Сашкой буду звать? У меня никого на этом свете, так что вроде внука будешь, если конечно не возражаешь. Вот и ладно. Ну, а меня Максимычем. Уже лет тридцать все зовут. Слышь-ка, за глаза-то «нудаком» называют, сам поймешь, за что. Я старый конь. Хоть и говорят, что мол, глубоко не вспашет, а это как посмотреть. Я не по той песне старой, в которой все шиворот на выворот - «поля обойдем... стало быть, сначала соберем, потом - засеем, а у после этого – вспашем», у меня все делается правильно, как положено. Так что сработаемся. У тебя как с образованием?
- Максимыч, никак вроде. Ниже среднего. ПТУ и все. Не знаю, как вообще за дело приняться. Инна книг натащила на каком-то «птичьем» языке, как баран прямо.
- Ну, да. Ну, да.
- Я ей говорю, какой из меня Президент. Мне бы шофером к ней... или в машинах покопаться.
- Ну, да. Ну, да... Я тебе вот что скажу. Не спеши. Я когда сорок лет назад на работу пришел в НКВД, тоже ни хрена не смыслил. А ты не гляди так. В КГБ не все палачами были, не все дела из пальцев высасывали, я, брат, не выходя из кабинета, внешней разведкой занимался, вот такие дела. А вы, я смотрю, старого чекиста все же обвели вокруг, когда расписались-то?
- Позавчера. И в церкви венчались.
- Ну, да. Ну, да.
- И смех разбирает. В Бога-то не верю, а стою как идиот со свечкой. Только под конец, проняло. Торжественно как-то все же, как на военном параде.
- Ну, да. Ну, да. Это ты хорошо заметил. То не беда, что не веришь. Хуже когда партийцы старые, да тот же пан Зюзя, в церкви лоб пытается крестить неумело. Тьфу ты, срам-то какой. Сказал бы сначала принародно, что коммунисты были не совсем правы, и что, где-то он все же есть, Боженька этот, а потом лезли бы к Патриарху христосоваться при людях-то. Ну, их к лешему, а свадьба-то хоть была?
- Я думаю, что в это воскресенье посидим. И вас пригласим. А позавчера только со свидетелями в Арагви были вечером.
- Ну, да. Ну, да. Ну и правильно. Теперь о деле. Ухо держи востро с Валеркой. Пакостник он. Какая его еще муха укусить может. Сегодня-то Инночка его ублажит, а вот потом. И еще совет. Охраной надо будет заняться серьезно - на свет вылезаете с холдингом, поаккуратнее надо бы. Ну, да и мы еще пригодимся, кое-какие связишки остались, из чекистов только в гроб уходят. Так-то.
***
Квартира большая в новом доме в переулках Бронных. Быстро, как грибы, среди старых, еще начала века построек, появляются вдруг «блестящие стеклом нувориши». Очень дорогие квартиры. Инна роскошью не балуется, но любит, чтобы уютно было и ничего лишнего. Две комнаты так до сих пор пустые. В гостиной сейчас стол большой, на котором остатки сегодняшнего пира. Все привезли и сервировали из «Праги» - не то, что не любит готовить Инна, но на двенадцать человек, это слишком. Да и хотелось принять по-человечески.
Посидели хорошо, без особого шума, по-домашнему. Разошлись возле полуночи.
А в спальной кровать новая, огромная, хоть вдоль, хоть поперек ложись
- Саша, ты спишь?
- Как же. Сама на моем животе пристроилась, щекотишь своими волосами... попробуй, усни тут.
- Вот и не спи. Я не сплю, и ты не спи. Саша... я, кажется, только сейчас... ну, вот в эту самую минуту поняла, что очень люблю тебя. Очень.
- Вот тебе с клюквой квас. А раньше что же, лапшу мне на уши вешала?
- Нет, но... вот так...
- Как?
- Так.
- Очень подробно и доходчиво объяснила
- Не смейся, у меня голова дергается на твоем животе
- Тоже нашла подушку. Знаешь, вспомнил этот анекдот, что Вадим рассказал в ресторане.
- Какой? Я их совсем не запоминаю.
- Ну, про бабу, которая подтяжку лица делала, и доктор ей винтик на затылке приделал, мол «можете по мере необходимости, сами подтягивать».
- Ну, и...
- Ну, через полгода приходит с мешками под глазами. «Ой, доктор, что это со мной?» А он ей говорит: «Милочка, я же сказал, по необходимости, а вы уже свои сиськи до глаз натянули»
- Ужас какой! Чего же смешного тут? И вообще, это что, намек в мою сторону, что я для тебя старовата?
- Вот что мне в тебе нравится, так это то, что, умеешь все перевернуть, чтобы на комплименты нарваться.
- Конечно. Валяй, выкладывай свои комплименты. Если не понравятся, я тебе что-нибудь откушу.
- Ты, в самом деле, такая... кусачая?
- С детства увлекаюсь, а что? А тебе что, вампирши не нравятся?
- Еще как. Я от них просто балдею. Инн... давай рванем куда-нибудь... в Сочи. На недельку, до второго?
- А на Багамы не хочешь?
- Далеко. А тут два часа самолетом и море.
Давай. Только в Крым. Там есть одно местечко. Пансионат не для всех. Они Николаю кое-чем были обязаны. Отдохнем по первому классу. Извини, не подумала. Давай в Сочи. Ой, что это? Что это за «ствол» у моего виска? Господин комендант лагеря, нельзя же так - вчера на расстрел, сегодня на расстрел... это, извиняйте, садизм какой-то. Сашка, ты беспощадный палач... рятуйте, люди добрые, насилуют…
***
- На обратном пути к родителям моим заедем в Харьков?
- Что они там?
- При Советах еще уехали. В университете тамошнем преподают, не хотят в Москву возвращаться, тяжело теперь там, все равно не хотят.
- За бугром оказались, кто бы подумал.
- Кто бы подумал еще год назад, что вот так буду с тобой. И будто всю жизнь так и было.
- А я, знаешь... надо же... еще не разу тебе не сказал.
- Чего не сказал, чтобы я не знала?
- Не сказал, что люблю.
- Ну, так говори... немедленно.
- Я... тебя... люблю! Вот.
- Ну, вот и я от тебя дождалась. Лучше поздно, чем никогда.
***
