кого они должны ровняться, и поверь моему опыту, никто не хочет там видеть мягкого, доброго и наивного идеалиста, который любит свою жену.
— Разве лучше, если ты бессистемный, бескомпромиссный агрессор, который ко всему относится, как к расходному материалу во имя единоличного мирового господства?
— Да, лучше. Не поверишь, но даже безвольный алкоголик-интриган, выглядит лучше, он как-то роднее, что ли… А за то, чтобы ассоциировать себя с таким набором, как ты описал, люди будут готовы если не на всё, то на многое, и не ради мнимого величия прошлого, а во имя причастности к созданию великого будущего, где реализация поэтапного плана действий, из раза в раз приносит ощутимые плоды, удовлетворяющие запросы общества, что вовсе не то же самое, что призрачные обещания от человека, о существовании которого ещё вчера никто не догадывался. — На этих словах гость и направился к выходу.
— Что вы можете сказать про Мистера Русского?
— У него есть стиль, есть масштаб, за ним интересно наблюдать, но все выходки как будто просто по приколу, он не похож на тех, кто осознанно идёт во власть. Его безумие беспредельно обаятельно, благодаря сильной харизме даже хорошие люди начали заниматься политикой, а безвольные овощи обзавелись мнением и позицией. Он свежий взгляд на оппозицию, причём он не борется с официальной властью, не пытается очернить или расшатать систему, даже не разоблачает людей в правительстве, нет, он просто двигается параллельно, нагло и дерзко, он формирует новый источник власти, игнорируя прежний.
Первый и последний президент страны советов, застёгивает плащ, приподнимает шляпу в знак прощания и покидает помещение.
Глава 24 «Флуд»
Странный был этот дяденька. Я так и не понял, почему он ничего не поел, не попил, а потом вдруг встал и ушёл. Может, застёгнутая пуговица пиджака, не смогла оставить в покое его великосветские манеры, и он счёл меня недостойным его визави? Мои мысли перебили, слова Дяди Братана:
— Носи костюмы-тройки и не застёгивай пиджак совсем, а гость ушёл, потому как израсходовал на диалог оговоренное нами время и не нашёл причин остаться. В конце концов, ты ему сам не предложил этого сделать.
— А чё, так можно было?
— Почему нет?
— Такой вот я хуёвый человек.
— Ой, да угомонись ты. Не в этом дело, не в хуёвости или пиздатости, всё относительно. — Дядя Братан начал есть, как не в себя и процесс поглощения пищи сопровождался набором дурных манер: стукание ложкой по тарелке, громкое причмокивающее чавканье. Отрыжка. — Если будешь есть, самое время присоединиться, потом этого не будет, а следующий гость прибудет завтра.
— Я на сегодня свободен и могу идти?
— Да, конечно, в целом ты мог и сюда не приходить, но спасибо, что пришёл. — Махнул мне вслед, выходящему из помещения, продолжая далёкое от светских манер уничтожение пищи на столе.
Вчерашние прогулки по городу, уменьшили желание шляться на местности и узнавать подробности изменений за время моего отсутствия, поэтому я не стал придумывать велосипед и пошёл теряться в онлайн-играх. Включаю свой игровой аппарат, вхожу в учётную запись. Логин и пароль приняты. Время — день, но в сети оказалось полно народа.
Ребята, с кем играю постоянно, укомплектованы полностью. Кучка распиздяев, с кем не столько играю, сколько захожу попиздеть ни о чём, тоже фул. Листая список дальше, вижу несколько полных отрядов с малознакомыми людьми, с которыми поигрываем время от времени, чисто скоротать время до появления места в основных лобби. Далее встречается несколько иностранных отрядов, между которыми мелькают никнеймы тех, с кем перестал играть по разным причинам, но которых всё ещё не удалил из списка друзей. В списке находящихся в сети встречаются те, с кем изредка поигрываю, в основном, как дань прошлому, но сегодня я этого делать не намерен. Во время поиска тимейтов приходит запрос в друзья, и сопроводительное сообщение о том, что это второй профиль одного из моих ребят. Принимаю запрос. Следом приглашение в игровое лобби. Принимаю со словами:
— Здаров, чё с основным профилем?
— Да заебали эти мамкины политологи. Хуевы педики со своей невсратой политикой и вечными дискурсами о хуйне. Один топит за Мистера Русского, второй ему подсевает, третий вечно против них топит. На хуй политику, в пизду «Чёрную Россию».
— Базаришь. Но ты же понимаешь, что они, увидев меня онлайн, будут либо к ним звать, либо сами сюда присоединяться?
— Запросы их сюда не принимай, захочешь съебнуть, то ок, вопросов нет, но доиграй катку и по-братски не трепи за твинк. Сейчас побырику заполним лобби, предпочтения есть? Мальчики, девочки, постарше, помладше, блошки, вошки, мондавошки, пиздюки-сороконожки.
— По хуй, главное, чтоб адекватные и совершеннолетние, ну и согласно общим предпочтениям не делали вид, что разбираются в политике.
Первый зашёл, кратко поздоровался и сразу нажал «готово». Второй присоединившийся оказался более многословным:
— Добрый вечер, я диспетчер. Братцы, сейчас катку другую разомнусь и стрим пилить буду. Если чё, могу минусануться от вас.
Мой кент ему ответил:
— Всё ок, оставайся.
— Покажите всем на стриме, какие вы хорошие политкорректные мальчики. — попросил многословный тимейт.
Я решил уточнить обстоятельства:
— Просвяти, пожалуйста, нас тёмных, а на хуя нам это делать?
— Чтобы не забанили мой аккаунт.
— Так, может, на хрен такие стримы? Что ограничивают тебя и тимейтов?
— Чел, мне бабки платят, платформа, спонсоры, донаты, вся хурма. Я живу с этого и мне хватает на то, чтобы дома сидеть и ничего другого не делать, поэтому с этим приходится мириться, в целом как на любой другой работе, необходимо идти на определённые компромиссы с руководством.
— Большая аудитория?
— У платформы около двух миллионов ежечасно, у стримеров по-разному, мой разовый максимум около десяти тысяч.
— Это много или мало?
— Мне норм, на коммуналку и съём хаты хватает, ещё и остаётся на пиццу со сладкой водичкой.
— А что ты сам считаешь насчёт этих ограничений?
— Ну, они базируются в демократической стране, у них так принято.
— Объясни мне, тёмному человеку, почему демократия — это быть за пидоров, а если ты против них, то это уже не демократия?
— Почему я тебе вообще должен что-то объяснять? Чел, душно становится.
— Аа, ты из этих…
— Из кого?
— Из невежд, что смещают фокус со своей некомпетентности, в неудобном вопросе, универсальной фразой «хватит душнить». Если у тебя реально нехватка свежего воздуха и тебе душно, достаточно просто открыть форточку, а делать мне голову своими проблемами вовсе необязательно. Ты взрослый мальчик, и тебе уже пора понимать, что у общества есть овер дохуя причин, чтобы разделяться по: возрасту, деньгам, одежде, автомобилям… Даже если всех одинаково кормить, одевать и снабжать деньгами, люди всё равно придумают, по какому принципу объединиться для того, чтобы кого-то не брать в этот кружок. Я, например, гомофоб, сексист, ксенофоб, традиционалист, мясоед и ещё много кто, кем сегодня быть не модно. Я с кайфом потребляю глютен, лактозу, жиры, трансжиры, сахар, холестерин, кофеин, никотин… Если это вкусно, я вообще не парюсь за состав, и чел, знаешь что? — Короткая пауза. — Мне ахуенно!
— Ты ведь в курсе, что кассирша из супермаркета — единственный человек, кому интересно твоё мнение, и то лишь в контексте вопроса о пакете?
— Чувак, ты прямо, как чёрножопая жирная лесбуха-феминистка, еврейского происхождения, которая не ест мясо и проповедует ислам.
— В смысле?
— Оскорбился вообще всем. Чел, сосут и завидуют молча. Не можешь себе позволить простых радостей жизни — завидуй молча.
— Чему завидовать? Твоим нетолерантным высказываниям, на основе субъективных критических мышлений? Которые только и могут, что порицать того, чей вид или модель поведения отличается от навязанной обществом архаичной парадигмы?
— Мужик, ты сейчас выходил, пока я объяснял? Я говорил, от чего мне ахуенно, а вовсе не о порицании, если бы ты знал, насколько всем по хуй на фриков, ты бы сильно расстроился.
— Не пизди, ты шутил про бодипозитивную африканку, которая любит женщин.
Голос от молчаливого тимейта:
— Ни хуя себе как ты толстожопую лесбуху назвал.
В диалог вмешивается тот, кто нас пригласил:
— Ребят! Рулите на мировую. Давайте каждый останется при своём мнении и не будет иметь ничего против иного.
От моего оппонента последовало согласие, и он остался доволен тем, что остаётся катать с моим корешом, который очень круто играет, чем обеспечивает солидное подспорье для стримера, но я идти на мировую почему-то не особо торопился.
— Да ладно тебе, нормально же общались, просто будем честными. Наедине «белые» никогда не подбирают синонимов к словам «чёрный», «нигер», «негр», «чурка»… мне вот давно интересно, почему только хач, может сказать «хач» хачу? За эти права, когда начнут бороться? Права белых тоже важны.
— Твои шутки… Смешными, кажутся только тебе. И вообще не чурка или хач, а кавказец, и не нигер или негр, а африканец.
— Объясни мне, человеку без высшего образования, почему в России люди должны стараться не употреблять слово «негр»? Нас в школе так учили, что в Африке живут представители негроидной расы, они же негры. Самому не кажется абсурдом, что у нас в общем-то и негров-то по сути нет, но мы стараемся их так не называть? «Чёрный» у нас имеет более оскорбительную коннотацию, чем «негр» или «нигер». Какого вообще хрена политкорректность США, должна влиять на наш лексикон в области обозначения людей с иным цветом кожи? Ты, может, не в курсе, но язык никому ничего не должен, ни мне тебе, ни тебе, ни негру, ни американцу, он вообще живёт по своим законам, он живой, постоянно изменяющийся организм, и, отождествляя слова «негр» и «раб», вы создаёте проблемы, там, где их нет, а ведь могли нести в массы, что негры отличные спортсмены, музыканты и вольные люди.
— Избегая слова «негр», я выражаю свою поддержку глобальному движению свободных от стереотипов людей.
— Поддерживая стереотип, что «нигер» равносильно слову «раб»? Ты в курсе, что есть страна с названием Нигер, есть страна Нигерия, третья река Африки, после Нила и Конго, называется Нигер, почему жители чёрного континента это всё не переименуют? Может, потому что в ряде языков «негро», значит «чёрный», а люди с тёмно-коричневыми оттенками кожи знают, какого цвета их кожа и, что «чёрный» вполне себе адекватное обобщение, если не рефлексировать с очевидных вещей, которые в США, в угоду политическим повесткам, снабжаются историческими контекстами рабства и оскорблений. Если бы африканцы сильно оскорблялись с очевидных вещей, то на своей территории наверняка бы переименовали неугодные топонимы. Получается, что негры в Африке самодостаточнее негров по всему миру и не оскорбляются с надуманных общественных конструкций, они знают, что они не рабы, может быть, некоторые предки современных африканцев и были рабами, но они точно нет.
— Лол, ты просто не шаришь.
— Ну да, прости. В сортах говна не разбираюсь. Прежде, чем ты мне расскажешь, что считаешь слова женского рода, словами с пиздой, мужского рода с хуем, расскажи, как идентифицируешь средний род? Какая там половая идентификация, оба органа или ни одного? Можешь не
