Как хочется порой жестокой стужи,
С горы скатиться на полозьях санок.
Весной бежать по зеркалам от лужи,
А летом съесть полдюжины баранок.
И осенью, забышись в доле сонной,
Там, где-нибудь под липою опавшей,
Иль у залива с тиною болотной,
Услышать голос африканский Саши.
Тогда тоска, как сплин английский сгинет,
И ты расслабившись на кресле, в блеск от свечи,
Протянешь руки к жаркому камину.
И женщина возмет тебя за плечи,
Щекой прильнет к запущенной щетине.
И задыхаясь от дымов табачных,
Отдернет с окон белые гардины.
Ты в кураже законном иль вне брачном,
Притянешь деву к дрожи на коленях.
Истомой томной, по любви наитью,
Объятьями пришедшей извне лени,
Уста в уста в альковах злачной тени,
Замрешь до утра в бережном соитье. |
