Москвы-реки мы оставили навсегда. Чтобы здесь, в тайге встали фабрики встали новые города. Не пугает нас непогодица не замерзнем мы за рулем. Расцветай Сибирь наша родина. Та, что матерью мы зовем".
Песня о тревожной молодости. "Забота у нас простая. Забота наша такая. Жила бы страна родная. И нету других забот. И снег, и ветер. И звёзд ночной полёт. Меня мое сердце. В тревожную даль зовёт. Пускай нам с тобой обоим. Беда грозит за бедою. Но дружба моя с тобою. Лишь вместе со мной умрёт. Пока я ходить умею. Пока глядеть я умею. Пока я дышать умею. Я буду идти вперёд. И так же, как в жизни каждый. Любовь ты встретишь однажды. С тобою, как ты, отважно. Сквозь бури она пройдёт. Не думай, что всё пропели. Что бури все отгремели. Готовься к великой цели. А слава тебя найдёт".
Хотят ли русские войны. "Хотят ли русские войны. Спросите вы у тишины. Над ширью пашен и полей. И у берез, и тополей. Спросите вы у тех солдат. Что под березами лежат. И вам ответят их сыны. Хотят ли русские, хотят ли русские. Хотят ли русские войны. Не только за свою страну. Солдаты гибли в ту войну. А чтобы люди всей земли спокойно ночью спать могли. Спросите тех, кто воевал. Кто вас на Эльбе обнимал. Мы этой памяти верны. Хотят ли русские, хотят ли русские. Хотят ли русские войны? Да, мы умеем воевать. Но не хотим, чтобы опять. Солдаты падали в бою. На землю горькую свою. Спросите вы у матерей. Спросите у жены моей. И вы тогда понять должны. Хотят ли русские, хотят ли русские. Хотят ли русские войны".
Бухенвальдский набат. "Люди мира, на минуту встаньте. Слушайте, слушайте. Гудит со всех сторон. Это раздаётся в Бухенвальде. Колокольный звон. Колокольный звон. Это возродилась и окрепла. В медном гуле праведная кровь. Это жертвы ожили из пепла. И восстали вновь. И восстали вновь. И восстали, и восстали. И восстали вновь. Сотни тысяч заживо сожжённых. Строятся, строятся. В шеренги к ряду ряд. Интернациональные колонны. С нами говорят. С нами говорят. Слышите громовые раскаты? Это не гроза, не ураган. Это вихрем атомным объятый. Стонет океан, Тихий океан. Это стонет, это стонет Тихий океан. Колокольный звон. Колокольный звон. Звон плывёт, плывёт. Над всей землёю. И гудит взволнованно эфир. Люди мира, будьте зорче втрое. Берегите мир, берегите мир. Берегите, берегите. Берегите мир. Берегите, берегите. Берегите мир".
Алёша. "Белеет ли в поле пороша. Пороша, пороша. Белеет ли в поле пороша. Иль гулкие ливни шумят. Стоит над горою Алеша. Алеша, Алеша. Стоит над горою Алеша. В Болгарии русский солдат. И сердцу по-прежнему горько. По-прежнему горько. И сердцу по-прежнему горько. Что после свинцовой пурги. Из камня его гимнастерка. Его гимнастерка. Из камня его гимнастерка. Из камня его сапоги. Немало под страшною ношей. Под страшною ношей. Немало под страшною ношей. Легло безымянных парней...К долинам, покоем объятым. Покоем объятым. К долинам, покоем объятым. Ему не сойти с высоты. Цветов он не дарит девчатам. Девчатам, девчатам. Цветов он не дарит девчатам. Они ему дарят цветы".
Любите Россию. "Колышет берёзоньки ветер весенний. Весёлой капели доносится звон. Как будто читает поэму Есенин. Про землю, в которую был он влюблён. Про белые рощи и ливни косые. Про жёлтые нивы и взлёт журавлей. Любите Россию, любите Россию. Для русского сердца земли нет милей. Нам русские песни с рождения пели. Нас ветер России в пути обнимал. Когда вся Россия надела шинели. Нередко, бывало, солдат вспоминал. И белые рощи, и ливни косые. И мысленно детям своим завещал. Любите Россию, любите Россию. Россию, которую я защищал. Кто Русью рождённый, в Россию влюблённый. Тот отдал ей сердце и душу свою. Пред ней величавой склоняюсь в поклоне. О ней, о России я песню пою. Про белые рощи и ливни косые. Про жёлтые нивы и радость Весны. Любите Россию, любите Россию. И будьте России навеки верны".
Россия - Родина моя. "Когда иду я Подмосковьем. Где пахнет мятою трава. Природа шепчет мне с любовью. Свои заветные слова. Вдали рассветная полоска. Осенним пламенем горит. Моя знакомая березка. Мне тихо, тихо говорит. Россия, Россия. Родные, вольные края. Россия, Россия. Россия - Родина моя. Когда порой плыву по Волге. И чайка вьется за кормой. Гляжу, гляжу на берег долго. Не расстается он со мной. Когда меня московский поезд. Уносит в дальние места. Хлеба мне кланяются в пояс. Мигает ранняя звезда. На голос Родины я вышел. Как ты, Россия, хороша. Смотрю вокруг и сердцем слышу. Поет, поет, моя душа".
Ты Россия моя. "Мать-Россия моя. С чем тебя мне сравнить. Без тебя мне не петь. Без тебя мне не жить. Ты, Россия моя. Золотые края. Ты, Россия родная, заветная. За твою широту. За твою красоту. Я люблю тебя, Родина светлая. Все, что в сердце моем. Все, чем в жизни живу. Все, что было и есть. Я Россией зову. Ты мудра и добра. И народы земли. Славят сердце твое. Славят думы твои. Ты, Россия моя. Золотые края. Ты, Россия родная, заветная. За твою широту. За твою красоту. Я люблю тебя, Родина светлая."
Вот она милая роща. "Вот она, милая роща. Ветер летит надо мной. Ветки березок полощет. Сон нарушая лесной. Сколько стволов побеленных. Сколько их ввысь поднялось. Всё это с детства знакомо. С сердцем навеки срослось. Будто опять я безусый. Рядом с девчонкой стою. Вместо кораллов на бусы. Гроздья рябины дарю".
Ой ты рожь. "В поле за околицей. Там, где ты идёшь. И шумит и клонится. У дороги рожь. Чёрны очи видели. Через поле вброд. Там на встречу издали. Паренёк идёт. Ой ты, рожь. Хорошо поёшь. Ты о чём поёшь. Золотая рожь. Счастье повстречается. Мимо не пройдёшь. Ой ты, рожь".
Молодой агроном. "Выходил на поля молодой агроном. Говорил, что земля вся в наряде цветном. Хорошо земля, мой край дорогой. Люблю тебя всей русской душой. Он не спал допоздна, на рассвете вставал. Чтобы больше зерна каждый колос давал. Хорошо земля, мой край дорогой. Люблю тебя всей русской душой. Ветер кудри трепал золотистый ленок. Агроном напевал у колхозных дорог. Хорошо земля, мой край дорогой. Люблю тебя всей русской душой. Молодой агроном не уходит с полей. Он приходит сюда, как к невесте своей. Хорошо земля, мой край дорогой. Люблю тебя всей русской душой".
Ой Днепро, Днепро. "У прибрежных лоз, у высоких круч. И любили мы и росли. Ой, Днепро, Днепро, ты широк, могуч. Над тобой летят журавли. Ты увидел бой, Днепр-отец река. Мы в атаку шли под горой. Кто погиб за Днепр, будет жить века. Коль сражался он как герой. Враг напал на нас, мы с Днепра ушли. Смертный бой гремел, как гроза. Ой, Днепро, Днепро, ты течешь вдали. И волна твоя как слеза".
Рушник. "Ридна маты моя. Ты ночей не доспала. И водыла мэнэ. У поля край сэла. И в дорогу далэку. Ты мэнэ на зори провожала. И рушнык вышиваный на счастье на долю дала. Я визьму той рушнык. Простэлю, словно долю. В тихим шелести трав, в щебетанни дибров. И на тим рушничком ожывэ всэ знакомэ до боли. И дитинство, розлука, и вирна любовь".
Черемшина. "Знов зозули голос чути в лиси. Ластивки гниздечко звили в стричи. А вивчар жене отару плаєм. Тьохнув писню соловэй за гаєм. Всюдэ буйно квиітне черемшина. Мов до шлюбу вбралыся калына. Виівчаря в садочку. В тыхому куточку. Ждэ дывчина, ждэ".
Мама милая мама. "Я всегда вспоминаю домик наш за рекой. Как живёшь ты, родная. Сыну сердце открой. К нежной, ласковой самой письмецо своё шлю. Мама, милая мама, как тебя я люблю. Я живу на границе, где полярная мгла. Ветер в окна стучится, путь метель замела. К нежной, ласковой самой письмецо своё шлю. Мама, милая мама, как тебя я люблю. Над моим изголовьем наклоняешся ты. И смотрю я с любовью в дорогие черты. К нежной, ласковой самой письмецо своё шлю. Мама, милая мама, как тебя я люблю. Мама, милая мама, как тебя я люблю".
Вальс о вальсе. "Вальс устарел. Говорит кое-кто, смеясь. Век усмотрел. В нём усталость и старость. Робок, несмел. Наплывает мой первый вальс. Почему не могу. Я забыть этот вальс. Смеётся вальс. Над всеми модами века. И с нами вновь. Танцует старая Вена. Вальс воевал. Он в шинели шёл, запылённой. Вальс напевал. Про маньчжурские сопки. Вальс навевал. Нам на фронте осенний сон. И, как друг фронтовой. Не забудется он. Вальс у костра. Где-то снова в тайге сейчас. И Ангара. Подпевает, волнуясь. И до утра. С нами сосны танцуют вальс. Пусть проходят года. Всё равно никогда. Не состарится вальс".
Вальс расставания. "Слышишь, тревожные дуют ветра. Нам расставаться настала пора. Кружится, кружится пестрый лесок. Кружится, кружится старый вальсок. Старый, забытый. Старый, забытый вальсок. Ты, совершая положенный путь. В дальнем краю это все не забудь. Эту реку и прибрежный песок. Этот негромко звучащий вальсок. Этот негромкий. Этот негромкий вальсок. Мы расстаемся, чтоб встретиться вновь. Ведь остается навеки любовь. Кружится первый осенний листок. Кружится в памяти старый вальсок. Юности нашей. Юности нашей вальсок. Волосы ветром сдувает со лба. Музыка эта - как наша судьба. Снегом слегка обжигает висок. Кружится в сердце тот старый вальсок. В сердце тот старый. В сердце тот старый вальсок".
Я была колхозным стипендиатом. Очень целеустремленный молодой человек из любого посёлка СССР мог поступить в институт. Получить место в общежитии. Если хорошо учился то получал повышенную стипендию. Всегда мог подработать на полставки. Социальные лифты работали потрясающе. Думаю, такого никогда не было ни в одной стране мира, как в СССР. В 1975 году я получила от колхоза Победа направление на учёбу. На очное дневное обучение. Это означало я взяла на себя обязательство по окончании вуза вернуться в колхоз. Я обучалась бы в учебном заведении за счет средств колхоза. Стипендия была 100 рублей. Это очень большие деньги для того времени. Врач получал 120 рублей.
Я поехала поступать на хореографию. Со своим танцем "Коробейники". На подготовительных курсах я увидела абитуриентов. Это были в основном городские девочки после балетных студий городских дворцов культуры. У них был очень высокий уровень подготовки. Я увидела что не дотянусь до них. И пошла забирать документы. Уже во второй раз. Первый раз был УрГУ. Мне не отдавали документы. Долго уговаривали. Ведь cтипендиатов колхоза в те годы в институтах очень поддерживали. Говорили вы пройдёте. Если хотите мы вам прямо сейчас поставим тройку. Я не хотела. Уехала.
Я уже дружила с Иваном. Bо время того поступления жила на квартире. У Ольги Дмитриевны Укариковой. Это мама Серёжи Укарикова. А этот Серёжа дружил в Надей Клешниной. Он был в колхозе на уборке. Они познакомились и хотели пожениться осенью. Когда Серёжа отслужит. Помню дружили у меня в клубе. Я им часто ключи давала. Этот Серёжа был из Куйбышева. Он узнал что я еду поступать в институт. Попросил меня взять с собой Надю. Что бы она до свадьбы пожила у его мамы. Ну мы и поехали вместе. Так я первый раз попала в Куйбышев. На улицу Севастопольскую. Это Кировский район города. Самый большой. Самый промышленный. Авиационный завод выпускал ТУ 154. Завод Прогресс "Союз". КМПО имени Фрунзе моторы для авиационной промышленности. Огромный завод Металлург выпускал алюминий.
Я тогда уеду назад в колхоз. Не останусь в институте. А Надя Клешнина останется там жить. Но тоже недолго. Ей не понравится жизнь в городе. И она уедет назад в посёлок. Не дождётся
