Что же до оптимистичных относительно человеческого разума, футурологов, то они совершенно забыли о том, что этот разум появился не так уж давно по сравнению с миллиардами лет существования не слишком разумного, по их мнению, остального живого. Значит, раз было начало, то будет и конец. То есть бесконечное развитие разума не удается обеспечить никак, но хочется, и поэтому приходится фантазировать, а остальным развешивать на уши на всю эту благодать.
***
Если человеку со всем его разумом, несмотря на измышления футурологов и им подобным, как конечному созданию, бесконечность не грозит, то возникает коварный вопрос: зачем вообще-то этот замечательный и разнообразный в своих поползновениях разум нужен, если, к тому же, этот разум конечен даже в роду человеческом?
Пока на этот вопрос попыталась ответить только религия, упорно настаивающая до сих пор на переходе человека в иное – улучшенное состояние для его разума- – загробный мир.
Оспаривать факт этого неизбежного транзита невозможно, хотя улучшенное состояние загробного мира отсюда незаметно. Да и если человек умер, то какое за гробом он обретет состояние, если там предметный мир отсутствует?
Но, опять же, верить в несбыточное приятно потому, что всегда очень хочется отнюдь не неприятностей. То есть разум тут уступает место глупости, что так же свидетельствует о невозможности для него развиваться без глупости. А зачем такой несовершенный разум нужен, особенно, если он всё же достигнет бесконечной благости?
Но, прежде чем ответить на этот коварный вопрос, надо напомнить о гильотине Юма, который еще несколько сотен лет назад наглядно разъяснил всем грамотным, что сущее не влечет за собой должное: «Я заметил, что в каждой этической теории, с которой мне до сих пор приходилось встречаться, автор в течение некоторого времени рассуждает обычным образом, устанавливая существование Бога или излагает свои наблюдения относительно дел человеческих, и вдруг я, к своему удивлению, нахожу, что вместо обычной связки, употребляемой в предложениях, а именно «есть» или «не есть», не встречаю ни одного предложения, в котором не было бы в качестве связки «должно» или «не должно». Подмена эта происходит незаметно, но тем не менее, она в высшей степени важна. Раз это «должно» или «не должно» выражает некоторое новое отношение или утверждение, последнее необходимо следует принять во внимание и объяснить, и в то же время должно быть указано основание того, что кажется совсем непонятным, а именно того, каким образом это новое отношение может быть дедукцией из других, совершенно отличных от него» [4].
Так что, если чего-то очень хочется, то, несмотря на кажущуюся обязательность реализации этого частного, надо сначала подумать, провести эксперименты, посчитать, сравнить, а уж потом демонстрировать себя и свои идеи, переводя их в должное на адекватном основании, или, наоборот, указать на основание, в соответствии с которым так не должно быть.
Действительно, исходя лишь из того, как устроен мир в соответствии с воспринимаемыми органами чувств объектами, нельзя без грубых логических ошибок обосновать, к чему следует стремиться людям, так как человеческие органы чувств как в числе, так и в качестве весьма ограничены, производя, с одной стороны, однобокую, точнее, чисто человеческую картину окружающего, а с другой стороны, иной картины не имеется, и приходится опытным путем в сочетании с размышлениями изыскивать более-менее адекватное решение той или иной задачи.
Поэтому следует обращаться к уже добытым достоверным фактам, и, как на это указывал Юм, не торопиться принимать решения, кажущиеся перспективными и даже необходимыми на данный момент, в частности, о том, что людям надо всеми силами и средствами непременно стремиться к коммунизму, в космос или в рай, поскольку у них одних есть высший разум, который несомненно способен разобраться куда лучше идти – сюда или туда. Все почему-то забывают, что кроме разума, у человека глупости не меньше.
***
Вот тут-то возникает еще одна проблема: практика показывает, что, вопреки максиме Декарта: «мыслю, следовательно, существую» [5], которую он отнес только к человеку, вполне себе неплохо соображают высшие млекопитающие, правда, только для того, чтобы не погибнуть, и, желательно, поприятнее существовать в определенной среде. А им о существовании говорят, прежде всего ощущения, в соответствии с которыми, например, амеба не лезет в кипяток, а не разум, который активизируется только в процессе обработки поступающей информации от органов чувств в виде более или менее длительных рассуждений.
Как известно, мышление есть результат приема, обработки, хранения и передачи информации. Этот процесс обеспечивается органами чувств, центром обработки информации той или иной сложности с его способностью хранить и обрабатывать информацию, а также различными сигнальными системами.
Но, вот ведь казус, то же самое имеет и искусственный интеллект, так как обладает сенсорами для приема информации, блоком обработки информации вместе с соответствующей памятью, и устройствами для передачи информации. Этот факт так смутил некоторых ученых, что они прониклись к искусственному интеллекту настолько теплыми чувствами, что произвели его в ранг мыслящего существа.
Как это ни смешно, но эти ученые признали мыслящим существом, в сущности, усовершенствованную счетную машинку, которую собственное существование совершенно не волнует, поскольку у нее нет чувств.
Тем не менее, получается, что мышление, если под ним понимать процесс обработки информации, в целом имеет отношение и к человеку, и к прочим живым существам, и к искусственному интеллекту.
Выше было отмечено, что, мышление человека однотипно с мышлением высших млекопитающих. Но тогда какое имеется различие между этими двумя видами мышления?
Тем более что следует определить - мыслит ли на самом деле искусственный интеллект или просто функционирует подобно машине настроенной, определенным образом? К тому же, его, как и машину, можно включать и выключать извне?
Значит, надо определить в целом в этом отношении отличие человека от животных и от искусственного интеллекта.
***
Что касается различия мышления человека и мышления животных, то его можно определить следующим образом.
Само по себе мышление высших млекопитающих и человека протекает одинаковым образом, если судить по их поведению во многих ситуациях, и их IQ (intelligence quotient) ненамного ниже, чем у среднего человека.
В чем же тогда состоит разница?
Надо полагать, что различие между ними и человеком, заложено не в мышлении, как таковом, а в направленности мышления.
Все эти млекопитающие, хоть и высшие, думают только о сохранении приходящих к ним из окружающей среды ощущений. Именно на это направлен их разум. Всё остальное их не интересует, поскольку смысл существования они находят не в разуме. Они используют его лишь в качестве подручного средства для сохранения ощущений путем наиболее выгодного приспособления к окружающей среде для получения наиболее приятных ощущений с передачей своему потомству свойства испытывать приятные ощущения, а также они используют разум для предотвращения внешних угроз.
Иначе говоря, программа их действий ограничивается сохранением ощущений в себе, а познание окружающей среды у них происходит лишь в рамках приспособления к ней на основе инстинктов и рефлексов с использованием метода проб и ошибок, а не логического анализа, характерного только для человека, поскольку для аналитических и синтетических заключений он мысленно использует словесную информацию, которая отсутствует у животных, а бессловесным созданиям приходится сохранять ощущения лишь на основе инстинктов и рефлексов.
Таким образом, не мышление определяет признание любым живым существом, кроме человека, собственного существования, а напротив, стремление существовать в форме восприятия ощущений вызывает волей-неволей соображения о способах сохранения ощущений.
Результатом такого рода потребления информации живым существом является превращение этого динамического элемента среды в субъект действия, способный осознавать свое присутствие в окружающей среде, то есть осознавать свое существование, реагируя на изменение своих ощущений вырабатыванием соображений, как быть, чтобы дальше быть. Так что, волей-неволей приходится признать эту реакцию мышлением, хотя и вынужденным, производящимся исключительно для приспособления к окружающему.
В отличие от высших млекопитающих, мышление человека направлено не только на приспособительные реакции по отношению к окружающей среде, но и на ее возможное подчинение себе. А для достижения этой цели требуется познание этой среды.
В свою очередь, для эффективного познания окружающей среды необходимо формирование речевого общения и осознанная обработка этой среды, которая именуется трудом, для облегчения которого у этих новых наследников высших млекопитающих постепенно развилась, кроме адаптивного мышления на основе инстинктов и рефлексов, способность логически мыслить, а также усовершенствовалась комбинация логического мышления и инстинктивного использования информации, которая допускает инициирование произвольного, или алогичного мышления в русле целеполагания, которую называют креативным.
Этот тип мышления с помощью найденных с течением времени приемов, обозначенных в общем интуицией, оказался способным довольно быстро вырвать человека из круга известного в пространство приобретения неочевидного знания, столь необходимого для открытия нового в процессе познания.
По-видимому, обладание человеком как способности к логическому анализу, так и креативности, подвигли Декарта к формулированию максимы: «мыслю, следовательно, существую», справедливость которой несомненна только в одном случае, если под ней он имел в виду развившуюся в человеке способность осмысленными решениями изменять существующую реальность, раскрывая тайны собственного бытия в рамках целей, возможных на том или ином уровне развития, на что другие природные создания не способны, удовлетворяясь тем, что есть.
***
[justify]В отношении различий в соображениях человека и функционирования
