Александр
Барсуков
Страна
сказок-824
("Письма в никуда"-824)
2022-2024
ПИСЬМО В НИКУДА-8231,5-8234
18 декабря 2024 года. Микс про гвардейцев. К.
ПИСЬМО В НИКУДА-6964-6966,5
8 августа 2022 года. Ужасный триллер про девушку, у которой не было верхней части туловища! Одна ж.па в белых штанах бегала!
Ладно, ладно: зловещая сказка, но не до такой степени. Сказка про Миледи Здвинтер и гвардейцев Кардинала.
Была ли у Миледи верхняя часть тела? Или её ж.па в юбке повсюду бегала так?
Не знаем! Вероятно, чего-то такое было, иначе нахрена гасконцу за ней ухлёстывать? Дерьмо это будет, а не Любовь до гроба.
До гроба, так как Миледи-то сведёт д,Ратаньяна в гроб. Как-как! Или пырнёт его острым кинжальчиком, или напоит отравленным вином!
То есть, ещё гадюка кусается, так как у неё не вырвали жало.
Вырывать-то придётся Отозу! Который, вообще говоря, её суженый-ряженый, Судьбой привязанный. Её бойфренд, её дрищ, то есть, шнырь!
Самим Господом обещанный и предоставленный. Это нынешние девушки называют его шнырём, а раньше за подобные вещи сжигали на костре как ведьму!
Всё было не просто так. Если тебе дрищ имя - имя крепи дрищами своими!
И вот этот самый Отоз, этот шнырь, говорим мы, поднял руку на самое святое - жену!
Ах, зачем мне это небо и эти звёзды, если рядом нет жены? Или так: но темнота её мне одному не нужна! Темнота ночи.
Вот под покровом этой самой темноты любимчик Отоз и прокрался в усыпальницу Миледи!
Так как она там спит. Это ж вам не Тутанхамон. Тут всё произаичнее.
Тутанхамон далеко, в Африке, а тут - Хранция с хранцузами.
И говорит такой Отоз: "Я ужас, летящий на крыльях ночи!"
Понятно? Темнота ему нахрен не нужна, а остаётся один ужас ночи!
А Миледи говорит: "Приди же в мои объятия, муж мой Отозик!"
А Отозик, может, не в настроении. Вырывать жало в настроении, а приходить в объятья - увольте.
И говорит: "А! Так ты ещё кусаешься, гадюка?"
"Кусаюсь, кусаюсь, касатик! Как не кусаться?"
Гоню, касатик, гоню!
"Так ты ещё и гонишь?!" - заорал Отоз.
Конечно, гонит: где она возьмёт столько отравленного вина? Скажем больше: первача.
"Гоню, милый, гоню! Но всё это ради нашей Любви! Отозик, вспомни: ведь я любила тебя!"
У Отоза начали плавиться мозги: "Не помню! Башкой вниз упал: тут помню, тут - как отрезало!"
"Чёртов гасконец!" - сказала Миледи. - "Это из-за него ты ничего не помнишь! Это он тебя сбросил вниз башкой!"
"Ну он! Но это сути-то не меняет!"
"Ещё как меняет! Я ему щас специально нагоню такого первача, что он сдохнет, как собака! Бесчестный, бесчестный человек!" - сказала Миледи. - "Я тебе не рассказывала, как он овладел мной, одевшись женщиной?
Расскажу. Сижу я такая дома одна, скучаю!
Как является такой почтальон!
А у меня такие огромные буфера!
И почтальон взял меня!"
"Чего-то ты не то рассказываешь!"
"Я-то всё то рассказываю. Не отошла я ещё после почтальона, как является "подружка дикой природы" с печеньем с кокаином!
Я сразу подумала: "Не подружка это! А мужик! Груди нет ни фига, ноги волосатые! Вероятно, гасконец! У всех в Гаскони такие ноги!"
А он мне говорит: "Купи колготка или печенька!"
Я говорю: "С кокаином! Увольте!"
А он: "Впустите меня: не пожалеете!"
Ну да: впустите его!
Куда? В лоно?
Ну я и будь дура - впустила!
Так д,Ратаньян надругался надо мной!
Я потом ходила в офис "подружек", там мне говорят, что печеньев больше не пекут со времён Она!
Я им говорю ещё: "Со времён Онона?"
"Нет, говорят, Она! И вообще, печь подобные кокаиновые пирожки антиобщественно!"
Ну и поняла я, что стала жертвой мошенника! Даже от ужаса моя грудь большая стала сдуваться! Да ты и видишь: почти сдулась!"
"Да! Вижу! Ты плоская, как доска!" - сказал Отоз. - "Но это ещё не повод ненавидеть моего друга д,Ратаньяна!"
"А какой, какой ещё тебе нужен повод? Снова приходил почтальон: так он даже не взглянул на меня!
Как будто теперь я не его жена, а Фротака! Как будто, я ему изменила!
Я, конечно, изменила, но не с дураком Фротаком, а с подружкой! Это что, криминал такой, что ли?"
"Ну не знаю!" - сказал Отоз. - "С дураком Фротаком я бы и сам не прочь изменить.
Фротак так сексуален! На женщину он очень похож и знает это. Он секси унд он ноу ит!
Да с этим Фротаком переспал уже весь наш полк гвардейцев! Мало того: мушкетёров! Так что уж если кому и винить тебя, то это почтальону, а не мне!
Хотя, конечно, гадюка, если ты отдашь мне весь свой запас туалетной бумаги, то жало, конечно, у тебя будет вырвано!"
"Задолбал ты меня уже этими своими "конечно"! Ни черта я тебе не отдам! Сам себе накупи!" - сказала Миледи.
"Ну тогда молись, красная жаба! Я насажу тебя на шпагу вместе с твоими плоскими грудями!" - заорал Отоз!
"Блин! Старый кретин! Ты ещё не видел моего кинжальчика!" - сказала Миледи.
"Да видел сто раз! Я им квасил капусту и совсем затупил!" - сказал Отоз и сделал выпад шпагой!
Чуть, кретин, не проткнул Миледи!
"Идиот Царя Небесного!" - сказала она. - "Ещё немного, и поранил бы меня!"
"А ты что хотела? В этом и состоит идея фехтования, что кто-то кого-то ранит!"
"Тогда я щас покажу тебе идею огнестрельного оружия!" - сказала Миледи и показала револьвер!
От подобного гасконец уже раз скатывался в карьер! Это случилось той памятной ночкой, когда он переоделся "подружкой".
Дура Миледи, ни в чём не разобравшись, принялась палить по нему!
Дура! Чуть не лишила его потомства! Не отстрелила хехъ!
А он хотел и в 67 лет так, чтобы не ослабевала потенция! То есть: "В 67 хехъ как заводной!" Ну, если к этому времени у него будет молодая жена, которая ещё чего-то хочет. В любом случае не Миледи.
"Ладно!" - сказала Миледи Отозу. - "Я тебя полюбила: я тебе скажу! У меня как у всякой женщины бывают ночные протечки!"
"Понятно! Так вот, значит, почему тебе не нужна и ни к чему ночная темнота! Ты боишься протечек!"
"Ну, боюсь - это сильно сказано, так как меня защищает прокладка на каждый день "Весёлый молочник-протечник"!" - сказала Миледи.
"А! Молочник! То-то, я смотрю: у тебя из трусов видны мужские усы! Это его!"
"Балда! Это прокладки с усиками! Ты думал: только презервативы с усиками?"
"Я уже ничего не думал! Все вы, женщины, сплошная загадка! Я бы больше сказал: извращённое состояние материи!" - сказал Отоз.
"Ты поосторожнее с материей! Ведь я могу и обижаться!" - сказала Миледи. - "Конечно: у нас нет хехъ, зато у нас - бомба! Все фитили у вас!"
"Дура!" - сказал Отоз. - "Я тебя щас как этим фитилём!"
"Но-но, парниша! Сначала купи мне кольцо! Потом ситечко и тушкана! А уж потом поговорим о красном спортивном коне! Да ладно: расслабься! Я же смеюсь! Запомни, урод: я не продаюсь!" - сказала Миледи.
"А жаль, жаль!" - сказал Отоз. - "А то бы я тебя живо купил за копеечку."
Тут пришёл д,Ратаньян. Лёгок на помине. Кто его звал? Кто ему рад?
"Отоз! Не смей убивать мирного жителя-заложницу!" - сказал он.
"Да посмотри на неё повнимательней! На ней же клейма негде ставить!" - сказал Отоз.
Миледи оголила плечо с клеймом.
Гасконец тупо уставился на лилию: "И всё равно она мирный житель! Отпусти её!"
"Ты ещё пожалеешь!"
"Конечно, пожалею! Вот только, выпью этого прекрасного вина!" - сказал гасконец.
"Пей, пей, дорогой!" - сказала Миледи.
"Не советую тебе это пить! Посадишь почки и печень. О мозгах вообще не говорю. Да и отравленное это вино!" - сказал Отоз.
"А всё-таки, за прекрасных дам я пью и здесь, и там!" - сказал д,Ратаньян. - "Даже, если дамы ты профуры, а вино отравленное! Всё равно пью!"
А у тебя же, Зин, приятель был с завода шин! Так тот ваще хлебал бензин: ты вспомни, Зин!
Ну да. Но всё же за милых дам! Бензин там или нет.
"Пей, дорогой!" - повторила Миледи.
"Блин! Достал!" - сказал Отоз и прострелил бутылку!
"Пардон, мадам!" - сказал д,Ратаньян. - "За вас я лучше выпью бензин!"
"Чёртов эпилептик!! Даже прострелить нормально не можешь! Ты должен был разбить стакан! Кретин! Где я теперь хорошего яда достану?" - заорала на Отоза Миледи.
"Миледи, несомненно, права!" - сказал гасконец. - "И ты, конечно, кретин каких свет не видывал! Не дал мне выпить за милую даму!"
"Ты знай себе хлебай бензин или вяжи шапочки для зим! От твоей скучной образины сдуреешь, Зин!" - сказал Отоз.
"Это кого это ты только что назвал Зиной?" - спросила Миледи. - "У тебя с ней что-то было?"
"А тебе какая разница?"
"Большая разница!" - сказала Миледи.
"Слушай, не лезь не в своё дело! Отравляешь вино: отравляй, но Зины своими грязными граблями не касайся!" - сказал Отоз.
"А что, у неё грязные руки?" - спросил гасконец.
"Ещё спроси: с училища ли она? Ещё какая сучилища!" - сказал Отоз.
Миледи лихорадочно вытирала ручки.
"Все в крови невинных жертв!" - сказал Отоз. - "Ну или в дерьме! Туалетную бумагу-то я у неё стибрю! Погрязнет в дерьме!"
"И всё же, - сказал гасконец, - по виду она прекрасная дама, хоть вся и в дерьме!"
"Зенки протри!" - сказал Отоз. - "Миледи! Хватит вытирать дерьмо! Иди к нам на бл.дки! Быть может, может, я тебя продам этому дураку в сексуальное рабство, раз ты такая прекрасная!"
"К нему? Уволь! Это ж бесчестный человек!" - сказала Миледи.
"А ты вся в дерьме: будете сладкой парочкой!" - сказал Отоз.
"Я даю за неё золотой!" - сказал гасконец.
"Да подожди ты со своим золотым, любезный друг!" - сказал Отоз. - "Ты чего-нибудь слыхал о свингерах? Я отдам тебе её даром! Если, конечно, ты отдашь мне тоже даром свою жену!"
"Мою жену?" - затуманился д,Ратаньян. - "Квитанцию, что ли? Даже не знаю! Я ведь ещё и сам не наигрался толком её прелестями!
Постоянно сидит в монастыре! Конечно, дура дурой, но что скажет товарищ Боженька?"
"Боженька согласен!" - сказал Отоз. - "Решено: забирай Миледи и веди сюда Квитанцию! Уж мы посмотрим, как она изголодалась в своём монастыре по мужскому упругому телу!"
"Веди-веди!" - пробормотала Миледи. - "А мы ей пилюлю-то подсластим! Неотравленной она отсюда не выйдет!"
"Я бы, конечно, её привёл! Но она скрывается от этой мирной жительницы, этой заложницы!" - сказал гасконец. - "Отравит она её!"
"Я? Да как вы можете, как вы смеете? Меня возмущает подобный оговор!" - сказала Миледи.
"Оговор? Да?" - гасконец поднял за лапу труп хомячка Хомы. - "Это всё ты! Ты - хомячья Смерть в балахоне!"
"Да он сам подох!" - защищалась Миледи. - "Просто он всё хотел научиться летать и выпрыгивал из окна! Ну и долетался! А труп его здесь, потому что мне в лом переть до крематория!"
"Это был непростой хомяк! А заслуженный!" - сказал д,Ратаньян.
"Да!" - подтвердил Отоз. - "Однажды я засосал его в пылесос! Ну, думаю, всё: п.здец!
Ан нет! Хома выжил. Но столкновения с Миледи не пережил: она пострашнее пылесоса будет!"
"Эта тварь нагадила мне на лифчики! Знаете в чём я сейчас тут с вами болтаю? В загаженном лифчике!" - сказал Миледи.
"Это твои проблемы, сестрёнка!" - сказал д,Ратаньян. - "Откуда я нахватался таких слов? С каких это пор она мне сестрёнка? Мне, гордому гвардейцу Кардинала?"
"Хорошо, прохиндейка!" - сказал он снова. -
