Психологический хоррор. Старый новый год.

квартире. Несколько семей делили общие помещения. В истории страны это было нормально.
Летом Люся  окончит техникум. Придется съехать из общежития.
Молодого специалиста ждут в библиотеке. Работодатель обязан предоставить жилье. У Люси острой нужды в жилье не было.
Ночами Люся плакала. Что делать дальше, не знала. Вернуться к родителям не могла.
Неожиданно отчим и мать отравились угарным газом. Люсе было жаль маму. За последний год мама устала, почернела. Может всё случилось вовремя… «Упокой, Господи, её душу».
- Ты их отравила? – Догадалась Люся.
- Всё было непросто. Вначале я купила мышьяк. Без него кто-то мог очнуться.
- Я не желала им смерти. Меня допрашивал следователь.
- Конечно. Процедура такая. А меня допрашивал психиатр. Без моего согласия проводили электросудорожную терапию. Это больно, Люся. Вводили под кожу антипсихотические препараты.
- Я не была в курсе.
- А я не жалуюсь. Рассказываю, что я вытерпела. В стойкой ремиссии явилась ты. У тебя нет сильного душевного переживания. У тебя нет даже большого жизненного опыта. Они задыхались, а я на них смотрела.  Кто ты такая, чтобы меня игнорировать? –  У второй Люси были страшные глаза. Вторая Люся наказывала преступников за совершенные ими действия. За изнасилование – смертная казнь. За покрытие насильника – смерть. Авторы жестокого обращения должны ответить.  
- Нельзя было карать мать. Она же – мать. Она сделала для нас много доброго.
–  Ты не разбираешься в людях. Ты в ловушке представлений. – Танцовщица решительно перешла в наступление. - Я – сверхъестественное существо. Я наделена волей и разумом. – Её гордыня не знала границ. -  Я – победитель страха. Я адаптировалась после жестокого насилия. А в комнате живешь ты. Пользуешься всем, что я добыла и  не выпускаешь меня танцевать!
- Я не знала о тебе, пока не попала в лабиринт. – Люся совершенно не ожидала познакомиться с собой. - Из лабиринта есть выход?
- Из диссоциативного расстройства идентичности нет выхода. Наши половинки тесно связаны.  – Её правильные черты лица стали выражать радость. - Скоро цыганский новый год. Хозяин лабиринта будет выбирать невесту.  Нас ждут драматические события.
- Почему?
- Скоро узнаешь. Держись за меня, подружка. Я буду опираться за стену.
Впереди показалась тонкая полоса света. В свете стоял жених. Чудище в мужской одежде. Майка-алкоголичка, тренинги с оттянутыми коленками. На голове – корона.
Начались смотрины. Чудище почесывался. В его шерсти водились насекомые.  
- Вас тщательно отобрали. Никто не попал на смотрины случайно. – Чудище желтым ногтем ткнул в первую девушку. Его ноготь был обкусан. У чудища были нарушения психологического характера. Чудище был недоволен методами работы чёртового учреждения. В заведении было много проблем. От жара кожа старых чертей сильно воспалялась. Старые черти просились на пенсию. Учреждение не могло себе позволить пенсионное обеспечение. При разбивке нераздельного пространства на верхний мир и нижний мир, не была предусмотрена социальная защита чертей.
– «Симпатишная». – Потянул чудище. – Пережила длительное эмоциональное напряжение. Получила стойкий невроз. Да?
- Да. – Согласилась девушка. – В детстве я разделила родительницу на двух мам. Одна мама была красивая. У неё был розовый рот и зеленые глаза. Красивая мама делала прически. Красивая мама любила ходить в парикмахерскую. Утром на кухне красивая мама готовила вкусные завтраки. Другая мама была страшная. Дергала конечностями. Выгибалась в дугу. На её белых губах скапливалась грязная слюна. Она постоянно закатывала скандалы. Била. По лицу. По рукам. Угрожала ножом. Унижала при других. Вторая мама была ведьма.
- Сущий ад.
- Я похоронила хорошую маму.
- А куда делась ведьма?
- Приходит в кошмары и не дает покоя. Я никак не могу выбраться из страшных снов.
- Я избавлю тебя от страшных снов. – Пообещал чудище. – Ты подсознательно меня искала. – Чудище настаивал:
- Ты сама меня позвала. Мы – идеальная пара. Девочка, которую избивала мама в детстве, выбирает агрессивного партнера.  
Возник белый пар. Распространился по всей поверхности. Девушкам стало жарко. Чудище, напротив, задышал легко. Его организм укрепился. Результат был великолепен. Без усилий чудище разбрызгал слюну по девушкам. Продемонстрировал, кто главный. Подтвердил статус хозяина.
Из пара вылезла красная голова без глаз. «Оставляем её?» Спросила голова.
«Хороший вариант».
«Семь петухов привезли семь невест. Посмотрим всех?»  
«Семь идеальных невест. Число семь принесет мне счастье. У меня семь отверстий в голове. Я – мужчина».
Вторая девушка выросла в детском доме. Была не социализированная. Лживая и не уравновешенная. С неадекватным поведением.  С диагнозом «психопатия».
Чудище лизнул её большую грудь. Хозяйка грудей рассмеялась.
Советский Ленинград был ни только центром культурной жизни. Ленинград развивал торговлю.  С 1950-х годов в Ленинграде были построены крытые рыночные залы.
Неподалеку от общежития находился крытый рынок. В павильоне рынка размещались мясные, молочные, овощные и фруктовые ряды. Если бы у Люси были деньги, купила бы всё! И сметану! И сыр! И помидоры!
В день выдачи стипендии Люся приходила на рынок. Разговаривала с торговками. Слизывала сметану с бумажек. Каждая здоровая хозяйка предлагала Люсе «пробник». Больных на рынке не держали. На рынке соблюдали санитарные правила. Рынок пользовался большим успехом у знатных горожан. На крытый рынок приходила публика: ученые, артисты,  адвокаты, военные в чинах.
Военных в городе было много. На рынке их было видно издалека. По выправке. Военные выбирали лучшие фрукты и овощи. От «пробников» брезгливо отворачивались.
А Люся лизала и причмокивала. И всегда хвалила хозяйку. Ни разу ничего не купила. Ни сметану, ни творог. Торговки знали Люсю в лицо. У прилавка Люся охотно рассказывала, что она сирота.
На рынке Люся покупала яблоки. Два или три. Предварительно тщательно рассматривала. Нюхала. Если бы позволили лизнуть, сделала бы так. На рынке запрещалось лизать яблоки.  
Люся любила красные яблоки. Раз в месяц ела их в комнате, пока девочек не было.  С большим нетерпением ждала следующего месяца. Времени не теряла, а проявляла себя по-комсомольски. Раскрашивала рефераты, писала плакаты, сочиняла сценарии для КВН. Всё ради яблок. Только на рынке были вкусные и сочные яблоки. В магазине хоть сетку купи, половина сразу выбрасывается в мусорное ведро. Остатки  – кислятина. Яблоки из магазина можно нашинковать. Выложить на смазанный противень и выпекать тридцать минут. На этаже, где жили девочки, духовки не было.  Только у мальчишек, этажом ниже. Мальчишки ни лыком сшиты:  брали плату. Цена была слишком высокая. Девочки рано рожали.
Вначале из кислых яблок Люся варила компот. Невкусным компотом угощала соседок-девчонок. Быстро поняла, что дело не прибыльное: ни себе, ни людям.
У чудища была жалкая жизнь. Чудище страдал бессонницей. Смотрины продолжились.
У третьей девушки была тяга к смерти. Третья девушка наносила себе парезы, тщательно обдумывая самоубийство. Мир для неё стал враждебным после разрыва с родителями. Пьющих родителей лишили родительских прав. С покалеченной психикой трудно заводить друзей. С навязчивыми идеями жить сложно. Лучше умереть.
- Заниженная самооценка. – Чудище игриво куснул девушку за ухо. Из уха потекла кровь. – Некрасивая, тебе нужна помощь. Я помогу тебе.
- Как?  
- В аду есть пластический хирург. Ты – идеальная жертва. Мы будем играть в доктора долго. Целую вечность.
Чудище был равнодушен к чужим чувствам. Чудище был социопат. В аду его личность настолько расстроилась, что он легко использовал души людей в корыстных целях.
В аду у чудища были проблемы в общении с себе подобными. Чудище срывался на подчиненных. Сшибал им рога. Прикручивал хвосты. В аду чудище посещал местного психолога. Психолог посоветовал чудищу жениться. «Найди девочку. Колоти её. Управление гневом – непростая задача. Сжигая адреналин, перестанешь ругаться с чертями. Станешь хозяином над своими аффектами. Начальнику положено быть сдержанным. Подчиненные уважают уравновешенных».
Психотерапевт дело говорил.
Проблема была: выбрать день для смотрин. Возможность выходить наружу появлялась редко. Дверь возникала и открывалась в особые дни.
Неожиданно подвернулся цыганский новый год.
У четвертой «невесты» была черепно-мозговая травма. При плохом родительском надзоре получила травму ещё в детстве. Железные качели рассекли голову. Пятую «невесту» в школе не любили сверстники.  Одноклассники издевались над ней. В школе девочка были изгоем.  Шестая «невеста» страдала биполярным расстройством. Седьмая «невеста» подверглась жестокому обращению.
Девушки закончились.
«Восемь! Их восемь!»  
Голос чудища изменился и стал похож на истеричный голос продавщицы молока.
«Где тара? Девочка, где твоя тара? Куда я налью? На вас всех в магазине банок не хватит!»
«Восьмая всё разрушит». Кричал чудище в белый пар.
Тотчас из белого пара полностью вылез тот, у которого не было глаз. Сам лично пересчитал девушек. С одной вошел в перепалку. Залез лапами меж её ног. Оскалился.
Перед хозяином согнулся пополам. Плюнул на его босые ноженьки. Суконным пальто натер предметы на пятках. Копыта чудища заблестели, как новенькие.
«Самую неблагоприятную спустим по лестнице вниз». Бойко пообещал.
«Какую из них?»
«Эту. Девица слишком задумчивая, спокойная. Жди неудач от библиотекарши».
Ткнула пальцем в Люсю. В животе забурчало.
У цыганки не было холодильника. Лучше бы старуха хранила голубцы в холодильнике.
Люся проснулась.
За окном испуганно кричал петух. Петух был крупный. Шел ему шестой год. Хозяйка была им недовольна. Его активность снизилась. Петух наотрез отказывался топтать кур.
Хозяйка свернула петуху шею.
Автобус в Ленинград уходит рано утром. Нельзя было не успеть на него. Пошли пятые сутки со дня смерти Антона.
«Спасибо, тетя Роза. Я верну долг».
Цыганка вспорола петуху брюхо. На калоши старухи сначала закапала, а потом тонкой струйкой потекла кровь.
«Иди с Богом, девочка».
Люся побежала.
Остановку замело. Люся встала валенками в горку белого снега.
Из-за поворота выехала желтая машина. Из машины вышел цыган.
«Его не будет сегодня».  Золотые зубы засверкали.  
«Кого?»  В жизни Люся не видела столько золота.
«Водитель пил всю ночь. Нельзя ему за руль. Я в Ленинград».
«Довезете до Ленинграда?»
«Нам по пути».
В машине повсюду были иконки. На панели машины. На лобовом стекле. На солнцезащитном козырьке. Цыган верил в силу иконок. Защитят от несчастного случая.
Иконки не отвлекали цыгана от дороги, лишь Люся. Девушка была в причудливых завитках.
Утром Люся забыла причесаться и выскочила на улицу. Глядя на кудри во все стороны, цыган улыбался.
Когда Люся была маленькой, бабушка ходила в церковь. Там ей становилось спокойно. Как-то взяла Люсю с собой.
Быстро в церкви маленькой Люсе стало скучно и она вышла на улицу. Деревянная церковь стояла у кладбища, у покосившихся ворот. В церкви отпевали сельских. Хоронили их на местном кладбище.
Шла вторая неделя после Пасхи. На могилках, на чистом снегу лежали яйца, куличи  и сладости.