Засыпало заметками стихи,
Как первоцветы многолетней хвоей.
Во временах для творчества лихих,
Всегда тоска звучала волчьим воем.
Ступала прочь изгнанница-душа,
Сутулясь от обиды и презренья,
А в спину ей зловонием дыша,
Врастали в землю тления коренья.
Не красит свет корявые сучки,
Убожеству хватает подземелья.
Не плодоносит цвет добра почти,
Когда его творцы укрылись в кельях.
Что говорить, когда шумит толпа?
Зачем писать, когда ломают перья?
Надежду в пропасть сбросила тропа,
И это признаю таки теперь я... |
