Александр
Барсуков
Страна
сказок-820
("Письма в никуда"-820)
2022-2024
ПИСЬМО В НИКУДА-8191,5-8194
16 ноября 2024 года. Микс про Чеки. К.
ПИСЬМО В НИКУДА-6939-6941,5
9 июля 2022 года. Сказка про отважного Чеки Джана, грозу всех якудз.
Ему же что якудзы говорят?
"Мы, говорят, тебе отрежем шары! Привезём, грят, в пустыню и отрежем! Ты пожалеешь, что на свет родился!"
С тех самых пор Чек стал бояться пустыни. Ну и потерять шары, соответственно.
Они разве для этого повешены, чтобы их так резать запросто? Для этого? Боженька для этого их создал?
Ну понятно, для чего: трахать женщин!
Может, немного мужчин. Ну или рогатый скот. Собачек разных и трупы.
Но не отрезать же! Как трахнешь собачек и трупы, если шары отрезаны? Никак!
То-то и оно. Так что Чек поклялся самой страшной Клятвой ("Пусть меня заберёт Бабайка!") мстить якудзам за моральное надругательство над собственным внутренним ребёнком!
Если ты щас не уйдёшь, то я надругаюсь и над тобой! И над внутренним ребёнком.
Что, ваще, будет за ребёнок такой без шаров? Кастрат он будет! Или девочка!
Ну, скажем, до девочки-то Чеку ещё ползти и ползти, не всё так просто делается. Тут нужны гормоны, стероиды, ну, чтобы грудь выросла!
Хотя, конечно, Чек бы никуда не смог деться от своего члена! Это про трансгендеров так говорится. От члена-то Чека спасли бы якудзы.
Итак, Чек сидел на своей китайской кухне и напряжённо соображал: "Вот я тут сижу, соображаю, а якудзы в это самое время пришивают моей девушке Мздяо член!
Ну, отрезали у кого-то, стал он им лишним - и на тебе! Нормально это?"
Ну не знаем! Мздяо, может, всю свою недолгую девичью жизнь мечтала быть с членом! Может, она пацанка была?
"Да какая она, нахрен, пацанка?" - подумал Чеки. - "Дура - может быть! Стерва, язва, зас.анка, но не пацанка!
Хотя, конечно, сплетенки последние распространяла и в моих чулках за шампанским гоняла!
Всё сходится! Это не Мздяо была! Это Вася-Василёк, чей василёк от моей василиски далёк!
Ох, как бы я тебя, родной, любила, если б с х.ем родилася!
Подождите-подождите! Но я таким и родилася! Да! Всё правильно! Надо было бы, конечно, женские чулки-то у него пооборвать, чтоб гонял за пивом в штанах!
Ладно! Потом пооборву! Сейчас важно другое: Василёк этот в лапах якудз!
Ну понятно: освобождать его мне в облом, пусть этим занимается Красная Армия!
Чукчей-то этих, лишенцев, освободила из лагеря Смерти!
Жрать, конечно, надо меньше! Все с заворотами кишок!
Васильку тоже не надо ничего давать: лопнет!
Хорошо, но какова моя миссия? Я так и буду смотреть со стороны, как он жрёт овсянку?
Ладно, ладно! Я подойду такой, хлопну его по плечу и скажу: "Давай овсянку, товарищ дорогой! Давай овсянку, товарищ мой!"
После этого всё сам сожру. Можно не опасаться: овсянка мне безвредна."
На том и порешил.
И вот части Красной Армии вторглись в Гонконг!
Все узники, конечно, вопили и в воздух чепчики бросали!
Не избежала этой участи и Мздяо. Да и Чеки бросил бублик вверх, и тот повис на гвозде. Больше Чек этого бублика не видел.
Потом он свалился на голову мистера Бублика!
Мистер Бублик пришёл такой: "А чего-то, мой котик хромает!!"
Чек ему ещё говорит: "Так, значит, надо сделать ему укол! Или два! Что ты, вообще, Бублик, можешь?"
Бублик говорит: "Ересь! Всемогущий Бублик всемогущ!"
Ну и Чек настучал ему по почкам, так как не родная дочка.
Бублик сдулся и опал на пол кучей жира!
Да ещё сверху на его голову упала балка! Это она с тех пор еле держалась, как отважный Чеки делал зарядку и продырявил весь потолок харчевни.
Харчевня называлась "У Грубого Готлиба"!
Ну, Готлиб-то такой тяпнул для храбрости рома и заорал, что всё воняет как после мужика! И ещё кое-чего, что повторять не надо, что повторять нельзя.
Чек подумал: "Грубый Готлиб, а выражается, как свинья! И этими губами он целует свою маму!"
Ну, Готлиб, конечно, целовал не только маму, но и всех шлюх. А мама объелась груш и мыла раму.
Наконец, одна из этих шлюх пришла к Готлибу: "Готлиб! Все вас знают, а я так вижу в первый раз!"
Готлиб не поверил: "А это не ты ли была: напивалась пьяная и шла в номера?"
"Да! Это я! Но я тебя не замечала. Думала: "Этот перец не для меня!" Но теперь я вижу, что ошибалась!
О, как я ошибалась! Ведь ты можешь послать по фене даже самого мистера Бублика!"
"Послушай, мне-ее.., детка!" - сказал смущённый Готлиб. - "Сдаётся мне, что ты - шпионка Бублика! Так что выпей свой ром и ползи отсюда!"
"Но я люблю тебя!"
Конечно, любит. Шпионки тоже любят плюшки.
"Не сейчас, детка! Папаше надо протирать стаканы!" - сказал Готлиб и отвернулся.
Так как стаканы стояли сзади.
"Чёрт! Чёрт!" - подумала эта Манана. - "Клянусь узбекским Шайтанаманой, я трахнусь с этим уркой!"
Ну да. Это будет изнасилование, и Готлиб засадит тебя на 8 лет в СИЗО! Ты засадишь ей в "очко", а она тебя - в СИЗО!
Даже Чеку стало стыдно за Манану.
Он налил Манане рома: "За счёт заведения!"
"За какой ещё счёт?!" - загремел Готлиб, аж стакан у него в руке задребезжал!
"Я говорю: за мой счёт! За мой!"
"Ну то-то! Голодранцы!" - сказал Готлиб.
И тут в этот паб вошёл Бублик! Он заказал три пива. При виде него даже у смелого Готлиба затряслись поджилки от страха!
Бублик был весь в "мишкиной каше", которая стекала у него по шляпе!
"Сэр! Вы такой запачканный!" - сказал Чеки и подмигнул Манане: "Он - твой!"
Она сказала: "Сэр! Позвольте снять с вас вашу шляпу!"
Бублик снял шляпу и вмазался в кашу!
"Чёртов Мишка!" - сказал он. - "Всех этих евреев убью!"
Мишка, конечно, был еврейский ребёнок, так как вырос в чистом поле, оттого и наглость потерял! В натуре.
Готлиб принялся протирать шляпу босса: "Хорошая киса! Мышки вышли из норки, чтобы поиграть с ней в прятки! В "кошки-мышки"!"
Вообще, конечно, данная игра смертельна! На кону жизнь мышки.
И вообще: "Жизнь - это сон! А смерть - пробуждение!" Ну да. А "Винт" - дерьмо!"
"Дай сюда! Сдурел?" - вырвал шляпу из рук Готлиба Бублик.
"Видимо, наш Готлиб подобрел! Возьми его!" - сказал Манане интимно Чеки.
Она сказала: "Мальчики! А не хотите ли полистать мою библиотеку? Могу выписать абонемент!"
Как Трушкину сказала шлюха: "4000!" "Это что, абонемент на год?"
Итак, испачканного Бублика не надо было три раза упрашивать.
Он взлетел, словно ему было 18 лет, на второй этаж в номера!
Манана пошла туда же.
"Я заставил эту птичку летать!" - сказал Чеки Готлибу. - "Налей-ка мне, Готлиб, стакан колы!"
Так как 8 из 9 человек пьют колу! Это знаете: в трактире переночевали три студента, три ковбоя и три ещё чего-то.
И приехала сногсшибательская девушка!
И тоже переночевала в том номере.
Наутро выходит ещё красивее, чем была, и заказывает виски.
А студенты - колу! Отсюда и вывод: девушки, любите лётчиков, простых романтиков и м.даков! Бросайте, девушки, домашних мальчиков: не стоит им дарить свою любовь!
Любите, девушки, прыщавых мальчиков, простых ботаников и м.даков!
Пока Манана кувыркалась с Бубликом, у Чеки никакого плана не родилось. Что он их, на улице штампует, эти планы?
Он плакался в жилетку Готлибу: "Хотел бы я знать, чьи руки ласкают её!"
"Приятель, такие речи сведут тебя с ума! А о ком, собственно, речь?" - Готлиб.
Речь шла о хомячке Хоме, который покинул грудь Чеки, так сказать: отторгся от груди своя!
Он надёжно вращал малобюджетную трансплантацию в груди Чеки, хомячок я в колесе! Но ветер свободы позвал его прочь! Я свободен, я забыл, что значит страх! Хомячок я в колесе!
И он ушёл к Виктору! То есть, это он думал, что это Виктор, а это была Мздяо!
Мздяо была прекрасна! Такая большая... И тут у неё больше, и тут! Жаль только, трансплантации не было.
Так что она сказала Хоме: "Жирный, отвали!"
Хома не был жирным. Может, широкая кость, может, немного полный, так что боимся: лопнет!
"Я только немного полный!" - сказал этот жирдяй.
"У нас с тобой ничего не получится! Я люблю поджарых мужчин из Западного Берлина!" - сказала Мздяо.
Ну конечно: поджарых! У них же там голод! А сама Мздяо продолжала быть прекрасной!
И ж.па у неё была удивительная.
Хома не удержался и шлёпнул её по этой ж.пе!
В свои времена строгий Чеки за такое пооборвал бы Хоме уши, если бы узнал, что Хома по-военному, накоротке, приволокнулся за Мздяо!
Но Чеки остался лишь в воспоминаниях.
"Хорошо! Что ты хочешь? Трахнуть меня? Все вы, хомяки, одинаковые!" - сказала Мздяо. - "И хотите одного и того же!"
"Да как тебе сказать?" - сказал Хома. - "Видишь ли: долгие годы внутри Чеки повлияли на меня! Я больше не мужчина!"
"А кто же ты? Чайник? Горшок!"
На башке моей горшок, а в кармане пирожок!
"Нет, дочь моя! Братия отторгли меня от груди своя!" - печально сказал Хома. - "Не хочется так говорить о братии, но они негодяи! Натуральные негодяи!
И я не могу земную женщину ТОГО!"
"А какую можешь? Марсианскую?" - спросила сочувствующая и всё понимающая Мздяо.
"Хорошо бы!" - сказал Хома. - "Вот только, мне всё хозяйство оторвало в Цусимскую кампанию!"
"Не поняла!"
"Ну как же? Чека-то призвали! И меня вместе с ним. И мой хомяк со мною!"
Знаете, это мы проходили по музыке кантату про сурка: "И мой сурок со мною!" Так это не сурок, а хомяк.
И он намекает, что и Чек ничего не может как кобелишка!
"Да! Цусимская кампания - это было страшно!" - поддакнула Мздяо. - "У меня, чуть, не кончились ПМС! Но потом восстановились!"
Это, знаете, как каждый месяц кровавая драма в театре для одного зрителя.
Ещё было, что сосед застрелился из-за конца месячных. Но это не так популярно, так как я тоже сосед, но стреляться не буду, так как невиновен.
Итак, Мздяо взяла морковку и стала её жрать: "Да-а!.."
Хома, было, закурил трубку, но вспомнил, что трезвость - норма жизни.
Так они и сидели на Елиссейских Полях!
А Чек ничего не понимал и не мог продвигаться. Без Хомы он был не тем грозным великим воином, а каким-то астматиком. Бесчестья он, конечно, не боялся, так как всё равно он грозный воин.
Вот только разберётся с этими папками!
Итак, стал пить Чеки кружка за кружкой, чтобы разговоры о Хоме не сводили его с ума.
Ведь как говорится? "Алкоголь полезен, так как избавляешься от лишних мыслей." Спрашивается: а чего от них избавляться? Да ещё такой ценой? Станешь, блин, вездесущим.
"Друг! Ты меня уважаешь?" - спросил пьяный Чек Готлиба.
"Нет! Потому что как сталкер - ты дерьмо! И среди сталкеров - дерьмо! Вот принеси из Зоны "зуду" и пиши на стенах туалета сколько хочешь! Так как среди дерьма вы все поэты!" - сказал Готлиб.
"Да принесу я!" - сказал Чеки. - "У меня и щас одна есть!"
Он достал "зуду", от которой у Готлиба шла носом кровь!
"Подожди! Щас!" - стал убирать бутылки со стойки Готлиб.
"Да чего "щас"?" - и Чек включил "зуду"!
Мигом все мужики стали женщинами и наоборот!
"Блин!! Что ты наделал такое?!" - закричал высоким фальцетом женским Готлиб.
У него теперь были такие большие сиськи, что не помещались в пиджаке!
"Задыхаюсь! Спасите!" - простонал он.
"Да! Бедняга Готлиб совсем обабился!" - подумал Чек. - "Да и я тоже! Вот, блин, женская тоска по сильному плечу!
Мне не
|