13. БАКЛАЖАННАЯ  ТЕЛЯТИНА (страница 1 из 6)
Тип: Проза
Раздел: Для детей
Тематика: Другое
Сборник: ТАМБОВСКИЕ ПИЛИГРИМЫ
Автор: Эжен Николаевич
Баллы: 6
Читатели: 224
Внесено на сайт: 17:59 14.11.2017
Действия:
«14 мая, день Еремея ПЕРВАЯ РОСА»

13. БАКЛАЖАННАЯ  ТЕЛЯТИНА

 
Светлой ПАМЯТИ
Раисе Ивановне Шигиной
Посвящается!


                                                      Б А К Л А Ж А Н Н А Я   Т Е Л Я Т И Н А.
                                                                      (Сибирская бывальщина)
..... Поезд «Новосибирск-Лебяжье» долго не подавали. Намаявшиеся за день пассажиры попритихли, рассевшись вдоль перрона на своих узлах и чемоданах. Время от времени, тоскующие по общению сельчане заискивающе справлялись у хранящих гробовое молчание носильщиков:
        - Дак, на какой, братуха, подадуть «Девятьсот-веселый»?
   
Оставшиеся без дела, угрюмые мужики при фирменных нагрудных бляхах с каким-то изысканным пренебрежением осматривали из-под лобья пёструю, неимущую толпу провинциалов, выказывая явное не-уважение к «плацкартным» клиентам.
   
Нетерпение толпы чувствовалось в непрерывном поглядывании сельчан на огромное вокзальное табло «Прибытие», натужном плаче детей, нервном поведении непрерывно чядящих тяжелым самосадным дымом старичков. Со стороны ресторана густо тянуло запахом сдобных пирогов и кислой капусты...  

        - Василий! - орёт что есть мочи в сторону вокзала пожилой дядька. - Чё там? Узнал?
         - А хрен их поймет! Чё тут кто знает? - как эхо отвечал ему моло-дой человек, расплачивающийся с лотошницей…

       Толпа жила в едином ритме, одновременно сопя, пыхтя, шаркая о перрон объемистыми узлами, перетаскивая их к месту предполагаемого прибытия нужного вагона. Шум шагов, незлобное переругивание земляков  слились в неповторимую по звучанию дорожную какофонию, оживляемую время от времени резким железным тарахтением багажных тележек, да тяжелым, похожим на дальние раскаты грома, уханием буферными сцепами поездов и электричек...  
     
Мои размышления прервал резкий звук, упавшего рядом со мной, новенького цинкового ведра. Вслед за грохотом, как из-под земли, воз-ник мужчина, основательно нагруженный узлами, сумками и пакетами. Был он среднего роста, широкоплеч. Под развевающимся на сквозняке зеленым плащом, поверх ярко-красного пиджака небрежно наброшено голубое кашне с каким-то замысловатым рисунком. Свою долю аляповатости в этот сногшибательный ансамбль вносили желто-красный платок, вложенный в верхний кармашек пиджака, да модная, в два цвета, застегнутая на все пуговицы черно-красная рубаха. Ее тесноватый ворот плотно облегал мускулистую шею крепыша, отчего тот, как заводной болванчик, беспокойно крутил головою. Из-под козырька, нахлобучен-ной на лоб фуражки, на меня смотрели живые, хитрющие глаза.  
- Во, блин, подфартило! - радостно обратился невесть к кому модник, сбрасывая прямо на бетон свои многочисленные ноши. -  Чуть не кукукнулся! Пёхом пришлось бы грести!  Ну, и погода ... - прохрипел он, стараясь расстегнуть тесный ворот рубахи. - Фу-у! Говорил  же  Алёхе, что  мала будет. Не-е-т! И слышать не хо-тел!... Во, дети пошли! … В кого только?…

    Наконец, он глубоко вздохнул, освободив свою шею из заточения.
- Закурить не найдешь, братуха? - выпалил мученник. - А огоньку? - вопросительно взглянул на меня бодрячок, разминая мою «Бе-ломорину».
- А губы, случайно, не нужны? - в тон общительному незнакомцу съязвил я.
- Не-е-е. - стрельнул он своими сощуренными глазками в мою сторону. - Шустряга, однако, ты, паря!              
     Мужчина с наслаждением затянулся беломорным дымом, блаженно закатив глаза.
- В шестом едешь, что ли? Слушай, чё-то лицо мне твое знакомо? Где я тебя мог видеть? Ты, случайно, не из Мельничихи? - тарах-тел без умолку крепыш, пуская носом густой папиросный дым.  
- Нет. - буркнул я.  
- Ничё-ё-ё! И не таких раскалывал! Сейчас и с тобой разберусь. Память-то на лица у меня отличная. До какой станции-то бьёшь-ся?
- До Тарска....
          Собеседник закашлялся.
- Ё моё! Дак и я оттудова!
- Мне не совсем в Тарск. - попробовал я отвязаться от надоедливого собеседника. - Еще полсотню верст на юг.
- И куда? Если не секрет, конечно. - прищурив один глаз и хитро ощериваясь, поинтересовался человек.
- Вы, наверняка не знаете. Мне в Рогожку. Родственники у меня там. - для пущей важности соврал я.  

      Бодрячок глухо, по-поросячьи взвизгнул, вдогонку издал рыкающий звук, широко раскрыл руки, и, не выпуская изо рта папиросу, горячо обнял меня за шею. От неожиданности я чуть было не свалился вместе с ним на бетонный перрон.
- Земе-е-ля! Ядрена мать!… Как же я сразу не сообразил! - дохнул   крепким винным перегаром бодрячок.

      Наконец, выпустив меня из своих цепких объятий, он продолжил изучение черт  моего лица.
- Пого-о-о-дь, братан! По-мол-чи... По-моему, ты зыкинский. Ну, подавиться мне нигролом! То-о-чно! Нашего участкового род-ственник. Верно? - и не дождавшись моего ответа, крепыш за-строчил как заведенный. - Маманя-то моя, царство ей небесное, ему троюродной сеструхой приходилась. Выходит, мы с тобой одних кровей. А?

       Чтобы не разочаровывать этого не в меру общительного человека, я кивком как бы подтвердил свою причастность к роду Зыкиных.
     
... С добрейшим Василием Петровичем мы были знакомы не менее десятка лет. В хлебосольном зыкинском доме гостям всегда были рады.
Мне вспомнился уютный пятистенок на краю села, небольшой яб-лоневый садик - гордость Василия Петровича. И нескончаемые истории рогожского детектива.
Удивляли его острый, аналитический ум и природный дар философа. О мужестве и рассудительности честного рогожского участкового по району давненько ходили красивые легенды...
      Пока мы устанавливали степень родства, подали поезд. Его обшар-панный вид наводил тоску. Успокаивало лишь то, что этот «Ноев ковчег» мы покинем через какие-нибудь восемь-девять часов пути.    

      Хотя рядом никого не было, «родственник» проявил чудеса расторопности. Взвалив на себя узлы и сумки, он кинулся к вагонным дверям:  
      - Хватай ведро, земеля. - рыкнул он через плечо и, отпихнув только что сошедшую на перрон проводницу, кряхтя, боком взобрался в тамбур.
      - Граждани-и-ин! Предъявите билетик! - сурово произнесла женщина в форме.
     - Ну, ты даешь, Иринка! Не признала, что ли?
     - Ой, Василий Иванович! Извините. Действительно не признала.  Богатым будете. Какой вы наря-я-я-дный сегодня! Алешу вашего недавно видела. Ва-а-жный такой стал!...
         
Я стоял на перроне с «дипломатом» и цинковым ведром, протягивая проводнице свой билет, но она на меня не обращала внимания.
- Может и меня впустите?
- Спешить некуда, гражданин. До Инской вас только двое в вагоне будет. - сухо обронила она.
- Катю-ю-ха! Не груби моему родичу! - шутя рыкнул на девушку мой попутчик.  - А ты, не робей, братуха! Как кличут-то тебя? Со-всем память дырявая стала.
- Евгением.
- Входите. Входите пожалуйста. - любезно посторонилась проводница.

  ... Внутри вагон оказался не в пример своему внешнему виду. Чистые занавески на окнах, ковровая дорожка, заправленные белоснежными простынями постели.  Стойкий «вагонный дух» был в меру сдобрен смесью угарного газа из топки титана, да туалетными фантазиями.

- Заходи, родня!
       В середине коридора, уже без пакетов, стоял мой неугомонный по-путчик.
- Да у меня по билету место в первом купе. - пробовал защититься я от настойчивого опекуна.  
- А мы, братуха, едем не по билету, а по-блату.  Вон, цельный ва-гон, ядрена вошь, нам с тобой мой Алешка отвалил! Заходи-и-и! Не стесняйся. Вместе-то веселей и щи лаптем хлебать!  Катю-ю-ха! Сообрази-ка нам стаканЫ! Душа горит за железную дорогу! - заорал он в сторону служебного купе. - Я не пойму. Чё ты такой квёлый? Обидел кто или детство тяжёлое было? Так ты не грусти. В старости точно полегчает!
   
Гремя ведром, маневрируя как рулем тощим «дипломатом», я втиснулся в купе.
          - Тебе по ходу поезда, или как?
          - Можно «или как». - парировал я. - Можно - наоборот.
- О! Ты, я вижу, парень не простой. Шибко ершист! Палец-то в рот не клади. По самый локоть разбортуешь! Ну, чё? Давай знакомиться. Да, ты, присаживайся. Плащишко-то на крюк, а сам к столу, мой друг. - скаламбурил, довольный собою сосед.  - Только ведерко-то поста-а-вь. Сдалась тебе эта железяка. У меня внучок такой же: как токо чё понравится, не отымешь!...
Если не ошибаюсь, тебя Евгением кличут? А меня попростому - Василий, Васька-водолазька.  Бодровы мы. Я как-нибудь тебе историю про мою кликуху расскажу. Обхохочешься!
- Бодровы, говорите? - принял я дружелюбный тон. - Как же. С Матрёной Николаевной был хорошо знаком. Мудрая женщина...
- Не говори! Как схоронили, будто себя в землю зарыл. Если бы тогда в районную больницу свёз, жива бы осталась! То-о-ч-но! Эх, вечная моя вина, брат!  
      Лицо Василия впервые за все время стало грустным.
- Да садись, ты, наконец-то! Сымай свой лапсердак да присоеди-няйся к пролетариям.
     
Помешкав малость, он нагнулся и, сосредоточенно кряхтя и что-то приговаривая, принялся доставать из-под сиденья свертки со снедью, банку говяжьей тушенки с большой красной коровьей головой на эти-кетке.
- Эту-то зачем она сунула? - разговаривал он сам с собой - Раньше-то в деревне это был высший деликатес! Цивилиза-ция! Да ещё колбаса чайная! Помнишь, Евгений? По рубль двадцать… Вот чем городской житель от нашего брата отличается. Вам, понимаешь, все в банке подавай: масло, сало, мясо. Скоро воздух начнут консервировать. Пробежался я тут по торговым палаткам - в глазах рябит: банки, банки...
   
Он извлек из заднего кармана своих модных брюк складной нож, зачем-то подул на него, открыл лезвие. Со знанием дела вонзил его в стальную крышку и легким движение вскрыл банку.
- Вроде, запашистая. Не то, что забугорная. Та больше скотным двором отдает. Упаковка-то, слышь, загляденье, а на вкус... - покривил он свои губы - Кобель не ест. Наша - другое дело.
   
Воспользовавшись паузой, я, наконец-то, смог снять плащ и присесть к столу.
- Ну, что, мил человек? Пол-дела мы с тобой сделали. Пора за вторую половину приниматься: закреплять дружбу. Вишь скоко еды сеструха сгоношила. На бригаду механизаторов хватит! Беспокойная душа!...
- Есть в кого. - с иронией вставил я, но он не обратил внимания на мою шпильку.
- Курица, картошка, пирожки с грибами... Не пойму куда она пузырь затюрила? Ну, Верка! Точно не положила! Вечно она с фокусами.... Ой! Мы туточки!

    В его руках появилась бутылка водки.
- Вот. Проверенное средство для успокоения. Жена моя - главный медик Рогожки. Фельдшерица. Профессор кислых щей, блин! Она-то врать не будет...
     Вошла проводница с двумя гранеными стаканами. Теперь она была в чистом, хорошо отглаженном форменном костюме. Поверх  кителя аккуратно выпущен белоснежный воротник блузки. Прическа увенчана скромным «вшивым домиком». Курносый носик на смазливом личике, да ямочки на щеках выдавали в ней деревенскую хохотушку.
- Ты что же это про старика забыла? Ядрёна Матрёна! Не-хо-ро-шо. СтаканЫ на стол! - по-прежнему шутя, гудел без умолку рогожский острослов.
   Он снял свой красный пиджак и аккуратно положил его рядом с со-бой. Расстегнул еще пару пуговиц своей модной рубахи. Присел.
      - А ты, чё к матрасу-то примёрз? Двигай ближе.      
- Не смущайте человека, Василий Иванович. - улыбнувшись, проворковала Ирина. - Он у нас всегда такой бойкий! - обратилась ко мне проводница. - В деревне-то только со своим трактором и разговаривает, а как с кем встретится, слово не даст сказать.
   
Ее милая улыбка успокоила меня и, в некоторой степени, внушила доверие к рогожскому феномену в лице тракториста-передовика  и ба-лагура.
- Ты чёй-то, Ирина, на меня Полкана спускаешь? Ну, пожалуюсь Алешке! Он тебе по железнодорожной линии врежет.
- Ой, да не слушайте вы его, Евгений. У них вся семья пересмешники. Алеша, вот, только серьезный парень.
- А ты не мылься. Бриться не будешь. Поди тоже решила чарку-другую с устатку пропустить? Токо честно!
- Да полно, дядь Вась. Человек и вправду подумает...
- Нет, Женя. Ты не подумай чего, - подхватил Василий, деловито раскладывая еду на газетку. - Ирина после моих наставлений совсем пить перестала. А бывало...
- Ну, дядь Вася? - окончательно смутилась девушка. Щеки и мочки ушей хранительницы вагонного очага стали пурпурными.  
   
Застеснявшись шуток Василия, Ирина ушла к себе, в служебное ку-пе.
- Хорошая деваха! Вот, Алешке своему сватаю. Ничё, обломается - как бы в свое оправдание мягко произнес передовой тракторист. - Ну, прошу к нашему шалашу. Чем богаты...
     Василий легким движением пальцев снял с бутылки винтовую пробку и плеснул водки в стаканы.
- Со свиданьицем, земеля, доброю дорогою! -

Ни секунды не медля, он опрокинул содержимое стакана в свой широко открытый рот. Смачно крякнул, занюхивая кусочком хлеба.
- Э! Так не годится. Ты же сегодня мой гость! Правильно я говорю? - тщательно прожевывая зелень, пирожок, кусок сала и невесть еще что, заявил мой попутчик.
   Набитый пищей рот мешал ему говорить в полную силу.
- Давай, давай. Ну? Токо, до дна! - мычал и жестикулировал Василий,  яростно работая челюстями. - Во! Теперь видно, что наш человек. Закусывай. - Смотри на меня! Как выпью, молочу все подряд! Чё попадет под руку. Да ты не стесняйся, братуха. Ту-шёнку подгребай. Сальце с чесноком - великая вещь, скажу тебе! Вот, в детстве хлеба в доме не хватало, а сало ели от пуза. На том и выросли. Слушай, и чё ты такой молчун? А?
 
Еда, действительно, оказалась добротной. Выпитая водка расслабила, согрела.
- А ты, как пулемет! - не выдержал я.
- О! Заговори-и-л. Значит проняла тебя «Сибирская»! Оттаял! Главное - жить будешь! Зря мне не верил. Повторим?
  И, не дождавшись ответа, мой попутчик снова наполнил  незатей-ливую посуду.
- Ну, вздрогнули.  - поднял он очередной тост. - Чтобы дома все было нормально, а у мужиков от здоровья трещала харя буквально. Ха-ха! Ядрена мать! Чем не Пушкин? Приеду, переквалифицируюсь. Перед механизаторами повинюсь. «Не имею пра-ва, - скажу - ребята, талант в землю зарывать!» Поймут? Как ты думаешь?
 
Помедлив чуть, искоса наблюдая за моими действиями, он с расстановкой опорожнил и эту дозу. Я не стал ждать особого приглашения, поскольку убедился, что Василий настоит на своем.
- Закурим, что ли? Алешка мне тут сунул какую-то гадость. Во, блин! «Кемел» называется. Верблюд, по-ихнему. Проку от них, что от соседского козла Терехи: обличьем, вроде, на благородное животное смахивает, но во-о-о-ни! Как из-под хвоста этого самого верблюда.
   
Я выложил на столик начатую пачку «Беломора» и зажигалку. За окном мелькали редкие огни одиноких сибирских полустанков.  На душу лег покой. Вместе с вокзальной суетой отошли в ночь будние проблемы. Симпатичный Василий  с таким удовольствием смолил «Беломор», что, не выдержав, я тоже закурил.
- Мне много раз доводилось бывать в Рогожке. - начал я разговор издалека - Знавал я и первого председателя - Сергея Михайловича  Зворыгина. Чудный был человек!. Отзывчивый. Каждого понимал. Это благодаря ему в пятидесятых Рогожка выжила, не пошла по-миру. Помню, вся деревня слезами изошла, когда его не стало....
- Да. Ты прав. О нем у нас светлая память осталась.


Оценка произведения:
Разное:
Подать жалобу
Обсуждение
Ingmar      16:39 11.02.2018 (2)
Новосиб на востоке страны Сибирь
Лебяжье ближе к Кургану,как я помню
не было смысла делать такой поезд..
Дядя Петя      19:30 11.02.2018 (4)
Новосиб на ЗАПАДЕ Сибири...Изучай географию, Ингмар...
Ingmar      20:20 11.02.2018 (2)
1
значит Красноярск ещё западней )
Дядя Петя      20:26 11.02.2018 (1)
1
Твои шютки хороши...
Ingmar      20:28 11.02.2018 (1)
долбоебизм неискореним(с)
Дядя Петя      20:44 11.02.2018 (1)
Чей, пан?
Ingmar      21:37 11.02.2018
он пандэмичен.Panie )
Тарина Милари      20:21 11.02.2018 (1)
Ну, юные географы)))
Ingmar      20:21 11.02.2018 (1)
АТО)
Тарина Милари      20:23 11.02.2018 (1)
Ща понесется...))
Ingmar      20:26 11.02.2018 (1)
moze i tak
но следует(мне,в первую очередь)уважать людей страны
не будет вальки
Тарина Милари      20:28 11.02.2018 (1)
что такое вальки?
Ingmar      20:30 11.02.2018 (1)
тшэба лэрен зис лэнгуидж(
Тарина Милари      20:34 11.02.2018 (1)
я лерне! погуглила, зрозумявэм
Ingmar      21:59 11.02.2018 (1)
эс гут..
Тарина Милари      22:00 11.02.2018
ага
Эжен Николаевич      20:07 11.02.2018
Дядя Петя, вы прочли мою "Баклажанную телятину"?
Как вам ЛЮДИ, которых я описал в своём рассказе?
Я родился на о. Сахалин, но более 30 лет прожил в Новосибирске: строил Академгородок, работал в разных институтах. Не буду занимать  ваше внимание. Речь-то не обо мне!
Тарина Милари      19:50 11.02.2018 (1)
Ингмар сказал на востоке страны
в Сибири
неужели не понятно?
Он прекрасно знает, где Новосибирск
Дядя Петя      19:54 11.02.2018 (1)
Тарина...не зли урождённого в Новосибирске Дядю и много лет там жившего... Ингмар сказал:" На востоке страны Сибирь" Нет такой страны -Сибирь! Шо, опять комм сотрёшь, как обычно? Тогда больше не о чем будет и разговоры разговаривать...
Тарина Милари      19:59 11.02.2018 (1)
Кто стирает коммы? Я? Ни разу не было! Если только не повтор! Если вы про нашу беседу о Дасаеве, это не я убрала! Я тоже видела, что исчезли.
Ну я тоже из Сибири, и не против ее отдельной страной считать, это художественное обобщение, не более.
Дядя Петя      20:06 11.02.2018 (1)
Колчак хотел, но не смог... Хотя в художественном обобщении и даже реально - Сибирь - это страна...Туда полевропы легко вместяться и даже для Монако местечко останется... В вы из Сибири, Таня? Приятно видеть на сайте земляков...
Тарина Милари      20:08 11.02.2018 (1)
Ну, слава богу, я из Красноярска, неужто за 3 года не слыхали? да и на странице у меня написано всегда.
Дядя Петя      20:13 11.02.2018 (2)
Ну, а где мне было, жившему тогда  в Норильске в лихие 90-е ,как не в Ярске отрываться в выходные дни?...Слетаешь пивка попьёшь в центре  и обратно из Емельяново в Алыкель...Работать то надо было, Родине на гора выдавать...
Ingmar      20:27 11.02.2018 (1)
как понять на гора?
Тарина Милари      20:29 11.02.2018 (1)
О добываемом угле: из шахты на поверхность земли."Выдать уголь на-гора"
Ты ж про Кузбасс  в курсе и не только...
Ingmar      20:33 11.02.2018 (1)
да.не только
но там присутствовал тэримн-валовка
Тарина Милари      20:37 11.02.2018 (1)
я такого не слыхала, общий объем, видимо
Ingmar      21:42 11.02.2018 (1)
валовый об ём.так )
Тарина Милари      21:58 11.02.2018
)
Тарина Милари      20:15 11.02.2018 (1)
Никель выдавали на-гора? Я, как поняла, вы журналист?
Дядя Петя      20:30 11.02.2018 (1)
Ага, платину электризовывал  у Хлопонина для Лебедя и дальнейшего Полторанина...Да , журналист городской газеты, но  ещё и комбинат имевший для пера и на перо... И вроде недавно всё это было...
Тарина Милари      20:32 11.02.2018 (1)
Да, Хлопонин теперь по Кавказам или уже где?
Дядя Петя      20:37 11.02.2018 (1)
Не знаю...Когда я вопрос ему задал в Норильске на пресс-конференции: " Правда ли что вы левые джинсы в подвале шили в студенческие годы?  Он скромно ответил: " Мы занимались тогда  этим бизнесом на благо сегодняшней России"
Тарина Милари      20:40 11.02.2018 (1)
Прохоров, по-моему, тоже так благо ковал, варенку делал, или какой другой мульонщик, могу ошибаться.
Дядя Петя      20:42 11.02.2018 (2)
Это был Абрамович...Да все они одним миром мазаны, посему мы в жопе!
Ingmar      21:44 11.02.2018
вы все в ней.потом,что никто не желал делать иного (
на дядю колпашить-самое классное
вперёд.Россия!
Тарина Милари      20:45 11.02.2018
Ну многие так начинали...
Эжен Николаевич      19:41 11.02.2018
СПАСИБО, ДЯДЯ ПЕТЯ!!!
Эжен Николаевич      19:29 11.02.2018 (1)
-1
Уважамый географ-самоучка, спасибо, что знаешь много о Сибири, Кургане ...
Хорошо стратегически мыслишь о смысле железнодорожных маршрутов ...
Станций "Лебяжье" на карте РФ можно найти с дюжину. А Деревень с названием "Рогожка" и того больше.
Спасибо, что просвятил...
Только ты немного заблудился. Ты же читаешь художественную прозу, а не донесение военного ведомства?! О художественно вымысле ты что-либо слышал?
Я писал о ЛЮДЯХ! Не задумываясь куда их разместить....

Ещё вопросы есть? Только не спрашивай меня о материале, из которого сделаны шпалы, об их пропитке ...
Ингмар, ты - уникальный читатель!!! Из 10.000 человек (читавших "ТЕЛЯТИНУ") ни один не задавал мне таких вопросов. Может быть тебе к местным врачам обратиться??? Они-то точно всё знают!
Тарина Милари      19:51 11.02.2018
А без оскорблений читателей никак?
Тем более, он никаких вам вопросов не задавал.
Дмитрий Выркин      19:28 14.11.2017 (1)
1
Замечательное произведение о нашей жизни. Благодарю.Прочитал с большим удовольствием. С  уважением, Дмитрий
Эжен Николаевич      23:07 15.11.2017
День добрый, уважаемый Дмитрий!
Материал ещё сырой.

За неимением времени (заболел) я опубликовал его в надежде, что читатели укажут на мои просчёты и явные ошибки: стилистика; раскрытие темы; качество диалогов и пр.  

К сожалению, НЕ СЛУЧИЛОСЬ!!! Это особая ПЕСНЯ! Читатели мои - странные люди! Их РАВНОДУШИЕ к прочитанному удивляет, обескураживает, делает процесс обмена мнениями - не возможным!!!

ЗАБАВНО! Для кого же я "из кожи лезу", публикуя свои материалы?!  ДЛЯ СЕБЯ??? ... Вы не смогли бы ответить мне на этот вопрос?

Спасибо Вам, Дмитрий, на добром слове. Но хотелось бы услышать лично ВАШЕ КОНСТРУКТИВНОЕ мнение?
Ермаков Эдуард, 15 ноя 2017 г.
Публикация
Издательство «Онтопринт»