света и тьмы в любой магии. О, ещё Донасьен! Ну, де Сад который. Суровый был мужик, но отрывался так как никто другой, мы с ним всю Францию баламутили! Круче него был разве что Джордж Байрон, я частенько зависал в его поместье - мне так нравился его ручной зверинец. И бабы в Англии раньше были классные. Мы с Джорджем когда близко подружились, он мне после одной неудачной дуэли помог уничтожить тело, а из черепа того ублюдка сделал кубок, он до сих пор у меня есть. А ещё помню, когда на родину вернулся, узнал о стихах твоего любимого Михая Эминеску, ну и тоже зафанател. До сих пор помню как мы с ним сидели под плакучей ивой и спорили о человеке и боге... Я когда рассказал ему свою историю, он так впечатлился что написал поэму про древнего духа и смертную девушку... "Лучафэрул", во!
- Я тебя о-бо-жа-ю, Сильвиу. - восторженно прошептала я, глядя на него глазами котёнка. - Ты общался со всеми моими любимыми историческими личностями, чудо ты моё рыжее!
- Ты спросила - я ответил. - скромно ответил Сильвиу и я крепко его обняла.
Заметив, что после пива я нетвердо стою на ногах, он предложил:
- Давай сегодня заночуем на чердаке. Вряд ли ты дойдёшь до своей комнаты.
- Кайф... - окончательно размякнув, согласилась я.
Тем же путем вампиреныш отнёс меня на чердак, и щёлкнув пальцами, телепортировал из моей комнаты постельное белье и любимую мягкую игрушку - плюшевого дракона.
- Располагайся, а я и так посплю - мне после гроба не привыкать.
Заснули мы быстро, уютно свернувшись калачиком. Но перед тем как заснуть я услышала, как мой лучший друг тихо бормочет во сне: "Мама... отец... сестрёнка... мы обязательно встретимся."
От этой мысли у меня защемило сердце. У Сильвиу была семья, которую он потерял... а что если навсегда? Нет, этого быть не может!
"Если это возможно, я обязательно помогу ему найти родных" - подумала я и моментально провалилась в сон.
Примечания-2:
(9*) - дорогой мой, друг мой (рум.)
