Произведение «Прачки» (страница 1 из 3)
Тип: Произведение
Раздел: По жанрам
Тематика: Рассказ
Автор:
Баллы: 65 +2
Читатели: 271 +13
Дата:
«Прачки» выбрано прозой недели
23.01.2023
Произведение «Прачки» самая оцениваемая(17) работа за сутки
16.01.2023
Произведение «Прачки» самая читаемая(22) работа за сутки
16.01.2023
Произведение «Прачки» самая комментируемая(35) работа за сутки
16.01.2023
«А.Архипов Прачки»
Предисловие:
Людям тихого труда посвящается...

Прачки

Тишайшую в мире славу
Они на плечах несут.


М.Хамзина "Военным прачкам"

Тихо, ой, как тихо и скучно текла жизнь в одном из филиалов районных библиотек маленького города Энска. Изо дня в день лениво перетирались одни и те же разговоры, мысли, слова. Дни перетекали в месяцы, те в годы, в десятилетия, но ни одна яркая светозарная мысль, ни одно пламенное чувство не посещало это царство сна и покоя. И можно было бы назвать его болотом, подчиненным одной своей внутренней жизни: время от времени где-то в глубине взрывались пузырьки гнева и обид, расцветали багровые кусты бабьих ссор, разливались ядовитым паром миазмы  зависти и сплетен. Но и щедрость, и отзывчивость тоже жили в нем. В общем,как сказал один литературный герой – люди как люди, а вернее сказать – женщины, как женщины! А где ж вы видели в библиотеках обилие мужчин?! Даже в крупных библиотеках, как правило, только с десяток мужчин (из руководства!) на две сотни дам! Что уж говорить о малютках филиалах… Ну, еще спорадические читатели мужеска пола  полярных возрастных категорий –  юные студенты и престарелые профессора. Тоска!

Да, можно было бы назвать филиал районной библиотеки города Энска болотом, если бы не один случай. Но, обо всем по порядку.

В конце прошлого года маленький город накрыло бюрократическое поветрие. Какая-то странная перестановка началась в его чиновничьей жизни. Смещались руководители, пересматривались структуры. С высоких постов люди передвигались в подведомственные организации. Словно разыгрывалась какая-то доселе неизвестная шахматная партия. Еще не было ей названия, и никто не знал, красива она или нет, но фигуры  по доске жизни двигались оживленно.  Районная библиотека замерла в ожидании. Не сегодня-завтра должны были прислать новых работников или убрать старых...


***

Утро понедельника началось… неопределенно! Оно было не хмурое, и не солнечное, не ненастное и не погожее. И так и сяк! Сиреневое зимнее небо словно раздумывало – заплакать ему снежным дождем или улыбнуться бледным солнцем. И так, ничего не решив, замерло. И так же в ожидании знака небесного сиреневого дирижера замер серый оркестр – земля.

Екатерина Федоровна Царева, заведующая филиалом районной библиотеки, или как она сама себя называла – маленькая хозяйка ну, о-о-оче-еень маленького дома, знала дорогу до работы как свои пять пальцев, могла пройти его с закрытыми глазами, и лицо ее с каждым пройденным метром становилось все серьезнее и суровее. Все одиннадцать месяцев в году, за исключением отпуска, она двигалась по одному и то же маршруту – дом, выход из арки двора, маршрутка №38, шесть остановок, выход около здания бывшего райисполкома (а сейчас какая-то фирма с мудреным названием), 400 метров на север, минуя аптеку, переход на другую сторону улицы, фонарь… Классические:  Аптека, Улица, Фонарь… Хорошо, что хоть Ночи не было. Ночью на работу не надо было ходить.

В пяти метрах от фонаря было скромное одноэтажное здание. Весь его вид и деревянная коричневая дверь (не облупившаяся, но порядком выцветшая) словно молили: «Я вам не помешаю. Тихо тут, незаметно в стороночке постою, ничьего места не займу, не гоните меня, не рушьте». Это и был филиал районной библиотеки.

Екатерина Федоровна любила свою работу. Вернее, за долгие годы свыклась с ней, а потом и полюбила. Выпускнице исторического факультета не нашлось работы по специальности, устроилась  в библиотеку. Думала: на время, оказалось - навсегда. За двадцать девять лет прошла путь от младшего библиографа до заведующей библиотекой. В ее подчинении было пять работниц  – одна другой старше. Все замужние, с детьми, а некоторые и с внуками. И почти все –  с осенней усталостью в глазах. Исключение составляла только тридцатитрехлетняя Мила. Лицо ее еще не приобрело выражение вечной заботы, какое обычно бывает у женщин с приличным семейным стажем. А в глазах, нет-нет, да и вспыхивали озорные огоньки. Это немного разбавляло рутину коллектива, где все давным-давно знали друг о друге всё и были сцементированы не хуже бетонного блока.

Екатерине Федоровне ее коллектив напоминал знаменитую картину художника Архипова «Прачки». На ней в строгой последовательности были расположены женские фигуры  – от самой молодой (в дальнем углу картины, у окна), до самой старой, выжатой жизнью – на переднем плане. Точно так же размещались столы библиотекарш в небольшом холле: у окна сидела Мила, и на столе ее беспорядочно теснились разноцветные органайзеры, папки для бумаг, веера, заколки, крохотные игрушки, открытки, тюбики с помадой и ярко-розовая чашка. От этой совершенно нерабочей пестроты рябило в глазах, но Екатерина Федоровна, которую коллеги за глаза называли «Царихой» не пеняла Миле. Ее яркий стол веселил, обнадеживал: «Держитесь, девоньки! Не все в мире черным-серо! Есть в нем и радостные краски!» 

И закрывала глаза Цариха на сумасшедшее разноцветье Милиного стола и стеснялась признаться себе, что ждет, когда Мила забудет на нем то ярко-оранжевый шелковый платок, то очки в перламутровой зеленой оправе. К счастью, Мила особой аккуратностью не отличалась!  Цариха ворчала на нее лишь для виду, а сама украдкой устремляла взгляд на разноцветное пятно – и на душе теплело.

Следующим стоял стол Тамары – полной рыхлой женщины лет 45. Была она на редкость словоохотлива,  казалось, что вся энергия, выкачанная из тестообразного тела, сконцентрировалась в речевом отделе мозга. Говорила Тамара безостановочно и обо всем. Даже действия свои (в прошлом, настоящем и будущем) сопровождала комментариями примерно такого рода: «Вот, думаю, пойти мне или не пойти  в магазин (туалет, аптеку, театр, рынок, кино).Что-то неохота, нет, встану, пойду, заодно и чаю себе налью, а его еще нужно поставить, нет, кроме меня, некому что-ли, вечно все я должна делать, нет, неохота, нет, пойду, ой, что- то голова заболела, таблетку бы принять, где-то у меня должна была быть таблетка, да, где же она, черт бы ее побрал (яростные поиски в недрах сумки), а вот она, нет, это не от головы, а зачем же я ее с собой таскаю» и т.д. и т.п. 

Унять этот речевой поток было практически невозможно. Тамара говорила во время работы, еды и даже, дремля в перерыве, умудрялась произносить несколько бессвязных слов! Как ни странно на качество работы это не влияло – Тамара никогда не ошибалась ни в описании книг, ни в составлении карточек, да еще, если нужно было, успевала и другим помогать. И душой была щедра. Все маленькие рабочие праздники - дни рождения, Новые года, Восьмые марта не обходились без Тамариной снеди – пирожков, салатов, пирожных, солений и компотов. Притаскивала она их из дома в огромных сумках; едва отдышавшись, расставляла все на двух приставленных друг к другу столах, и с лица ее при этом не сходило выражение заботы. Но, видя, как  работницы с удовольствием поглощают яства, улыбалась широкой щербатой улыбкой – добрая душа ее ликовала!

Честно говоря, выдержать живое радио было трудно, работницы жаловались Царихе, и та несколько раз делала внушения болтушке. Тамара взбухала слезами, покрывалась пятнами и клятвенно давала обещание заткнуть словесный фонтан! Но выдержки хватило только однажды на полдня. Тамара сидела молча и по багровеющей короткой шее коллеги догадывались, чего стоило ей молчание. Наконец, на какую-то новость, из нее словно пробка из бутылки с квасом вылетел первый возглас: «А-а-а!» и вслед за ним понеслась стремительная пламенная речь. Шея приобретала нормальный оттенок, и всем как-то сразу поняли, что молчание для Тамары опасно, что ее болтовня не  просто блажь, а какая-то особенность организма, возможно, болезнь.  И мгновенно недовольный змеиный шип, задавленный гнев и грядущая бабья свара сменились сочувствием. В самом деле, не травить же хорошего человека только за то, что рот у него не закрывается. А где же тогда товарищеская солидарность?

Третьим по счету был стол Раисы – маленькой тихой  женщины с вечно напряженным выражением лица. Черты его были мелкими, и будто собранными в гофру – так обычно стареют люди с хорошим тонусом кожи – она покрывается сетью морщин, но не провисает. Раиса была татаркой, детство и юность ее прошли в глухой деревне. Она говорила по-русски с заметным акцентом и стеснялась его. В глазах ее словно навеки застыл испуг: она рассказывала, осторожно подбирая русские слова, что в детстве очень плохо ела и мать, чтобы накормить ее, постоянно пугала каким-то человеком с красной бородой, - «Ешь! А то придет Краснобородый и утащит тебя!» Существовал ли в реальности этот персонаж или был плодом отчаявшейся материнской фантазии – трудно сказать. Но однажды  на деревенской улице появился заезжий торговец тканями и пятилетняя Раиса, едва увидев его, дико взвизгнула и в мгновение ока взобралась, нет, даже взлетела на дерево! 

Вся «вина» несчастного торговца была в крашеной хной бороде. Раиса просидела  на дереве до вечера. Никакие уговоры и посулы не действовали на нее. Как перепуганный котенок она забиралась еще выше, изо всех сил сжимая ветку, пока, наконец, кому-то не удалось влезть на дерево с другой стороны и схватить ребенка за подол платья. К вечеру поднялась температура, и в бреду Раиса, плача, выкрикивала: «кзылсакал, кзылсакал» (краснобородый).

 Вся в ссадинах и занозах от коры, она пролежала в постели долгие три месяца, а когда поправилась, то наотрез отказывалась от одежды и еды красного цвета, и в глазах ее закаменел испуг. Сидела она на работе всегда в одной и той же позе – двигались только руки. Тоже мелкоморщинистые, покрытые старческой «гречкой», они суетливо перебирали карточки каталога, заменяя ветхие на новые. Руки были недвижными только во время перерыва – сцепив их на животе и прикрыв глаза, Раиса покачивалась как китайский божок. Но на любой шорох отзывался ее по-звериному чуткий слух.  И тогда на долю секунду из вечно испуганных узких глаз вырывался темный огонь, что-то древнее, воинственное проскальзывало в широких смуглых скулах, крыльях короткого носа, вздернутой верхней губе. Но –  мгновение! – и воин в ее крови засыпал, и на смену ему вновь являлась маленькая испуганная женщина. У нее была большая семья, трое детей, два внука и куча родственников. В тесной роевой связи с их проблемами, радостями и печалями проходила ее жизнь, и она не мыслила себе иной.

Четвертым стоял стол Палны. Вообще-то ее звали помпезно – Цецилия Павловна, но гордое патрицианское имя пришлось не по зубам работницам библиотеки. Да и не только им. Как только имя не коверкали…  Женщина была то Сесилия, то Цесиля, то Летисия, то Силя, Циля, Тиля. Стоическому терпению Цецилии Павловны мог бы позавидовать сам Атлант, но однажды соседский мальчишка выпалил ей одним духом – «Сисяпална» и она не выдержала! На следующий день строго-настрого  наказала называть себя только по отчеству, но и оно скоро трансформировалось просто в «Палну». Так и осталось.

Пална была строга и консервативна. На ее черном столе ее всегда стояла белая


Оценка произведения:
Разное:
Реклама
Обсуждение
     16:11
Это очень сильно во всех смыслах. Сама история очень человечная, что становится редкостью в наше время. Я до самого конца ждала подвоха. Слава богу, все закончилось хорошо. Повторюсь, очень человечная история.
Очень оригинальное сравнение библиотечных работников с прачками. Здорово!
Описаниея библиотечного быта, коллектива выпуклые, реалистичные, правдивые. Образы яркие. Сама я немножко поработала в библиотеке, все узнаваемо.
Описания природы замечательные. Природа участвует в рассказе, как персонаж. Задаёт настроение. Очень красивые описания, поэтика в прозе.
Рассказ написан мастерски. Придраться не к чему. Так сказать, работает профессионал)
Спасибо автору за такой замечательный рассказ!
     21:20 28.01.2023 (1)
Очень человеколюбивый рассказ. Я не сразу начал читать, а открыл страничку, посмотрел картинку и на время. Ладно, попозже прочитаю. А зацепила меня картина. Я почему-то подумал, что это про прачек на войне. У нас соседка по даче всю войну пробыла в прачечном отряде. Они стирали в основном, одежду убитых и умерших бойцов и все в таком виде. Работа страшная психологически и физически. Я ее слушал и ужасался: как она выжила и сохранила добрый и отзывчмвый характер. И я начал читать, а там про библиотекарией, Очень интересно ты расписала их характеры и настроение. Главное - человек. 
на историю
     22:13 28.01.2023 (1)
Спасибо Вам огромное, Виктор Филиппович!
А, вот так запутала я вас! Думали - про прачек, а я про библиотеку!!!
     09:35
НУ, только я глянул на картину и сразу же впомнились рассказы военно-полевой прачки. Я поэтому и отложил прочтение на следующий день, а не на ночь глядя. 
Еще раз спасибо за рассказ.
     23:38 28.01.2023
Какое наслаждение читать вас, Ляман!!! Спасибо!
     03:59 26.01.2023 (1)
1
Как всегда — шедевр! Чутко выбранные нужные слова, самые точные! Спасибо сердечное.
     08:32 26.01.2023
Спасибо, дорогая.
Писала просто о том, что наблюдаю каждый день...
Гость      21:48 25.01.2023 (1)
1
Уютно, тепло. Вы - лучшие!
     23:27 25.01.2023
Спасибо большое.
     18:32 25.01.2023 (1)
1
Аж слёзы навернулись. Душевный, психологический рассказ. Какое верное,  какое дивное сравнение библиотекарш с прачками.  Прачки, отмывающие от скверны людские души с помощью книг.  Очень понравилось!
     20:36 25.01.2023
1
Спасибо огромное!
Я писала о том, что вижу каждый день. Вот уже 23 года...
     20:32 24.01.2023 (1)
Как тепло и уютно! Как душевно, по-людски... В 1996 году я застала такой коллектив в бухгалтерии. 6 лет проработала среди людей состарившихся на работе, проживших на заводе всю жизнь, придя почти сразу из школы. Нас некому было отстаивать и людей убирали, сокращали... Даже всплакнулось, когда читала про Майю... 
Ляман, спасибо за рассказ, я душой согрелась читая его!
Нельзя вернуть, но можно вспомнить и записать!
Как же я любила наши женские посиделки на праздники, чай из старенького чайника со спиралькой внутри. Каждый день шла как на праздник, такой подьем и желание работать, встретиться с коллективом... Как родные были... 
Сбивчиво пишу, душа рвется в прошлое, слова плохо подбираются...
Спасибо Вам! От сердца благодарю! 
     08:14 25.01.2023
1
Спасибо Вам, дорогая!
Писала о том, что вижу каждый день, работаю почти в таком коллективе!
СПАСИБО!
     21:03 19.01.2023 (1)
1
Очень, очень и очень! 
Есть у кого учится прозаикам "нашего двора", да и не только двора - нужно брать больше и масштабнее! 
     13:58 20.01.2023 (1)
Спасибо Вам, Алексей!
Просто писала о том, что вижу каждый день.
     17:31 20.01.2023
1
Гость      23:03 18.01.2023 (1)
1
Очень трогательный и необыкновенно актуальный в наши дни рассказ
Отстоять что-то человечное, как важно
С уважением
Эми
     08:15 19.01.2023
Спасибо, дорогая. Очень дороги Ваши слова.
А Вы уже заходите как гость?
Что-то со страничкой?
     15:14 15.01.2023 (1)
1
Ляман, спасибо! Рассказ как будто для меня написан. Я к нему ещё вернусь и тогда напишу более подробно о том, что меня взволновало.
     15:21 15.01.2023 (1)
Вам спасибо, Галиночка. Буду ждать!
     17:58 16.01.2023 (1)
1
Начну с картины. Помню прачечную, которая примыкала к стене парадной в конце двора-колодца. Она работала 3 раза в неделю. На большой плите, которая топилась дровами, два больших чайника, чтобы постоянно была горячая вода, один кран с холодной водой, большие столы и корыта для стирки и полоскания. И стиральные доски. Я помогала бабушке складывать выполосканное бельё в таз, чтобы потом пойти с ней на чердак развешивать чистое бельё - очень любила эти походы на чердак, там столько всего интересного можно было найти. Это конец шестидесятых годов в центре Питера. Сейчас, конечно, нет уже сараев с дровами на заднем дворе, да и заднего двора тоже нет. И, разумеется, прачечной тоже нет. Может, новые хозяева расселили коммуналки и переоборудовали какую-нибудь комнатушку под душевую. Не знаю, не была там с 1973 года. А во двор иногда захожу - он тоже изменился.
И библиотеки тоже стали другими. 45 лет я работаю в одной библиотеке. Она, конечно, не районная, а самая крупная в регионе. И сейчас библиотечного там осталось маловато, хотя читатели ходят ещё. И наши филиалы в области тоже очень изменились - компьютеризация коснулась и их, создаются модельные библиотеки на базе филиалов. Но это лишь последние 10 лет. А раньше, когда ездили в командировки по области, это были как раз те уютные пространства с неизменными сотрудниками, которые старели вместе с библиотеками. Но всё течёт, всё изменяется. Пришла новая заведующая методическим отделом в нашу областную и заменила абсолютно всех заведующих по области по результатам аттестации на более молодых, которые на "ты" с компьютером. И не было никакой жалости к тем, кто всю жизнь отдал одному делу. Этот болезненный процесс коснулся и нашей библиотеки. Из старой гвардии остались лишь те, кто освоил новые технологии. Нашего директора сняли, устроив проверку по грязной анонимке. Пришла новая из министерства - должность нужна была.
Как же ты выпукло описала образы тех, кого уже не встретишь в библиотеках! Это немного ностальгия по тем временам, когда библиотека была в фаворе, когда люди читали книги. Спасибо за твою чудную прозу, Ляман!
     19:09 16.01.2023 (1)
Спасибо, дорогая за такой чудный и содержательный комментарий. Мы с тобой коллеги - я заведую сектором в крупной библиотеке. У нас, естественно, и следа нет от того, что я описала. Этот крохотный филиал я застала в начале 21 го века. Там все было точно так, как я описала. Но и у нас, в нашей крупной библиотеке где-то примерно до 2005 года все было примерно так же.
Это уже с 2005 года полным ходом развернулась автоматизация и компьютеризация, старых работников стали сокращатть, на их месито набирать е=новых, владеющих компом.
Иногда очень жаль. Была у нас например, работница. Огромный фонд  2-го читального зала (а ты знаешь в нем и гуманитарная и научно-техническая и естественнонаучная литература) знала наизусть! С закрытыми глазами отвечала (как отлетала от зубов) где, какая книга находится, на какой полке, сколько экземпляров и в каком состоянии. Без компьютера отвечала!
Уволили...
     19:28 16.01.2023 (1)
1
Да, с одной стороны, понимаешь, что без компа сейчас никуда. У нас в библиотеке начались сокращения и укрупнения с 1995 года. Мне сын тогда помог в освоении компа. Было такое, что случайно всю базу ежедневной статистики за день одним движением уничтожила, пришлось всё вручную восстанавливать. Но мне было интересно. Тогда ввели новую должность заведующей отделом статистики и регистрации читателей, всё в автоматизированном режиме. Сначала отбрыкивалась, боялась, что не справлюсь. Но оказалось очень увлекательно. А некоторые мои коллеги, ровесники не захотели учиться, говорили, мол, вредно для здоровья. Вот они и ушли на вольные хлеба. У нас тоже была заведующая книгохранением, которая начинала работать гардеробщицей, но окончила институт, долго работала библиотекарем, мы её Шерлоком окрестили, потому что она вычисляла заставки, как никто другой. Но вот комп осваивать не захотела, а после увольнения потеряла смысл жизни (у неё не было семьи).
Вот и из твоих героинь, наверное, осталась только Мила.
     19:43 16.01.2023
Конечно, Галиночка. Помню как нас гоняли по всяческим курсам и семинарам, пока освоили комп и разные библиотечные  программы. А как составляли собственный MARC Ох... Как вспомню, так вздрогну.
Сколько я перелопатила старой литературы, эти переводы на формат, осваивание УДК (при этом ББК тоже осталось), компьютерных программ. Даже не верится, что все это уже позади.
А, так, да, осталась бы, конечно, только Мила и пожалуй еще сама Цариха. И то ее, скорее, в порядке исключения - за организаторский талант. Иногда у нас с такими людьми продлевают договора. Но тоже нечасто...
Книга автора
СКАЗОЧНЫЙ ГОРОД 
 Автор: Макс Новиков
Реклама