очень благодарна и учителям и детям. Что интересно, Гусаров ни разу не был в этой школе. Он её просто не замечал. 147 и ещё раз 147. Додик. Еськов. Еськов. Додик. Слышала я все годы. А я работала со школой железнодорожников. Я конечно сравнивала этих учителей с сагарчинскими. Это просто не поддавалось сравнению. Эти учителя любили свою профессию, свою школу, своих учеников. Как и Раиса Ильинична Белоусова. Но они были мягче и благороднее. Приветствовали всё новое и интересное. Потому так хорошо отнеслись ко мне.
Для защиты я взяла ленинскую тему. Величие Ленина. Бессмертие Ленина. За основу я взяла поэму Владимира Маяковского „В. И. Ленин". Тема Великой Отечественной войны занимала тоже важное место. Много ветеранов войны ещё были живы. Долго готовили оформление сцены. Музыкальное сопровождение. Такие большие тематические мероприятия я ещё не проводила. Мне просто Бог помог. У меня всё получилось. Никто не подвёл. Всё прошло чётко. У Гусарова были просто круглые глаза. Настолько величественным было моё мероприятие. Да в нём было много пафоса. Весь путь советского государства. Ho Страну Советов строили простые люди. Своими кровью и потом. Им я и посвятила свою работу. Конечно моя работа понравилась проверяющим преподавателям института культуры. Так просто мне оценку отлично бы не поставили.
Я сама была главной ведущей. Открывала вечер бессмертными строчками Маяковского. В голосе у меня просто звенела сталь. "Время...Начинаю про Ленина рассказ"... Потом мы чередовались со старшеклассниками. "Что он сделал кто он и откуда этот самый человечный человек". " Ленин и теперь живее всех живых." "Наше знанье сила и оружие". Это надо себе просто представитъ. Насколько всё было торжественно. И естественно. Зал полный народу. Празднично оформленнaя сценa. Мы же все были советскими людьми. Нам не надо было притворяться. Мы эти бессмертные стихи понимали и чувствовали. Для вставки о войне я взяла подвиг молодогвардейцев. Их отлично сыграли старшеклассники 98 школы. Конечно была сцена фронтовой землянки и песня "Вьётся в тесной печурке огонь". Только наш костёр был из дров. Внутри него мы установили вентилятор и лампочки. Языки пламени сделали из цветной красной бумаги. Получились замечательно. Из темноты зала наш костёр смотрелся настоящим с яркими языками пламени.
Один эпизод особенно запомнился. Я добавила часть стихотворения Самуила Маршака. "Убрать - сказал немецкий генерал. И бронзу переплавить приказал". Ребята из пенопласта и папье-маше сделали двa неплохиx монументa. Один, попроще без бюста Ленину, мы разбивали. На словах. "Убрать сказал немецкий генерал". Свет конечно приглушали. На фоне бессмертных стохов и величественной музыки по сцене разлетались курпичи основания монумента из пеноласта. Потом свет убирали совсем. На фоне музыки читался текст. "Ленин цел и невредим. И так же руку простирает к ним. Как прежде, руку простирает к ним. И говорит. Друзья, мы победим." Ленин живой и невредимый занимал почётное место в глубине сцены. Потом славили Партию. А как же. "Партия и Ленин близнецы-братья. Кто более матери-истории ценен. Мы говорим Ленин подразумеваем Партия. Мы говорим партия подразумеваем Ленин. В финале последним аккордом Славим Отечество. Сама читала эти заключительные строки. "Отечество славлю, которое есть. Но трижды - которое будет."
Кто был самым Главным зрителем на этом мероприятии. Конечно Лена. Она уже подросла. Больше года ходила в детские ясли. И уже старшую группу. Лена росла спокойным ребёнком. Я брала её очень часто с собой. И тогда конечно взяла. Не оставила с Валерой. Мне самой нужно было спокойствие. И оно у меня было в тот вечер. Уверенность и спокойствие. Лена сидела в первом ряду. Слушала внимательно как мама читает стихи о Ленине и о Партии. Рядом с ней были старшеклассники. На этот вечер пришла почти вся школа.
У нашго Дома Культуры были замечательные шефы. Cверхсекретные шефы. Куйбышевское конструкторское бюро автоматических систем Минавиапрома СССР. Сокращённо ККБАС. Эти авиаконструкторы постоянно проводили у нас свои совещания. Я видела этих умных людей. Помню они привозили с собой богатые буфеты. Даже нам немного доставалось. Совещания у них всегда проходли за закрытыми дверьми. Думаю именно для этих совещаний у нас в фойе были установленны приличный гардероб и буфетная стойка. По моему Дом Культуры и построили для них. Может поэтому Гусаров и не развивал активную клубную деятельность. И наш Дом Культуры практически пустовал. А в первую зиму моей работы он был закрыт совсем. У нас полетели котлы. Потому что котельную оставили старую. Рассчитали что мощности котлов хватит. Но не хватило. Котлы полетели. И новое здание не отапливалось.
Но мы работали. Сидели с обогревателями в маленькой комнатке на первом этаже. Как в бункере. Комнаты эти считались подсобными. В них не было больших окон. Лишь почти под потолком были узкие окошки-прорези. Потому у нас всегда горел дневной свет. Я с тех пор не люблю дневной свет. Гусаров приезжал время от времени. Говорил. Мне надо заниматься проектной документацией новой котельной. Как будто он инженер. А я была уже беременной и сидела там полный рабочий день. Я точно знаю что к нашей котельной был подключён соседний цыганский дом. Это не был дворец. Дом был одноэтажным. Но очень большим. Может потому старые котлы и не выдержали. Я знала хозяина этого дома. Он приходил к Гусарову постоянно. Тоже ждал новую котельную. Я видела что это был не простой человек. И у Гусарова с ним были дела. Не бесплатно же он разрешил ему подключиться к нашей системе отопления. Новую котельную с новыми котлами потом построили нам именно наши шефы ККБАС. Гусаров постоянно ездил к ним сам. Или посылал нашего завхоза. У Гусарова был личный завхоз. Вот так устроился человек.
Шефом ККБАС был Игорь Александрович Бережной. Конструктор авиационно-космической техники. Профессор. Доктор физико-математических наук. Главный конструктор ККБАС, Бережной, занимал высокое положение в Куйбышеве. Его прочили в секретари горкома партии. Но всё окончится одним февральским днём. Для ККБАС наступили сумерки. Сначала по обвинению в мошенничестве арестовали четверых подчиненных главного конструктора КБ. В конструкторском бюро Бережного вскрылись многочисленные махинации. И в них фигурировали подчиненные Игоря Александровича. Следователи утверждали, что Бережной не мог не знать об этих преступлениях. Главное систематические хищения этих материальных ценностей выявлены на протяжении 1977-1980 годов.
Из архива Самарского областного суда. "На протяжении ряда лет имели место хищения государственного имущества путём злоупотребления должностными лицами этого бюро служебным положением. При этом учёт товарно-материальных ценностей и финансовых операций осуществлялся с нарушением установленных положений; необоснованно списывались приобретаемые за счёт средств бюджета различные товарно-материальные ценности; в нарушение существующего законодательства зачислялись в штат предприятия по совместительству и на временные работы лица, которые, не вкладывая какого-либо труда, получали крупные суммы вознаграждений в виде зарплаты; необоснованно выплачивались средства за содействие рационализаторской работе; для проведения различных испытаний собственные и арендованные самолёты широко использовались для пассажирских перевозок и иных неоправданных вылетов, полётов в командировки, отпуска, для посторонних лиц; велось капитальное строительство неплановых объектов". Конечно сюда вошёл и ремонт нашей котельной. И отопление цыганского дома. Ведь за всё платило это ККБАС. По материалам следствия сотрудники секретного КБ в больших масштабах присваивали выделяемые для бюро товарно-материальные ценности. Главным образом советский дефицит того времени. От мебели и телевизоров до импортной кино и фотопленки. Думаю уж не они ли снабжали плёнкой "краеведа" Пейсаховича. Тот фотографировал и день и ночь. Арестованные подчиненные главного конструктора остались живы. А его самого убили. 4 февраля 1981 года.
Как писало издание "Самарское обозрение", Бережной находился в Москве в служебной командировке. Из столицы конструктора кто-то попросил привезти лекарства. И когда Бережной сел в машину и открыл коробку, взрыв разнес автомобиль на части. Тело убитого конструктора было настолько обезображено, что покойного хоронили в закрытом гробу. Об этом загадочном убийстве написаны многочисленные статьи в печатных и электронных СМИ. В конце 2017 года телеканал "Россия" показал документальный фильм-расследование "Бомба для главного конструктора". Однако никому из авторов этих материалов так и не удалось ответить на главные вопросы. Кто же все-таки заказал и убил в феврале 1981 года главного конструктора Куйбышевского конструкторского бюро автоматических систем Минавиапрома СССР Игоря Александровича Бережного.
По одной из версий, прозвучавшей в фильме от лица бывших конструкторов, работавших в ККБАС, заказное убийство было связано именно с незаконной деятельностью КБ. В частности, самолеты секретного предприятия часто использовались не по назначению партийной верхушкой Куйбышева. Если читать все публикации этого дела. Голова кругом. Люди пишут что сотрудники ККБАС закупались в Гостинном дворе в Ленинграде. Их туда на самолётах возили. Я точно знаю что когда убили Бережного, на территории ККБАС вывесили сиониcтcкий флаг. Я тогда впервые в жизни услышала слово сионизм. Интернета не было. Прочитать было негде. Люди говорили что Бережного просто украли и вывезли за границу. Символично что в связи с этим делом, имя Кирова упоминается трижды. Бережного убили на улице Кирова в Москве. Хоронили во Дворце Кирова. Hа проспекте Кирова в Куйбышеве.
Да. Tакие хищения. Ну и где же были наши "ПРАВДО-ДОБЫВАТЕЛИ" краеведы. Молчали тихо в тряпочку. Сам Пейсахович как и Гусаров очень тесно работал с шефами. Там воровали фотоплёнку. А Пейсахович вёл в школе фотокружок. Фотографировал бесконечно для своей экспозиции. Не думаю что он делал это на скромную зарплату учителя. Папа Пейсаховича шил одежду. А сын хотел стать военным переводчиком. Не взяли. Пришлось смириться с профессией учителя. Пейсахович прoработал в 147 школе 39 лет. В этой же школе работала его жена. Ему там конечно было уютно. Среди краеведов, поэтов, фотографий и музыки. Додик, как и его жена, не решали с детьми задач. Не писали диктантов и сочинений. Не проверяли стопки тетрадей каждый день. Додик любил классическую музыку. Много времени на уроках дети слушали музыку. В кабинете Пейсаховича была установлена свето-звуковая аппаратура. Думаю шефы помогли и с аппаратурой. У них там как раз хищения с аппаратурой вскрылись. Хорошо жил Додик. В ГДР ездил. Организовывал дружбу. Думаю опять же не за свой счёт.
В начале августа я подала заявление на увольнение. Довольно неожиданно для моего директора. Гусаров просто взбесится. Ничего себе на Север собралась. А главное ему придётся работать самому. Пока не найдёт другого человека. Но я была защищена советским
