Когда в 1496 г. ему стало известно о планах коалиции европейских сил во главе с королем Франции Карлом VIII Валуа поднять восстание против Османской империи в Албании, он вступил с французами в тайные сношения. Агентам султана стало известно об этом, и Баязид II вызвал неверного вассала 'на ковер' в Константинополь. Кара Оттоманской Потры, не желавшей возмущения своих славянских подданных, оказалась неожиданно мягкой. Черногорского правителя всего лишь заставили официально отказаться от своих наследных прав на престол и отправили в ссылку. Вероятнее всего в 1514 г. Джюраджь Црноевич печально закончил свои дни в подаренном ему султаном анатолийском поместье.
До последнего часа он не оставлял надежды вернуться на родину, то верным наместником султана, то гордым освободителем в союзе с Венецией, к сенату которой тайно писал из ссылки письма, обещая 'сжечь турецкую землю'. Баязид II испытывал к этому несчастному человеку необъяснимую симпатию и великодушно прощал своему пленнику все.
Черногория в 1496 г. фактически потеряла статус вассального государства и была поставлена под надзор правителя вновь образованного Скадарского санджака Фериз-бега. Состоявший при нем младший брат Джюраджя - Стефан, верный слуга турок, возможно, приложивший руку к разоблачению заговора старшего брата, не имел никакой реальной власти и послушно исполнял волю захватчиков. Но в 1499 г. турецкие власти отправили в принудительную эмиграцию даже эту 'декоративную фигуру' и окончательно присоединили Черногорию к Скадарскому санджаку. Для Черногории начался тяжкий и унизительный период османского владычества...
Глава 3. Между Османской империей и Венецианской республикой
Для Оттоманской Порты Черногория имела особый статус из-за своего важного стратегического положения. Буквально нависая над принадлежащими Венецианской республике городами Адриатического побережья - Котором, Баром, Ульцинем, Герцег-Нови, эта небольшая горная страна становилась незаменимым плацдармом в борьбе с венецианцами. А воевали турки с этой средиземноморской торговой республикой с XVI по начало XVIII вв. шесть раз, отдав этим жестоким войнам в общей сложности более пятидесяти лет и огромное количество сил и средств. В столкновении между двумя сражавшимися за главенство в регионе державами участвовали и черногорцы, преследовавшие при этом свои национальные интересы: освобождение из-под власти османов.
Нельзя сказать, что османское владычество в черногорских землях всегда было жестоким. Турецкие султаны стремились завоевать лояльность своих своенравных и непокорных подданных, прибегая к дорогостоящим военным экспедициям лишь в крайних случаях. Оттоманская Порта охотно шла черногорцам на уступки, не обременяла их чрезмерными повинностями и ограничивала произвол своих местных чиновников. Черногорские историки полагают, что их соотечественники были наиболее привилегированными христианскими подданными Истамбула-Константинополя.
В 1513 г. султан Баязид II узаконил особый налоговый статус черногорцев. В отличие от других поданных, плативших десятину с доходов, подушную подать и личный налог, жители Черногории были объявлены 'свободными пастухами' (филуриджии), облагавшимися только налогом на недвижимость. Он составлял по 55 турецких акче с дома в год. Насколько это было необременительно, можно судить по следующим статистическим выкладкам. Согласно проведенной в 1523 г. переписи, в Черногории было зарегистрировано 3 151 домовладение, суммарный налог с которых в султанскую казну в год равнялся... годовому содержанию всего 150 янычаров. Кроме того, 53 знатные черногорские семьи, записанные как князья, были освобождены от налогов вовсе. Впрочем, им вменялось собирать налоги с соплеменников, 'провозглашать им волю султана' и организовывать работы черногорцев на соляных копях в Грабле. Это означало, что турки управляли Черногорией руками самих же черногорцев.
Черногорцы - люди гордые и своевольные, и, чего греха таить, небогатые. Они не горели желанием платить в османскую казну даже столь небольшой налог. Для наведения порядка в стране в 1513 г. Баязид II принял решение сделать ее управителем человека, который был бы 'своим' и для Оттоманской Порты, и для Черногории. Выбор пал на перешедшего в ислам и поступившего на турецкую службу младшего сына легендарного Ивана Црноевича. Прибыв в Константинополь в 1485 г. в качестве заложника, он принял мусульманское имя Скандер-бег и зарекомендовал себя как старательный и верный слуга султана.
Черногория была провозглашена самостоятельным Черногорским санджаком, а ее губернатор получил высокий административный чин санджак-бега. Но отношения со своими бывшими земляками у Скандер-бега Црноевича не сложились с самого начала. Выбрав бескомпромиссный и жестокий стиль правления, он за несколько лет так озлобил против себя местное население, что в 1519 г. в Черногории вспыхнуло народное восстание против ненавистного правителя. За короткое время повстанцы взяли контроль над всей страной, окружив Скандер-бега в его укрепленной резиденции в селе Бушате. Окрестным турецким правителям пришлось спешно приходить 'коллеге' на помощь. Для подавления сопротвиления черногорцев туркам потребовался карательный корпус численностью в 10 или 15 тысяч солдат, свидетельствуют современники. Даже после того, как страна была приведена к повиновению, османские власти не осмелились наказать рядовых участников восстания, ограничившись выборочными репрессиями в отношении вожаков.
Скандер-бег Црноевич после этого правил до 1530 г., столь же конфликтно и неудачно. После его смерти султанское правительство вернуло территорию Черногории в состав Скадарского санджака и поспешило 'утихомирить' мятежных горцев рядом существенных уступок. Налоги, сохраненные в прежнем размере, черногорцы отныне платили непосредственно султану через единого посредника - так называемого черногорского спахию, назначавшегося из христиан. Вступление на черногорскую территорию турецких войск или гражданских властей могло произойти исключительно по личному разрешению султана и с предварительным уведомлением. Только султан, а не местные чиновники, имел право и призвать черногорское ополчение под знамена в случае войны. Внутреннее управление Черногорией, в том числе судебная власть, были отданы в руки ее жителей.
В эпоху османского владычества окончательно сложились демократические и патриархальные одновременно правящие институты черногорского общества. Верховным органом являлось подобие всенародного парламента - Собрание, или Скупщина. Первое упоминание об этом органе, в котором имел право голоса каждый совершеннолетний мужчина, относятся к 1455 г. Тогда оно существовало как совет при Стефане Црноевиче, а после краха государства Црноевичей Собрание приобрело компетенцию самостоятельно решать все важные вопросы. Для удобства его работы всенародное присутствие вскоре заменили на выборных представителей от всех родовых кланов (племен). Заседания 'в расширенном составе' происходили, как правило, раз в год, на праздник Рождества Пресвятой Богородицы, а 'в обычном составе' - по мере необходимости. Собрание утверждало кандидатуру главы черногорской православной церкви - цетинского митрополита. Авторитет этого духовного лидера в Черногории был невероятно высок, при чем, как в религиозных, так и в державных вопросах. Современники свидетельствуют, что и к голосу 'владыки'-митрополита в благоговейном молчании прислушивалось всегда шумное и буйное Собрание. Цетиньская митрополия, c конца XV по середину XVIII вв. то пользовавшаяся правами автокефалии, то формально входившая в состав Печской патриархии, также играла важнейшую организующую роль в жизни черногорского общества. В частности, священники стремились выступать миротворцами при столкновениях между родами и препятствовать кровной мести.
Во время венецианско-турецких войн 1499-1503, 1537-1540 и 1570-1573 гг., в ходе которых Осмаская империя сумела вытеснить Венецию из Герцег-Нови, Рисана, Бара и Улциня, турецкие султаны несколько раз мобилизовали черногорцев для выполнения вспомогательных задач. Турецкие войска многократно проходили через черногорскую территорию, вызывая недовольство жителей. Под влиянием этого в Черногории крепла 'венецианская партия' - часть населения, делавшая ставку на союз с христианской Европой для изгнания турок. Черногорские добровольцы охотно поступали на службу к венецианцам, чтобы сражаться против захватчиков. Однако тайные обращения черногорских представителей к Венецианской республике и ряду европейских дворов с просьбами о помощи повисали в воздухе - Европа в те годы не имела сил для эффективного противостояния Османской империи.
В результате во время последовавшего в 1603 г. открытого столкновения с турецкими провинциальными войсками черногорцы оказались с врагом один на один. И победили! В конце XVI - начале XVII вв. центральная власть в Оттоманской Порте начала слабеть под влиянием перманентной борьбы за власть, экономического кризиса и непрекращающихся войн. Турецкие губернаторы на местах все меньше оглядывались на Стамбул-Константинополь и правили своими областями как полновластные хозяева. Часто это сопровождалось злоупотреблениями, притеснением местного населения и оскорблениями его религиозных чувств. Правитель Скадарского санджака Али-бег Мемибегович начал облагать черногорцев дополнительными податями, угрожая 'взыскать долги силой'. Черногорское Собрание приняло решение ответить на силу силой. 'Мы охотнее расстанемся с жизнью, чем разрешим тебе войти в нашу страну', - писали гордые жители Черных Гор Али-бегу. После этого войска Скадарского санджака вторглись в Черногорию. Решающий бой произошел в местечке с говорящим названием Лешкополе, что в переводе с сербского языка значит 'поле трупов'. Потеряв около 80 человек, карательный отряд поспешно отступил: турецкие командиры не ожидали, что у черногорцев будет такое количество ружей, и что они будут вести такой меткий огонь. 'В этом краю горы стреляют', - заметил после поражения один из османских воинов.
Черногорцы подкрепили военную победу дипломатическими мерами: к престолу султана отправились делегаты, раскрывшия 'неправды' Али-бега. Им удалось убедить турецкое правительство, что их возмущение носило характер борьбы за свои права, а не мятежа против Османской империи, и вскоре скадарский санджак-бег был отстранен от должности. Однако его последователи правили столь же жесткими методами, и у Оттоманской Порты больше не хватало власти обуздать их. В 1610 г. черногорцы вновь поднялись на восстание. Боснийскому паше пришлось двинуть в Черногорию всю свою армию, чтобы усмирить непокорный край. В 1612 г. вожди черногорских родов вынуждены были запросить мира, однако большая часть повстанцев все же смогла укрыться в неприступных горах.
С тех пор вооруженные выступления против османского владычества происходили с четкой периодичностью. В 1610-х гг. их было три, в 1620-х - одно, в
