своё внимание на Саблет. Та сидела и смотрела в окно.
— Непривычно, — сказала она. Кажется, Содалис разговаривала сама с собой.
— Расскажешь мне, что там произошло? — осторожно поинтересовалась Блэр-Одри. Она не была уверена, что подруга даст согласие, но попытаться стоило.
Вопреки всем ожиданиям, Саблет заговорила. Она не упоминала в рассказе Лорда, но Блэр-Одри и не нужно было имён, чтобы всё понять. Пока она слушала, в голове всё мелькали мысли о том, что надо как-то сводить Содалис к той ведьме, которая помогла в поисках.
— Так я и оказалась здесь, — закончила девушка. — Ты что-то хочешь сказать. У тебя есть просьба.
Здоровый глаз смотрел прямо в душу. Как же изменилась Саблет! Не только внешне, но и внутренне. Блэр-Одри чувствовала, что это уже не её прежняя подруга, это совершенно другое существо, опасное и грозное. Оно затаилось в теле Содалис, выжидая момент. А осталась ли там прежняя девушка? Или Лорд искоренил всё живое?
Блэр-Одри, понимая, что ложь бесполезна, рассказала Саблет про ту ведьму. Она слегка поменяла историю, чтобы не упоминать в разговоре Лорда и сделку.
— Идём, — Саблет поднялась с места.
— Куда?
— К старушке твоей.
— Саблет, сейчас ночь. Неудобно тревожить человека в столь позднее время.
— Если нужно, потревожим. Нечего время тратить, — она была непреклонна, и Блэр-Одри сдалась.
Дряхлая кибитка встретила их на удивление живо. Фонарь на небольшом крючке горел, а на ступеньке сидела та самая старушка и что-то вязала.
— Я знала, что вы придёте именно сегодня, — она подняла взгляд. — Нетерпеливы вы, Капитан.
Содалис застыла: откуда она знает?
— Посиди, девочка, здесь, — ведьма посмотрела на Блэр-Одри. — А мы побеседуем.
Содалис поморщилась от запаха трав, ударившего в нос. Она присела на стул, который стоял напротив небольшого стола.
— Ты ведь не обычный эксперимент, — старушка что-то искала в сундуке. — Лорд никогда не клеймит обычных. Знаешь, Капитан, что это значит?
— Откуда вы узнали? — девушка дотронулась пальцами до рисунка на руке.
— От тебя разит чёрным заклятием, — ведьма не поднимала головы. — Лорд возлагает на тебя не просто надежды, ты – его главное сокровище, а с таким он просто так не расстанется. Но это другое дело.
— Да, знаю.
— От каждой сделки, которую ты будешь заключать, будет идти поток магической силы к Лорду. Он никогда так не делал. У него на тебя большие планы, — она села в кресло. — Ему нужно расправить твои «крылья», чтобы доказать остальным, что его клан самый главный. В каждом городе есть свой клан таких людей, как Лорд, и у каждого есть свой эксперимент с меткой. Я не знаю всех, но точно знаю, что все они при дворе. Он хочет всех их убить. Убить творение с клеймом – убить целый клан.
Саблет нахмурилась. Лорд рассказывал ей нечто подобное, и она помнила об этом.
— Я хочу взглянуть на твоё будущее, — сказала ведьма, протягивая ей какой-то мешочек. — Держи его и не отпускай.
Она закрыла глаза и коснулась руки Саблет.
— Я вижу кровь, много крови. Вижу метки на руках. Тьма. Девушка со светлыми глазами. Свет и тьма в одном сосуде.
Она замолчала на несколько минут, а потом резко открыла глаза.
— Ты принесёшь в этот мир много тьмы, много смертей. Однако Лорд так и не смог сломить в тебе что-то важное, — она смотрела прямо на Содалис, — то, что поможет тебе не застрять в гнилом мире Лорда.
— Что с нами будет? Мы сможем победить?.. — она не договорила.
— Я видела корону на голове Блэр-Одри, — ответила ведьма. — Береги её от королевской семьи. Я видела смерть твоей подруги от рук одного из них.
Саблет нахмурилась, а потом, после секундного раздумья, уверенно кивнула. Она была готова защищать Блэр-Одри любой ценой.
— Иди, Саблет. Я посмотрела всё, что хотела, — она улыбнулась. — Позови Блэр-Одри.
Ждать вторую девушку долго не пришлось. Уже через несколько секунд та сидела на месте и была вся во внимании. В её глазах читались сотни вопросов.
— Теперь в её теле две личности: Капитан, созданный Лордом, и остатки Саблет Содалис. Безжалостность и ярость вперемешку с добрым сердцем. Они не смогут работать всё время вместе. Сначала убийство, а потом горькое раскаяние, — старушка покачала головой. — Я видела двух человек, которые способны сдержать и Капитана, и Саблет. Ты и ещё кто-то. Я не знаю пока, кто. Будущее темно и опасно. Что особенно удручает, так это то, что Лорд пытается что-то скрыть, не даёт мне проникнуть дальше, — она посмотрела прямо в глаза девушке. — Берегитесь, Ваше Величество, прежних королей. И приглядывайте за Саблет.
— Я ещё не на троне...
— Будете.
Они попрощались.
На следующий день повозка ведьмы исчезла с того места.
...
Они держали появление Содалис в тайне до поры до времени. Шли последние недели подготовки к масштабному перевороту. Кажется, в эти дни никто не спал и не ел. В маленькой квартирке вообще редко кто-то появлялся, ведь каждый был на задании.
В тот день Саблет, которая теперь носила чёрный плащ по просьбе Блэр-Одри, была около тюрьмы. Поблизости находилась большая деревня, и девушку послали туда, дабы убедиться, что там всё готово к предстоящим событиям.
Она уже давным-давно всё сделала, но почему-то её тянуло к окраине деревушки, где стоял небольшой сарай. Кому принадлежит этот сарай и что там хранится, никто не знал. Люди, казалось, вообще игнорировали существование этой постройки. Содалис шла именно туда.
Место было тихое: пели птицы, шумели деревья, переговариваясь о чём-то своём. Идиллию природы нарушил резкий скрип открывающейся двери. Саблет в один миг достала шпагу и направила в сторону сарая.
— Эй-эй, легче с железкой. Мир. Я с миром, — девушка с пронзительно зелёными глазами и тёмными длинными волосами, которые развевал ветерок, подняла руки. — У меня даже защититься нечем.
Саблет опустила оружие, но не убрала.
— Кто ты? Ты живёшь здесь? — она кивком указала на
