Белый хвост (страница 1 из 6)
Тип: Проза
Раздел: По жанрам
Тематика: Повесть
Автор: Юрий Буковский
Баллы: 10
Читатели: 169
Внесено на сайт: 11:53 16.02.2015
Действия:

Белый хвост

Глава первая. Кот в сумке

Мишка и Ростик ехали в электричке. День был тёплым, даже жарким, но поезд, стуча стальными колёсами на стыках и стрелках, мчал их всё дальше и дальше от тенистой, заросшей липами и берёзами деревни, где жила Мишкина бабушка и гостил у друга Ростик, и всё ближе к душному, прогретому летним солнцем городу. На коленях у путешественников – на правом толстого Мишки и на левом щуплого Ростика - стояла оранжевая спортивная сумка. Она не была тяжёлой, её водрузили так, пополам, чтобы никому не было обидно. Потому что внутри сумки дремал пушистый, дымчатый кот Зюзя. Сверху торчали только его хитрая усатая морда, да вздрагивающий порой и шевелящийся во сне, с белым кончиком хвост.
Зюзя ехал от одной Мишкиной бабушки к другой. Вернее не к самой бабушке, а к её коту, своему закадычному другу, на его день рождения. Он блаженно дремал под стук колёс, и снились ему жирные, неповоротливые мыши.
Электричка подбежала к станции, затормозила и остановилась. Неисправные двери вагона открылись не сразу. Вначале они громко зашипели сжатым воздухом, как сто сердитых котов одновременно, и только потом их створки медленно начали раздвигаться.
Первым в вагон вскочил маленький, рыжеватенький, с бородатенькой головкой и с беспокойным огрызком вместо хвоста, пёсик породы фокстерьер. За ним вплыла высокая хозяйка в тёмных очках и розовых джинсах.
Пёсик повёл чутким носом и унюхал, что в вагоне кошка. Или кот. И залился звонким лаем, задирая бородёнку к потолку.
Зюзя, услышав этот отвратительный для каждого кота звук, проснулся. И вытаращил зелёные глазищи, чтобы глядеть в оба.
И тут неисправные двери за хвостом терьерчика перед закрытием снова зашипели, будто двести кошек или котов сразу. И пёсик бросился от этой кошачьей своры наутёк.
Но проскакав до середины вагона, он резко затормозил, обнаружив, что пялится на него лишь одна усатая морда. И двигается, как у тигра в засаде, лишь один белый кончик хвоста.
«Надо же какой шипучий! Будто целая стая!» - поразился пёсик, свирепо зарычал и ринулся на врага.

Глава вторая. Битва пса и кота

Любой здравомыслящий кот, любая здравомыслящая кошка и даже котёнок, знают дать дёру - не лучший способ спасения от острых собачьих зубов. Ведь каждый  скачок, пусть даже средней по размеру догоняющей собаки, раза в два, а то и в три длиннее, скачка улепётывающего, пусть даже и во все лопатки, кота или кошки. Что уж тут говорить о котёнке! Любой здравомыслящий кот, кошка и даже котёнок скажут: спасение на дереве. Ведь никто и никогда не видел собаку, залезающую на берёзу или на черёмуху, и уж тем более на колючую ёлку или сосну.
Зюзя был здравомыслящим котом. Не раз и не два на своём веку, шипя в безопасности на какой-нибудь ветке, с наслаждением наблюдал он за лающим и прыгающим от злости внизу под ним псом. Прутья багажных полок, растянувшиеся вдоль стенок вагона, вполне могли сойти за сучья деревьев. Это соображение, как и путь наверх: из сумки на соломенную шляпу дремлющего на скамейке напротив старичка-грибничка, и оттуда на полку, искрой промелькнули в его голове. Увидев в опасной близости оскаленную пасть, он так и поступил – прыгнул на шляпу, оттолкнулся и повис, зацепившись лапами за багажную полку.
Всё произошло настолько быстро, что Мишка, Ростик и старичок, и глазом не успели моргнуть. А грибничок даже и не проснулся, только прошамкал что-то невнятное сквозь дремоту.
Дальше Зюзе надо было бы карабкаться наверх. Но тут вышла заминка - лезть было некуда, мешала впритык стоящая на полке поклажа, как назло, казалось, собранная со всех соседних купе именно здесь, над его головой.
Ну, а пёсик, тем временем, влетел на его место в сумку и барахтался там, в поисках как сквозь землю провалившегося врага. Надо сказать, что фокстерьеры это охотники, с ними ходят на норовых зверей. Задача фоксика - найти в кромешной тьме логова добычу и вытащить её оттуда на белый свет за шкирку или за хвост. Вот пёсик и рылся в сумке, вообразив, наверное, что это нора.
- Отдайте мою собачку! Полкан, ты где? – поспешила на помощь неожиданно пропавшему питомцу женщина в розовых джинсах.
- А ну, вылезай! Слышишь, тебя зовут! – велел в сумку Мишка, вскочил и попытался вытряхнуть незваного гостя.
Не надо было ему этого делать! Приподнятый вместе с сумкой охотник заметил в просвет застёжки висящего совсем близко на прутьях Зюзю. Каким-то немыслимым движением, извернувшись, он выпрыгнул из воображаемой норы, оттолкнувшись то ли от Мишки, то ли от сумки, и, как и положено фокстерьеру, ухватил добычу зубами за хвост.
Теперь под багажной полкой болталась живая, дрыгающаяся гирлянда: котик и мёртвой хваткой вцепившийся в него пёс.
Зюзя завизжал от боли и обиды и попытался задними лапами столкнуть терьерчика, подбежавшая хозяйка тоже потянула своего любимца, и собачьи клыки поехали по Зюзиному хвосту, соскабливая шерсть. Кот завыл совсем жалобно. Его противник вначале сквозь стиснутые зубы рычал, недовольный тем, что его пихают когтями и стаскивают с добычи, а затем решил ещё и угрожающе рявкнуть. И разжал челюсти. Гирлянда распалась, и пёсик оказался в объятиях хозяйки.
Зюзя, жалобно повизгивая и размахивая ободранным хвостом, с оставшейся лишь на самом кончике как у льва, но только белой, а не жёлтой кисточкой, ухватил лапой мешавшую ему влезть на полку корзинку, отчаянным рывком сковырнул её и мигом вскарабкался на освободившееся место.
Грибное лукошко, рассыпая содержимое, свалилось на Мишку, отскочило от него и накрыло шляпу всё ещё дремавшего, видно очень уставшего от хождений по лесным чащобам, старичка-грибничка.
- Кто это по мне всё время прыгает? – наконец-то пробудился грибничок. – Туда-сюда, туда-сюда!
- Куда я попала? Сумасшедший вагон! – возмущалась женщина в тёмных очках. – То в сумку моего пёсика прячут! То корзинками в него швыряются!
Женщина была неправа, корзинка Полкана даже не задела, в него угодили только грибы. Но если бы у пса спросили, что лучше: корзинка или грибы? Он бы наверняка ответил: пусть уж лучше корзинка. И может быть, даже добавил: пусть две, пусть три или даже четыре корзинки и пускай даже все вместе одновременно на голову. Потому что в его забитую кошачьей шерстью, но пытающуюся гавкать пасть, угодили не просто грибы, а собранные подслеповатым старичком, бледные поганки. А на нежный нос шмякнулся вонючий мухомор, и его тут же впечатал в породистые ноздри терьерчика твёрдый как булыжник берёзовый гриб чага.
Отведав и понюхав поневоле всю эту ядовитую грибную солянку, фоксик вначале жалостно заскулил, потом свирепо зарычал и прыгнул из рук хозяйки на багажную полку. На этот раз он зацепился зубами за железный прут, и повис, дрыгая всеми четырьмя лапами и пытаясь влезть наверх. Казалось вот-вот, ещё одна отчаянная попытка, ещё одна конвульсия и он доберётся до ненавистного врага.
- Зюзя, береги хвост! – кричал Мишка. – Удирай по багажу!
«Как же я теперь на день рождения явлюсь? – мысленно горевал в это время кот. – С крысиным-то хвостом! Как покажусь на глаза самой желанной гостье - рыженькой кошечке?» Оскорблённый до глубины всей своей котиной души, Зюзя не стал спасаться трусливым бегством. Увидев собачьи зубы, стиснутые вокруг железного прута, он понял, что пришла пора отомстить безоружному на время врагу и за нанесённое оскорбление, и за ободранную красоту, и за свою мечту о долгожданной встрече, и вообще за все пролитые по вине всех собак все котиные и кошачьи слёзки.
Зюзя размахнулся и со всего плеча врезал по собачьему носу правой лапой, потом левой, затем провёл серию когтями.
Пёс, сжав зубы, выл, скулил и дёргался, стремясь добраться до обидчика. И тут он услышал шипение. Это неисправные двери, подъехавшей к следующему полустанку электрички,  вновь напомнили о себе. Но пёсику представилось, что в его нежный нос вопьётся сейчас когтями уже не один с ободранным крысиным хвостом рассвирепевший Зюзя, а целая злобно шипящая кошачья стая.
Он огрызнулся, разинул пасть и свалился на пол.
Сверху, словно всадник на коня на него ринулся кот, оседлал терьерчика, вонзил в его бока острые когти, как жокей шпоры, стегнул будто хлыстом голым крысиным хвостом, и, дёргая за уши, как за уздечку, направил обезумевшего от боли и страха скакуна в шипящие тысячей кошек и котов двери. Чтобы он, собака, на всю жизнь запомнил, как связываться с котами, и щенкам своим рассказал!
- Это же не ездовая лайка! – запричитала женщина в розовых очках и поспешила за скачущим псом. – Это фокстерьер! Медалист!
Очумевший от ужаса медалист на полном скаку вылетел на платформу, кувырнулся раз десять через голову, и уже без слетевшего с него всадника, устремился обратно на зов хозяйки в вагон.
Двери захлопнулись, электричка тронулась.
Победитель Зюзя остался шипеть на платформе один.

                                                   Глава третья. В вагоне

Ростик тоже побежал по вагону вслед за мяукающим всадником, и визжащим и лающим скакуном. А когда двери прямо перед его носом закрылись, и электричка поехала, попытался затормозить поезд, рванув «стоп-кран». Но его вовремя схватили за руки два подоспевших пассажира.
- Зюзя потеряется! – вырывался Ростик. – Как он там один?
- Не потеряется, - успокаивали маленького буяна крепкие парни, насильно сопровождая его обратно в купе. – Заруби себе на носу: «стоп-кран» можно дёргать только в случае аварии!
- Сейчас и есть авария! – шумел Мишка. – Кот от поезда отстал! Он дороги не знает! Его волки съедят!
Он взобрался на скамейку, просунул вначале голову, а затем и весь попытался протиснуться в открытую узкую форточку. Мишка, возможно бы, и вылез, и прямо на ходу, не смотря на всю свою толщину и неповоротливость, но подслеповатый старичок-грибничок и подоспевшие, сопровождавшие Ростика парни, втащили его за ноги обратно в вагон.
- Зюзя честный кот! – размахивая вынутой из кармана бумажкой, не унимался Мишка. - Где это видано, чтобы кота с собачьим билетом как зайца на полпути из поезда высаживали?
- Да ещё и хвост обдирали! – поддерживал друга Ростик. – Безобразие! Крысиный хвост коту сделали! С кисточкой!
- Не огорчайтесь, мальчики, может быть это даже красиво, - попытался обманом успокоить друзей старичок. – Считайте кисточку прической. Как у льва. Ваш кот – маленький лев! У крыс не бывает на хвосте кисточек!
- Никто вашего злюку не высаживал! – наоборот подлила масла в огонь женщина с повизгивающим на её руках терьерчиком. – Он сам выскочил! Взгляните, что он с моим Полканчиком сделал? Он весь дрожит! После всех этих скачек!
- Зюзя не злой! Ваш пёс первый напал! - вступился за своего подопечного Мишка. – И зачем вы обманываете, что он медалист? Что не ездовая лайка! Самая, что ни на есть, ездовая! Куда он нашего Зюзю увёз?
- Не только ездовая, а ещё и скаковая! - поддакнул Ростик.
- Ничего себе – фокстерьер! – не унимался Мишка. – То лает, то скулит, то снова гавкает! Он лайка! И очень громкая!  
- Жалко, конечно, что такой красивенький котик вышел, - стряхивая с соломенной шляпы поганки, снова подал голос старичок-грибничок. – Но очень-то не переживайте, ребятишки. Коты всегда возвращаются домой. Куда бы их ни завезли.
- И кошечки тоже! И очень издалека! – затараторила девочка из соседнего купе с вытаращенными от переживаний за отставшего Зюзю глазами. – Я сама, то ли в «Мурзилке» читала, то ли в «Весёлых картинках» картинку раскрашивала, как одну кошечку случайно завезли. То ли из Швеции в Швейцарию, то ли из Австрии в Австралию. Так она через месяц обратно в трамвае приехала!
- Сама ты весёлая картинка, – нагрубил Мишка испуганной девчонке. – То ли нераскрашенная, то ли перекрашенная. Что же, по-твоему, из Австрии в Австралию трамваи летают? Через океан!
- К тому же деньги у Мишки остались, – добавил Ростик. – А Зюзя без собачьего билета никуда не поедет. И не полетит. Он честный кот, а не какой-нибудь заяц!
- Только, пожалуйста, мальчики, не прыгайте больше на ходу из поезда! – испугались пассажиры, стали закрывать окна и на всякий случай выставили часовых – по два у «стоп-кранов», и троих – около Мишки и Ростика.
- Поезжайте к своим мамам, игрушкам, бабушкам, - начали уговаривать часовые пленников. – Если уж ваш Зюзя на собаке кататься насобачился, то уж домой худо-бедно как-нибудь доберётся. Без вас.
- А я могу в вашем купе уборку устроить, - предложила девочка с вытаращенными от переживаний глазами. – Чтобы вам было приятнее путешествовать.
И она принялась наводить порядок – подняла корзинку, выбросила поганки и даже набрала в подарок старичку-грибничку от настоящих грибников вагона настоящих белых, красных и подберёзовиков.
Но, не смотря на генеральную уборку, благородные грибы у соседа напротив, и все уговоры часовых, Мишка и Ростик вышли на следующей остановке.

Глава четвёртая. Гонка в пыли

Пустынная станция называлась «Платформа Васькино». Поблизости поблёскивала речушка. Отделённая от железной дороги полосой зелёного леса, она убегала вдоль путей в те края, откуда и прибыла электричка. Туда же тянулась и желтеющая за речкой просёлочная дорога, с раскинувшимся за ней широким полем. К просёлку от платформы вела натоптанная тропинка и перекинутый через речушку пешеходный мостик. В общем, получалось так, что назад, в сторону Мурлышкино, куда и должен был отправиться по всем кошачьим законам отставший от поезда Зюзя, уходили сразу три дороги – железная, водная и просёлочная.
Путешественники призадумались, как витязи на перепутье. Первым молвил слово толстый витязь Мишка:
- Лучше всего по железной дороге пойти. На станциях буфеты бывают, с голода не умрём. – И он побрякал мелочью в кармане штанов.
- Буфеты это хорошо. Но что-то я ни разу не видел, чтобы коты по рельсам ходили, - задумчиво возразил маленький витязь Ростик.  – И по шпалам тоже. На железнодорожных путях нам Зюзю не догнать.
- Тогда делаем плот, - придумал Мишка. –  Идти не надо, он сам плывёт. Я речку узнал, это Когтистая, она около Мурлышкино протекает. Другой здесь нет.
- Плот тоже, конечно, неплохо. Но что-то я ни разу не видел, чтобы коты плоты строили, - снова не согласился с предложением друга маленький витязь Ростик. – По речке нам Зюзю тоже не догнать.
Постояв и поразмышляв немного, витязи выбрали самый трудный путь - просёлочную дорогу. На ней им предстояло, и голодать, и уставать. Но только на этом, самом сложном пути, по их разумению, они и могли нагнать Зюзю.
Два витязя – толстый и маленький – перебрались по мостику через речку и ступили на пыльный, мягкий просёлок. Вскоре они сняли кроссовки и кинули их в сумку, чтобы приятнее было идти по тёплой пыли. Вначале путешественники шагали просто так, рассуждая о котах, о том, ловят ли они, оголодав, диких полёвок и умеют ли охотиться на летучих мышей. И о том, что шерсть на хвостах у котов отрастает быстро. Потом Ростик попробовал загребать пыль босыми ступнями. За ним поднялось небольшое серо-жёлтое облачко, ему это понравилось, и он побежал, превратив облачко позади себя в пыльную тучку.
- Ты зачем на меня пылишь? – чихнул из тучки Мишка.
И он тоже побежал и даже опередил маленького Ростика. Теперь


Оценка произведения:
Разное:
Подать жалобу
Обсуждение
ОлГус      22:13 20.07.2017 (1)
Пока прочитал четыре главы.  Просто супер!  Вы великолепный писатель, Юра!
Юрий Буковский      04:50 21.07.2017
Спасибо Олег! Но чтобы не задирать нос, у меня есть противоядие: читаю иногда классиков. Можно, к примеру, Бунина, или "Мастера и Маргариту". И сразу всё становится на место - где я, и ниже какого плинтуса.
Всего Вам самого доброго!
Наталья Коршунова      20:42 28.10.2016 (1)
О, как интересно! Названия станций и речушек в кошачьем стиле)) А ещё коты Валерьян и Валерьянка)))
Юрий Буковский      20:54 28.10.2016
1
Спасибо! Очень рад, что Вам понравилась повесть. Всего доброго!
Baobaba      22:20 03.03.2015 (1)
1
Сценарий  для многосерийного детского фильма.А какая добрая, мягкая и чистая проза! И юмор в каждой буковке.
Юрий Буковский      21:13 04.03.2015
1
Спасибо за добрые слова. Неужели у Вас хватило терпения дочитать до конца? И неужели даже было весело? Очень рад. Кстати, вчера пришло письмо из Канады, эту повесть издали там, в Канаде.
Всего самого доброго!
Публикация
Издательство «Онтопринт»