Мрачнее тучи стал Драгомир, когда дошли до него дурные вести. Как ни старался он от Ивана избавиться, всё впустую. Обрёл силу богатырь, и грозила теперь гибель всей нечисти тридевятого королевства, а первому из них – упырю.
Сильна была и дружина Иванова, не чета войску Кощея. Последний тоже приуныл. Страшился он сечи предстоящей, но не потому, что витязя боялся, а потому что знал, потерпи он поражение, не быть ему живу, уничтожит его Драгомир.
Но медлил Иван почему-то, не шёл ратью на королевича, и от этого страх пуще разгорался. Баба-Яга не являлась, закрылась в избе у себя и носа оттуда не высовывала. Да вытребовал её властитель, совет держать. Понуро стояли они с Кощеем перед разгневанным повелителем, принимая громы и молнии на повинные головы. А невидимые шишиморы слушали и запоминали.
Марьюшка выздоравливала. Пока болела она, Голоднов не спускал девочку с рук, кушать заставлял, играл с ней, отдавая отцу лишь когда сборы проводил, да если ребёнок хотел того приласкать. Елисей же с Вороном, глядя на это, умилялись и украдкой смахивали слёзы.
Последний, похоронив брата, ходил пасмурный, дважды птицей отлучался из дворца и вернулся ещё более угрюмым. Друзья не расспрашивали кудесника, знали, что, захоти он, поделится сам. Да, видно, не лежала у того душа к откровениям.
А вскоре он тревожиться начал, что шишиморы не возвращаются. Приспела пора действовать, а что делать, не знал никто. Но явились вскоре долгожданные, да сведения новые принесли.
Сумели лазутчицы уследить за Драгомиром. Обрадовались Иван и Ворон с Елисеем, стали вылазку готовить. Голоднов настаивал, чтоб ему в одиночку идти, да кудесник не соглашался и твёрдо на своём стоял.
На следующие сутки, вооружившись, вышли они под покровом ночи за пределы защиты и двинулись в сторону недоброго леса, откуда пришёл Иван когда-то гостем незваным. Тьма вокруг стояла, хоть глаз выколи, и передвигались люди едва ли не ощупью.
Вдруг выросла перед Голодновым арка тоннеля, да так внезапно, что тот даже вскрикнул негромко. Но кудесник не видел её и недоумевающе смотрел, как попутчик исследует вход.
– А вот о том, что местные жители здесь не пройдут, я и забыл, – пробормотал Иван.
И сказал им:
– Дальше я один, вам здесь пути нет.
– В дыру-то? – поинтересовалась старшая из домовых баб, – Это почему?
– Так вы её видите? – удивился собеседник.
– А откуда бы в вашем мире домовые взялись, кабы через порталы не могли проходить, – весело молвил кудесник. – Вот мне-то что делать, я же не жихоня?
– Возвращаться…
– Ну, уж нет. Полечу я, пожалуй. Свидимся на берегу.
– Погоди, – подумав, отозвался Голоднов, – попробуем иначе. Закрой-ка глаза, да не открывай, пока не скажу.
И взял друга за руку. Пожав плечами, Ворон зажмурился, шагнул вперёд, и его тотчас окутали холод и сырость. Но скоро снова стало тепло, и в ноздри мужчин ударил непривычный пряный запах. От огромной массы воды исходило сияние, превращавшее ночь в сумерки. А вот и избушка…
– Значит, чтобы дыру эту миновать, нужен тот, кому она видима, – задумчиво проговорил Ворон.
– В эту изобку, – сказала одна из шишимор, – он и ходит – Драгомир-то.
Иван почесал в затылке.
– Хм, странно, такое скопление порталов в одном месте. Может, это что-то другое?
– Проверим? – предложил Ворон.
– Да прямо сейчас…
И люди, и домовые двинулись в сторону избушки, однако, не дойдя, почувствовали, что не могут ступить ни шагу. Что-то держало их, не пуская вперёд.
– Заклинания наложены, – негромко констатировал кудесник. – А ты, Ваня, хотел без меня идти.
Несколькими пассами снял он защиту, и все шагнули внутрь. Проход в иную реальность Голоднов увидел сразу; тот выглядел, как вырубленная в скале ниша и выделялся на фоне бревенчатых стен.
– Похоже, в горы выведет, – вслух подумал мужчина.
А Ворон повернулся к шишиморам.
– Спасибо вам, бабы, за службу. Возвращайтесь в драгомиров дворец, да глядите дальше. Недолго осталось, скоро войной на него пойдём. А теперь мы ужо сами управимся.
Те закивали и исчезли.
– Я не уверен, что мы попадём, куда надо, – сказал Иван. – Через мой ход мы же не в город вышли, а внутри вашего мира остались. Как бы и этот не привёл нас в какую-нибудь часть царства Елисея.
– Но попытаться-то, я мыслю, можно?
– Зажмурься.
Кудесник, держась за руку друга, сделал несколько шагов, и под закрытые веки его просочился неяркий свет пробуждающегося утра. Глянув через щёлочку между сомкнутыми ресницами, Ворон широко распахнул глаза, наполнившиеся изумлением. Они со спутником стояли на неровной скальной площадке, а вокруг высились горы.
– Трансильвания, Карпаты, – тихо произнёс Голоднов.
– Бывал?
– Не случалось. Только откуда ещё мог вампир придти? Из Валахии? Но та в долинах вроде...
Вниз вёл пологий спуск, и мужчины, не сговариваясь, скатились по нему до ближайших зарослей, где стоял одинокий крест без одной перекладины. Иван всмотрелся в него внимательно и несколько раз вокруг обошёл.
– Что встревожился, Ваня? – поинтересовался Ворон.
– Неправильно тут что-то, – заявил тот. – Смотри, крыж старый, аж труха сыплется, а могила под ним недавняя, и вот…
Крыж – христианский (католический ) крест.
Нырнув в кустарник, Голоднов вытащил лопату со свежими следами земли. Раскачав деревяшку, он выдернул её и начал копать.
– Вань, – забеспокоился кудесник, – грех сон мёртвых тревожить, бог накажет.
– Не думаю я, что там человек схоронен. А коль лежит, то, скорее всего, это Драгомир и есть: упыри днём в земле спят, а ночью бродят. Ну, сказки наши так вещают, а уж правда, нет ли, не знаю.
Говоря это, Голоднов размеренно откидывал землю в сторону. Ворон волновался, увещевал друга, но, когда верхний слой был снят, и перед глазами людей сверкнули золото и драгоценные камни, обомлев, замолчал.
– Вот и клад королевича, – довольно сказал Иван, вытирая пот. – Готовился он к отходу, на это и оружие приобрёл бы.
– Ай да Драгомир! Хитёр, щучий сын! И что с сим делать будем?
– Перепрячем, мыслю. Не оставлять же ему.
И оба отправились искать место. Нашли они его недалеко, в укромном уголке, где никто не увидел бы следов раскопа. Изнемогая от жарких лучей взошедшего солнца, перетаскали мужчины сокровища в новый тайник, а потом, закидав землёй старую яму, воткнули крест, спрятали лопату и сели отдохнуть.
– Ну, что ж, – сказал Иван, – теперь вторжение войск королевича с автоматами и базуками сказочному миру не грозит.
– А если отыщет он своё добро?
– Это вряд ли. Но на всякий случай придётся за ним проследить, когда прочь погоним.
Ворон намеревался ответить, но вдруг, вытаращив глаза, изумлённо вскрикнул.
– Что такое? – удивился Голоднов.
– Я портал узрел. Почему?
Иван задумался.
– Н-не знаю, – неуверенно сказал он, наконец. – Наверное, тот, кто прошёл из одной реальности в другую, может его видеть. Сложно всё это.
– Сложно, – согласился кудесник.
Посидев ещё немного, они поднялись и вернулись в сказку. Там тоже рассвело. Уверенно восстановив снятые с избушки заклинания, кудесник пошёл за товарищем в арку, и через минуту оба оказались в своём царстве.
А там их ждал неприятный сюрприз: дорогу перегородила дружина тридевятого королевства во главе с воеводой – Кощеем. К счастью для себя друзья вовремя заметили войско и бегом свернули за разросшиеся кусты.
– Как, ну, как они могли узнать, что мы покинули дворец? – вопросил Иван.
– Неужто ты думал, что соглядатаев только мы к Драгомиру засылаем? – вопросом ответил Ворон. – Что делать-то будем?
– Хоть и стыдно, а придётся уходить, – грустно отозвался Голоднов, – двое с армией не справятся.
И внезапно встрепенулся.
– Есть идея!
Обойдя войско тайными тропами, они очутились у дворца Елисея. Тот в оба глаза высматривал друзей и, увидав, радостно кинулся навстречу.
– Ну, что? Как? – выспрашивал он.
– Потом, потом, – отмахнулся, Иван. – Ты мне, Саша, скажи, электромагнит, коим ты Кощея заловил, цел ещё?
– Он в темнице его так и остался. А что ты задумал?
И Голоднов поведал, что хочет он сейчас, пока остов железный неподалёку, пленить его вновь, и план свой рассказал.
– Получится или нет, зависит от того, как далеко от дворца поле с ветряками тянется, – добавил он.
Елисеев задумался.
– Что ж, – сказал он, решившись, – попробовать стоит. Кидайте клич воинам, а я подготовкой займусь.
План с электромагнитом – полнейшая фантастика. В обычных условиях едва ли осуществим. Но в сказке возможно всё.
Скоро сказка сказывается, да нескоро дело делается. Но всё же через некоторое время выстроились перед воеводой дружинники, готовые оборонять родную землю. Часть из них Иван в распоряжение царя отправил; чтобы тяжёлый магнит нести, остальные же, запрыгнув на коней, двинулись на врагов.
Те растерялись сначала, ждали двух человек, да с другой стороны, а тут войско на них пошло. Схлестнулись они в сече, и перевес сразу же оказался на стороне хорошо обученной дружины Голоднова. И тогда против неё выступил Кощей. Легко отшвыривал страшный скелет нападающих, пока не встал напротив Иван. Взревело красноглазое чудовище и ринулось в бой, а Голоднов, увёртываясь, наносил неуклюжему противнику удар за ударом. Да без толку: отскакивал меч от металла, только тупился.
Кощей неожиданно порадовал происхождением