Даже из-за плотной зелёной шторы солнце умудряется пробраться в комнату и пощекотать лицо, лоб, волосы, и она радуется ему, как ребёнок. Осень за окном просто волшебная, и многочисленные детские голоса с детской площадки будоражат тишину. Она слышит , как дочь , высунувшись из окна , просит мамаш утихомирить детвору , ибо в соседней комнате находится тяжелобольной человек, которому нужен покой. Да не нужен ей покой , ведь она не доживает последние дни, уж она-то точно знает это, потому что…
Никто не знает её маленькой ( огромной) тайны, что последние несколько недель она чувствует себя намного лучше, и даже пробует сидеть и подниматься с постели. Новенький ортопедический матрац оказался таким неуютным, от него болят не только кожа, но и все мышцы и кости. И она пробует, подтянувшись на руках, садиться. Обычно она проделывает это ночью, пока втайне от дочери, вот когда встанет, будет для всех родных такой сюрприз! Ещё с полгода назад она была занята поисками в интернете любой информации о своей болезни, разбиралась в моноклональных антителах лучше чем повар в ингредиентах для супа, но последнее время оставила эту ненужную затею искать чудодейственные лекарства, она знает, что у неё обширное метастазирование во все органы, знает и борется!
Вот и сейчас в полумраке комнаты, обклеенная пластырями с опиатами, она спокойно сухими глазами смотрит на свою руку, видно, как под прозрачной пергаментной кожей бежит по вене кровь… наконец-то за свои сорок два года она, наконец, выучила « Отче наш» и теперь читает эту молитву по нескольку раз в день. Помогает.
…Просыпается она от того, что затекла спина. И покалывают иголочками ноги, вон как долго спала, отлежала. Хороший сон для неё и есть лучшее лекарство, сначала ей после очередной химии кололи лишь поддерживающие препараты, а теперь какие-то уколы, она не знает, какие, но ей становится после них существенно легче. Боли нет, как и нет страха, а есть вера и надежда, что если не завтра, то через несколько дней, она удивит дочь, перебравшись с кровати в кресло, или дойдя до окна. Надо попробовать сделать это прямо сейчас…
Она не слышала ( или ,не слушала) , как в соседней комнате её дочь осевшим голосом рассказывала кому-то, что последнее время больную мучили галлюцинации, она то бредила, то приходила в сознание, ей казалось, или снилось, что она может вставать, сидеть…
Она не слушает, ей это зачем? Просто приподнимается с постели и слегка пошатываясь, идёт к окну. За стеклом Город, её любимый , осенний, спящий, умиротворённый. На душе становится так легко, так свободно, так чисто, что кажется, отросли крылья, вдохнуть бы поглубже и полететь! С высоты 3 этажа она видит, как из их подъезда санитары выносят на носилках чьё-то тело, и грузят в фургон. Что-то такое мелькает в её сознании при виде этого маленького бугорка под простынёй, что хочется оказаться рядом с тем фургоном, и одновременно просто смотреть с высоты… «Скорая» заезжает за угол, а она ещё некоторое время смотрит вниз, а потом в её душе разливается свет и блаженство. Когда-нибудь, при случае, она расскажет дочери, как интересно смотреть с высоты полёта птицы…на себя. Когда-нибудь, потом...
Когда-нибудь потом, в другой жизни.
Вы молодец, Надежда!