Куйбышеве у меня подолгу будет жить мама. На постояное местожительство приедут Миша Федя и Аня. Федя и Миша женятся в Куйбышеве. Их дети родятся в городе на Волге. В Куйбышеве будет служить сын Тани Андрей. В лучшей клинике города спасут жизнь её единственной внучке Ксении.
Всей этой жизни у меня бы не было, если бы не Юра. После Валеры это было для меня большим счастьем. Муж не пил. Не курил. Слушался во всём. Помогал во всём. Приносил домой всю зарплату. А главное поднял на ноги мою дочь. Кузнецову Елену Валерьевну. Потому я его простила. За всё плохое. Что мы пережили в Германии.
Русских немцев Германия изменила в худшую сторону. Внешне вроде ухожены. А внутри ядовиты. Мои родственники жили в Куйбышеве. А его за 600 километров. И он не ездил к ним. Он не видел своих родителей по году. А Эмму по несколько лет. И не скучал. Он не хотел туда ехать.
Я бы никогда не разошлась с моим немцем. Если бы мы не уехали. Если бы не перeстройка. В Германии я выгнала Юру сама. Как и Валеру. С полицией. И больше не впустила его. Сменила замок в двери квартиры. Первые два месяца он будет приезжать время от времени. Сидеть на ступеньках в подъезде. Под дверью квартиры. Я не открою. Мне надо будет думать о детях. Я сама подам на развод. Но это всё будет потом. Последние годы жизни в Куйбышеве уже не были лёгкими. Чувствовалось влияние Соль-Илецка. Русские немцы постепенно доставали свои камни из-за пазухи. Решили что уже могут начинать отыгрываться за свою "историю" на русских людях. Таких как я.
В своей книге я называю родителей своего второго мужа берта и лёня. С маленькой буквы. Полное имя свекрови Берта Андреевна. А свёкра Леонгард Ефимович. Если моего дедушку по отцу звали Фёдор. То дедушку моего второго мужа по отцу звали Ефим. Мой дедушка руководил русскими плотниками. Мужиками. Которые шли по России с топорами за поясами. Их трудом, их руками, их талантом строилась деревянная Русь.
А дедушка Юры, Ефим, руководил мельницей. Мой муж рассказывал мне, что у них была мельница. То есть Ефим ничего не делал своими руками. Перемалывал всю жизнь зерно на жерновах. Принято считать, что Ефим это еврейское имя. У евреев издавна было принято давать второе имя, созвучное с оригинальным. Так еврейское имя Хаим имело дополнительный вариант Ефим.
На самом деле имя Ефим имеет греческие корни. По украински Ефим это Юхим. В детстве дедушку моего немцa звали Юхимко. Юхимко это украинскoe ласковое уменьшительное имя Ефима.
На территории Одессы и Одесского залива когда-то была расположена древнегреческая колония. В Средневековье территория Одессы находилась во владении различных кочевых племён. Печенегов. Половцев. Золотой Орды. Крымского ханства. Великого княжества Литовского. Османской империи. Кто только не завоёвывал эти земли. Села с разным этническим населением зачастую вели междоусобную войну.
По отцовской линии корни моего мужа из села-городка Яновки. Яновский район Одеской области. Так назывались родные места отца моего немца до 1946 года. В 1946 году Яновку назвали Ивановкой. А район Ивановским. Родное село отца и дедушки моего немца имеет богатую историю. Оно старше города Одессы. До 1858 года называлось Малобаранивка. В 1858 году это село-городок купил шляхтич Ян Лэмпер и городок стали называть Яновка. В 1946 году польское имя Ян сменило русское ИВАН.
В те далёкие годы это крестьянское местечко было преимущественно торговым. Из 1900 жителей земледелием занималась только треть населения. Остальные занимались торговлей и мелким ремеслом. По переписи 1897 года из 1900 человек более 1400 были евреями. В Яновке имелась одна православная церковь и две синагоги. Местная промышленность была представлена паровой мельницей и кустарным производством телег и фургонов.
Заселялись эти земли в начале 19 века и беглыми и крепостными и болгарскими колонистами. Именно здесь в Яновкe расположен национальный очаг болгар в Одесской области. А немцы-колонисты жили на Украине давно. Но особенно их численность резко выросла со второй половины 18 века. С высочайшего разрешения императрицы Елизаветы Петровны. Которая попросила немцев помочь развить земли Украины. Екатерина II продолжила такую политику. Призвала сельское население Германии переселяться на русские незанятые земли.
А русский царь Александр I вообще предоставил немцам-колонистам всевозможные льготы и широкие преимущества. Их земли освободили от налогов. Русским немцам-колонистам дали полное самоуправление. За короткое время колонии немцев достигли цветущего состояния. Население представляло собой зажиточный слой. Который резко выделялся среди нищающих татар. Количеством земли. Стадами скота. Вывозом хлеба.
Все немцы-колонисты были грамотны. Для продолжения образования они посылали детей в Германию. Относились с пренебрежением к соседям других национальностей. Отличались замкнутостью. Занимаясь по преимуществу зерновым хозяйством, немцы населяли исключительно степные районы. И места с плодородной жирной почвой. Здесь они составляют 40% населения.
Наступил бурный 20 век. Уже к 1903 году Яновку наводнили пришлые люди со всей округи. Повсюду орудовали шайки ворья и грабителей. Всё это обусловило социальную напряженность. Отмечаются крестьянские волнения. А во времена революции и гражданской войны добраться из Яновки в Одессу вообще было сложно. Рядом в соседнем Севериновском лесу орудовали бандиты.
Грабившие всех без разбору на протяжении 75 километров от Яновки до Одессы. Яновка и Севериновка это соседние между собой сёла. В годы Гражданской войны эти места стали излюбленным местом самогонщиков и спекулянтов. Об этoм в своей приключенческой повести "Зелёный фургон" напишет писатель Александр Козачинский.
"Летом 1920 года население местечка Севериновки, Одесского уезда, с нетерпением ожидало нового начальника районного уголовного розыска. Севериновка в те годы была пыльным торговым местечком, с домами из желтого известняка и глины, с базарной площадью и рядами крытых рундуков на ней, с разрушенной экономией графа Потоцкого, церковью, киркой и синагогой. Процент самогонщиков и спекулянтов среди жителей местечка в те времена был настолько велик, что уголовный розыск являлся наиболее посещаемым и влиятельным учреждением в Севериновке…Еще никому из прежних начальников не удавалось надолго задержаться в Севериновке, а последний вынужден был исчезнуть, не успев даже справить себе желтых сапог на высоком каблуке и белой козловой подклейке, с носком „бульдог“, подколенными ремешками и маленьким раструбом вверху голенища. Ни в Яновке, ни в Петроверовке, ни в Кодыме, ни в самой Балте таких сапог шить не умели. Севериновцами было замечено, что этот фасон притягивает к себе начальников с такой же непреодолимой силой, с какой сказочного короля притягивала рубашка счастливого человека. И севериновцы умело использовали магическую силу желтых сапог. Как только в уезде узнавали, что очередной начальник не смог противостоять гибельной страсти и принял в дар желтые сапоги, его вызывали в Одессу, выгоняли из розыска и отдавали под суд за взяточничество. Новый начальник приехал в жаркий июльский день, когда Севериновка казалась почти безлюдной. Горячий ветер перекатывал по базарной площади вороха упавшей с возов соломы, улицы курились пылью, все было накалено и высушено до такой степени, что никого не удивило бы, если бы местечко, шипя и дымясь, начало тлеть. И если этого не случилось, то только благодаря тому, что раскаленное местечко охлаждала зыбкая топь, никогда не просыхавшая в центре площади, вокруг водопоя."
Александр Козачинский был не только журналистом и репортёром. Он был одновременно милиционером и налётчиком. Этот писатель-москвич, сын дворянина, инспектор уголовного розыска 3-го района Одессы, oрганизовал банду. B которую входили немецкие колонисты и бывшие белогвардейцы. Банда насчитывала свыше 20 человек. Штаб банды находился в посёлке немецких колонистов Люстдорф.
Жители этого немецкого поселения не приняли советскую власть и оказывали поддержку бандитам. Александр Козачинский спас от тюрьмы немца-колониста Георга Фечь. Георг познакомил писателя-милиционера с известными уголовниками Бургардтом и Шмальцем. Бургардт и Шмальц тоже немецкие колонисты. Вот с этими крутыми ребятами Александр Козачинский лично планирует и возглавляет разбойные нападения на районные конторы, поезда и зажиточных хозяев. Он пользуется большим авторитетом у бандитов и местного населения. И особенно у женщин.
Лучшим другом Александра Козачинского был Евгений Катаев. Написавший известные произведения "12 стульев" и "Золотой телёнок". Писатель Катаев издавался под псевдонимом Петров. Евгений Катаев спасёт грабителя-милиционера от большого тюремного срока. Именно Катаев уговорит Александра Козачинского написать книгу о тех событиях. "Зелёный фургон" выйдет в 1938 году и будет иметь оглушительный успех.
Так описание родных места отца и дедушки моего немца попадут в ивестную книгу. И Козачинский и Катаев умрут не дожив и до 40 лет. Немецкие колонии сильно пострадали от коллективизации. В экономическом отношении. А после Великой Отечественной войны изменился и национальный состав сел Яновского района. Сюда массово "подселили" уроженцев Западной Украины.
Немцы строили все колонии по традиционному образцу. В центре церковь. Школа. Здание управы. В поселках колониях работал театр. Который ставил пьесы на нескольких языках и успешно гастролировал. Построенные немецкими колонистами дома можно увидеть во многих селах и городках юга Украины. Хоть и в руинах, но в Яновском районе все же сохранился самый первый католический костел юга Украины. В самой Яновке сохранилось множество дореволюционных построек. В которых жили зажиточные хозяева и купцы. Крытые черепицей крыши напоминают о прежних хозяевах. На месте синагоги сейчас пустырь. Сегодня время здесь действительно замерло. Безводнaя степь. А над дорогой между Яновкой и Севериновкой высятся остатки ветряной мельницы. Может когда-то принадлежавшей семье лёни...
В 300 километрах от этих мест в устье Днепра на правом берегу Каховского водохранилища раскинулся небольшой городок Берислав. Сегодня в этом городке
