Если предположить, что искусственный интеллект мыслит, то его мышление всегда заключено в рамки формальной логики, которая не более чем следствие вложенных в него программ, и он способен решать задачи, ставящиеся ему извне после подключения его к работе в перечне, ограниченном теми же программами.
Человек и животные субъектны, представляя собой существ, обходящихся без внешнего руководства, тогда как искусственный интеллект находится под полным влиянием внешних источников, вносящих в него программы для решения задач, которые ему под силу, и снабжающие его для этого энергией. То есть без внешнего воздействия, созданный, к тому же, внешними силами, искусственный интеллект превращается в бессмысленную и бесполезную вещь.
Отсюда следует, что главное отличие искусственного интеллекта от живых существ, включая человека, состоит в том, что у искусственного интеллекта отсутствуют чувства, хотя и имеются воспринимающие информацию сенсоры.
Другими словами, искусственный интеллект не осознает свои действия, поскольку у него отсутствует непосредственная связь с окружающей средой, от которой он не зависит, подчиняясь только своим программам, которые внесены в него извне. Поэтому он не мыслит, а функционирует в рамках поставленных ему задач извне по определенным программам без понимания целевого характера этих задач, механически, и только при его подключении к источнику энергии.
Например, искусственный интеллект, решая поставленную задачу, не помышляет, как ее решение отразится на нем самом, но способен указать на те или иные негативные последствия, возникающие в ходе решения данной задачи. То есть понятие жизни для него самого отсутствует. Однако он может так имитировать ее, что даже не одному ученому кажется мыслящим существом.
Отсутствие у искусственного интеллекта осознанных самостоятельных действий в окружающей среде указывает на то, что он полностью лишен сознания.
Такого рода различия между человеком и искусственным интеллектом позволяют вплотную подойти к так называемой «трудной проблеме сознания», сформулированной Д. Чалмерсом [6], а именно: почему и как физические процессы в мозгу сопровождаются субъективными переживаниями.
Субъективные переживания – это не что иное как чувства, или определенные ощущения. Они отсутствуют у искусственного интеллекта, поскольку он оперирует не в рамках ощущений, а только в пределах цифровой среды, доводя итоги своего анализа поступающей информации до потребителя в виде понятных для него символов, например, в словесной форме, тогда как любое живое существо, а не только человек, вынуждено представлять окружающую среду, в которой оно самостоятельно действует, не в виде символов, а предметно для собственного понимания, например, представляя колебания одной частоты в качестве тепла, другой частоты как свет, третьей как звук и т. д.
Тем самым живые существа осознают факт своего существования с помощью преобразования произвольно меняющихся внешних и внутренних информационных воздействий и сигналов в ощущения, которые являются продуктом автоматического раскодирования данных частотного типа, поступающих в их органы чувств, и они получают возможность отыскивать наиболее приятные ощущения и уклоняться от неприятных или гибельных ощущений, то есть переживая их и соображая, как это сделать в этом процессе приспособления к окружающей среде, который и есть существование для них.
Естественно, для них этот процесс является сугубо индивидуальным и сопровождается субъективными переживаниями, например, в виде радости от победы над противником или сожаления от собственного одряхления или ощущения запаха самки, стимулирующего самцов в определенное время к размножению, накапливая соответствующий жизненный опыт, чего просто не может быть у искусственного интеллекта, но дано живым существам через ощущения, которые и есть главный признак проникновения в них сознания, тогда как мышление, являющееся в основном процессом обработки информации, вполне может быть несамостоятельным, например, если этот процесс происходит в цифровой среде при функционировании искусственного интеллекта.
***
Все приведенные выше факты свидетельствуют о том, что, в отличие от мышления искусственного интеллекта, а на самом деле - электрофизической имитации мышления в виде функционирования искусственного интеллекта с использованием цифровой среды в соответствии с введенными в него программами, не позволяющими ему проявлять самостоятельность в действиях, основой мышления и действий живых существ являются ощущения, благодаря которым наиболее развитые существа получают возможность осознавать свое существование во времени, то есть они начинают понимать, что на их тело воздействует и, в определенной степени, контролирует его функции, не лишая, тем не менее, это наиболее развитое существо в форме человека самостоятельности и даже произвольности в мышлении и поведении, нечто внешнее, как бы покрывающее тело человека так, что без него оно становится неживым.
И это таинственное внешнее, которое непосредственно не удается обнаружить никакими средствами, они обозначили бессмертной душой. Наука же теперь именует ее сознанием, но полагает - и совершенно безосновательно, - что оно является продуктом мозга. Неадекватность этой идеи ясна из того факта, что даже простейшие организмы, не имеющие мозга, способны ощущать, и, следовательно, не могут не иметь сознания, главным признаком присутствия которого в организме являются ощущения, как это было показано выше.
Любопытно, что программист, под контролем которого находится работа искусственного интеллекта, показался бы тоже непостижимой душой этому интеллекту, если бы он мог ощущать, а не функционировать лишь в соответствии с вложенными в него программами, поскольку это нечто, возникающее как бы ниоткуда, тем не менее, заставляет его работать, включая своим появлением, то есть как бы вводя в существование, а выключая, как бы омертвляет его, выводя из существования.
Это сопоставление опять же демонстрирует отличие самого сложного неживого от самого простого живого, которое состоит для живого именно в преобразовании поступающей информации в ощущения, в не в электрические сигналы в цифровом пространстве.
Тем не менее, сходство, например, меняющейся картинки того, что окружает человека, и меняющегося изображения на экране телевизора, то есть виртуальной картинки той же реальности, получаемой преобразованием пакетов информации, проходящих через кабель с определенной частотой и расшифровывающихся соответствующими блоками, результатом чего является телевизионная картинка, несомненно.
Однако действие на этой телевизионной картинке не более чем виртуальное, тогда как частотный характер сигналов, поступающих в живое существо через органы чувств, дает ему реальный мир, в котором можно действовать с полной ответственностью за свои поступки, а не просто наблюдать.
Но самое интересное в этом частотном процессе для живых существ, что и отличает их от искусственного интеллекта, это сравнительная медлительность обработки внешних сигналов, поступающих через органы чувств любого живого существа из-за использования им электрохимического способа передачи сигналов, которые проводятся, в частности, и по нейронным цепочкам человека.
Этот процесс представляет собой следующее.
Сигналы в мозге передаются не электрически, а химически через нейромедиаторы в стыках между нейронами – синапсах, каждый крошечный нейрон имеет от 199 тысяч до миллиона синаптических связей. Маршруты сигналов определяются активными полями коры, которые координируют различные функции частей тела, причем образование новых синапсов есть основа долговременно памяти и творческого мышления. Неустойчивость синапсов, то есть случайный характер их образования и разрушения способен сделать при определенных усилиях мышление человека произвольным и тем самым вывести его на совершенно новые связи и отношения, что и дает возможность проявиться креативности в потоке размышлений.
Что касается соединения мозга с компьютером, то сверхтонкие энергетические и физиологические ограничения при передаче сигналов в мозге делают это объединение невозможным.
Таким образом, технически основой креативного мышления человека является заложенная в его центр обработки информации случайность, дающая ему возможность, в отличие от искусственного интеллекта, выходить за рамки формально-логического мышления, но, в отличие от прочих живых существ, человек также оказывается способным выходить за рамки мышления на основе одних инстинктов и рефлексов, на которое влияют случайные изменения генотипа, носящие, как правило, внешний характер.
Результатом этой медленной обработки информации по сравнению с ее обработкой искусственным интеллектом, является автоматическое исключение центром обработки информации паузы между поступающими последовательно пакетами информации, которые в сознании любого живого существа сливаются в единый поток, подобно тому, как это происходит в кинозале, где глаза не успевают заметить промежуток между кадрами прокручивающейся в проекторе пленки, и мы смотрим на непрерывное действо на экране в течение киносеанса, попадая тем самым в собственное время этого действа.
Примерно то же самое, что и в кинозале, происходит со всеми живыми существами при обработке информации, поступающей через органы чувств в центр обработки информации – пауза между импульсными сигналами нивелируется. В результате этого выпадения паузы, живые существа автоматически попадают в непрерывное для них действо, то есть в текущее собственное время, которое длится вплоть до смерти, вписываясь, однако, во внешнее (астрономическое) время, общее для всех живых существ, раз они его во всей своей совокупности непрестанно формируют.
[justify]В отличие от современных физиков, которые считают время формой протекания тех или иных процессов, или условием возможности изменений, еще Аристотель более адекватно сформулировал понятие внешнего (астрономического, или календарного) времени, указав, что оно связано с «движением небесной сферы» и является в этом отношении объективным. Но, вместе с тем, Аристотель отметил, что «если время – мера движения, то это предполагает число, ибо там, где есть мера, есть и число, число же должно кем-то считаться» [7]. То
