существом затрепетала. Она совсем не ожидала испытать ТАКИЕ ощущения. А Сирил потом спросил:
- Ну что? Как тебе эта наука, детка?
Эмили не могла себе позволить, чтобы какой-то незнакомый ей парень, пусть даже и старше её, одержал над ней победу. Эмили не могла себе позволить, чтобы он понял, что смог манипулировать её чувствами и ощущениями. Поэтому она взяла себя в руки и изобразила на губах иронию.
- А тебе не приходило в голову, что прежде, чем учить кого-то, тебе самому надо научиться?
Эмили добилась своего. Сирил смутился. Эмили поняла, что уязвила его. Вся его снисходительность и превосходство разом куда-то улетучились. Остаток вечера он сторонился Эмили. Он отводил свой взор, если замечал насмешливые глаза Эмили, направленные в его сторону. Он больше не казался Эмили взрослым парнем.
9. ИНТРИГИ ЭМИЛИ
Лето. Веранда. Стол. Гибкие ветви винограда, спадающие сверху.
Эмили около стола. Улыбается. Ей тринадцать лет.
За левым плечом Эмили возвышается Фред Баннер. Он её троюродный брат.
Эмили и папа приехали погостить к Баннерам. Отец Фреда - папин кузен. Снимок сделан на веранде их дома в Грансбери.
Фред нравился Эмили. Правда, она его считала немного туповатым, но зато он был храбрым. Фред старше Эмили на пять лет и готовился через месяц поступать в военное училище. Фред добрый и красивый. Он знает много смешных историй.
Однажды Эмили поинтересовалась у Фреда:
- Сколько у тебя было девушек?
Фред тогда улыбнулся ей:
- А сколько тебе надо?
Фред пошутил. Но в его интонации Эмили уловила некоторое едва заметное смущение. У Эмили уже развился нюх на такие вещи.
Как-то раз все взрослые отправились на какую-то встречу общих знакомых и друзей. В доме осталась только бабушка Фреда. Она рано отправилась спать. И вот после её ухода Эмили пришла в комнату Фреда. Он уже разделся и лёг в кровать. Он увидел Эмили и ПОРАЗИЛСЯ. Как будто испугался. Он спросил её, что ей надо. Эмили сняла с себя ночной халатик, оставшись в узеньких трусиках и лифчике. Реакция Фреда по мнению Эмили была просто глупой. Он разорался на весь дом, пытаясь пристыдить Эмили. Примчалась бабушка.
- ЭТО…ЭТО…ЧТО ТАКОЕ? - пришла бабушка в ужас.
Эмили мгновенно сообразила, что этот дурак Фред расскажет, ничего не тая, о её поступке. Но Эмили не растерялась. Она первой атаковала. Она заставила себя зареветь, подобно маленькой и обиженной девочке примерного воспитания. Глотая слёзы и сопли, она начала говорить, что Фред заманил её в свою комнату, потом стал прижимать к себе, трогать её за разные места, а затем затащил на постель. Фред вылупил глаза, услышав такое враньё, а потом возмущенно запротестовал. Но Эмили попала в цель раньше его. Результат превзошёл все её ожидания. Бабушка была воспитана в очень-очень строгих-строгих традициях и поэтому сходу залепила Фреду невероятную затрещину. А ровно через секунду ещё одну. Она начала успокаивать Эмили. Вывела невинную обиженную крошку из комнаты Фреда, шепча слова обильного утешения.
Завтра папа вдрызг раскандалится, не захочет слышать никаких извинений, возьмёт Эмили за руку и они покинут Грансбери. Навсегда.
10. Небо, небо, небо, небо, небо…
Куда ты летишь?
Мари покинула последнею клетку шахматного поля и вступила в иной край. Если это место можно кратко описать, то тут приемлем только один вариант - ровная бугристая равнина. То есть, равнина ровная, как поверхность деревянного стола, но с буграми, этакими небольшими холмиками.
Крошка Мари немного постояла в нерешительности, а потом пошла. Она смотрела вокруг себя, и ей было немного удивительно. А то как же? Деточка Мари никогда не видела таких мест. Взять хотя бы эти застывшие фигуры в самых разнообразных позах. Да и сами фигуры были разными. Мужчины, женщины, дети, старики и старушки, животные всевозможных видов, птицы, рыбы и так далее. Если бы Мари, конечно, внимательно пригляделась, то обнаружила бы застывших насекомых. Каждая фигура выглядела как статуя в музее. Но одинаковых не было. Люди были взяты словно из разных времён и эпох. Это можно было заметить по одежде. Например, одна фигуры в тоге времён Древней Римской Империи, другая во фраке и цилиндре, третья в плаще и капюшоне, четвёртая в камзоле, парике и треуголке. Среди животных деточка Мари увидела таких, которые давно уже вымерли. Например, динозавры и мамонты.
- Куда же это я попала? - призадумалась Мари, не останавливаясь и идя всё дальше.
У каждой фигуры чего-то не хватало. То ноги, то руки, то глаз, то носа, то ушей, то пальцев, то волос. Малышке Мари не сразу бросилось это в глаза, а когда бросилось, то ей стало немного страшновато. Несомненно, это фигуры неживые, но ей казалось, что они были живыми. Может, они застыли после того, как лишились какой-то части своего тела.
- Какой ужас! - подумала крошка Мари. - Кто же это сделал?
А почему тебе стало страшно, деточка? Да потому, что такое может случится и с тобой тоже.
Мысленно малышка Мари представила кошмарного монстра, который бросается на неё и отрывает от неё… ну… ну… допустим, левую руку. И деточка Мари медленно превращается в статую.
- Наверное, мне будет ужасно больно, - предположила Мари.
Наверное, крошка, наверное, будет. Даже сомневаться не стоит.
Спустя где-то примерно полчаса путешествия по этой равнине застывших существ Мари увидело то, что заставило её раскрыть свой прелестный ротик от удивления. Малышка увидела гиганта-младенца. Да такого большого, что и представить себе невозможно. Он был ростом с девятиэтажный дом.
“Ага…Вот про кого говорил кот…” - догадалась детка Мари. - “Это и есть Дитя-Великан…В самом деле…”
Младенец был серьёзно занят. С первого взгляда это занятие могло бы показаться неприятным и непонятным делом. Дитя КОНСТРУИРОВАЛ новые виды живых существ. У его ног сновали и ползали с десяток таких существ. Люди с лапами льва и ослиными хвостами, животные с головами геометрических фигур, геометрические фигуры с ногами и руками.
Что, деточка Мари? Тебе кажется, что Дитя-Великан совершает ЗЛО, уродуя людей и животных? Где же его мама, и почему она не наказывает его за это?
Крошка Мари, чего ты молчишь? Вроде ты хотела узнать у него кое-что.
“Ах, да… Верно. Я и забыла.” - вспомнила Мари.
- Извините, - очень громко произнесла девочка. - Вы не сможете…
Она не успела договорить. Произошло то, чего Мари совсем не ожидала. Младенец при первых же звуках её голоса повернул к ней своё лицо и тут же схватил нашу крошку двумя пальцами своей правой руки.
- Ой! Мне же больно! - воскликнула Мари.
Дитя-Великан приблизил деточку Мари поближе к своим глазам.
- Вы делаете мне больно! - повторила Мари. - Вы что, не слышите?!
“Может, он пока ещё не умеет говорить?” -предположила Мари. -“Ведь он по сути ещё маленький ребёнок…”
Но крошка Мари ошиблась. Сначала в глазах Дитя-Великана выразился неподдельный интерес, а потом он произнёс такие вот слова:
- Довольно хороший материал. Я бы сказал - даже редкий.
Услышав такое, Мари возмутилась:
- Я не материал! Я - девочка!
Казалось, младенец пропустил возглас Мари мимо ушей. Он продолжил:
- Да…если убрать руки, то…
Мари окончательно рассердилась:
- Как это? Убрать?! - запротестовала малышка. - По-моему, это мои руки, а не ваши. И мне решать - убирать их или не убирать. Может, я не хочу этого.
- Это не важно, - безразличным тоном сказал Дитя-Великан.
- Не важно? Вот уж не знала… А кому это решать? Вам?
Младенец вопросительно приподнял свои брови. Он озадачился.
- Не знаю… - честно ответил он. - Я всегда так делал.
- А можно спросить? Почему? - ехидно поинтересовалась деточка Мари.
- Это моя работа. Это интересно.
- Нет. Это жестоко, - поправила его Мари.
- Жестоко? - усомнился младенец.
- Разумеется, - стояла на своём крошка Мари. Она кивнула на уродцев около ног Дитя-Великана. - Посмотрите, в кого вы их превратили. Как вам не стыдно?
Глаза Дитя-Великана посмотрели на уродцев, а потом вернулись в прежнее положение.
- Это экспериментальные модели, - пояснил он.
- Как вы можете так говорить? Это же живые существа.
- Они и сейчас тоже живые.
- Да… - на какое-то время Мари растерялась. Но потом нашла новый аргумент. - Но вы же их уродуете. Вы извращаете их облик.
Младенец издал несколько коротких смешков. Для Мари они прозвучали слишком громко для её ушей.
- Глупая, - сказал младенец. - Я не уродую. Я создаю.
- Позвольте мне усомниться. Если бы вы создавали, то брали что-нибудь новое, а не переделывали старое.
- Ничего нового нет. Всё происходит от того, что есть или было.
- Неужели вам их не жалко?
- Жалко? Кого?
- Ну…тех, которых вы создаёте ?
Это, похоже, заставило Дитя-Великана глубоко призадуматься. Крошка Мари чувствовала себя на такой высоте неуютно и немного побаивалась, но старалась не показать этого. Иначе этот демиург-младенец подумает, что она просто пудрит ему мозги, дабы спастись.
- Я не думал об этом, - честно признался Дитя-Великан.
- Может, они не хотят превращаться во что-то новое?
- Почему?
- Наверное, им больно, когда вы это делаете
- Ты глупая девочка. Ты понимаешь, что я создатель и творец? Почему я должен думать над тем, больно моим созданиям или не больно? Почему я должен их жалеть?
- Да очень просто. Представьте себя на их месте. Представьте себя экспериментальной моделью. Вы хотите, чтобы вас переделали? Создали из вас что-то новое? Я уверена, что не хотите. Более того, вы боитесь этого. Разве не так?
Крошка Мари говорила правду. То, что хотела сказать. И ей в данный момент стало не важно - рассердит это младенца или нет. Правда, деточка Мари? Ты не боишься, что он рассвирепеет и просто прихлопнет тебя, как муху?
Дитя-Великан снова опять глубоко призадумался. Мари захотелось пролезть в его мозги и прочесть его мысли. Ах, если бы это было возможно…
Затем Мари была поставлена на землю. Дитя-Великан огорчённо проконстатировал:
- Ты права. Я выходит, ошибался всю свою жизнь.
Невольно захотелось Мари захотелось спросить его, сколько ему лет, но она сдержалась. Этот вопрос показался тебе неуместен, деточка?
- Не печальтесь, - утешила Мари демиурга. - Начните всё сначала. Вдруг получится?
Но Дитя-Великан грустно произнёс:
- Это бесполезно… Да и кому это надо?... Бессмысленно…
Деточка Мари, не слишком ли ты увлеклась тем, что жалеешь озадаченного творца? Вспомни, что ты хотела у него узнать.
“Ах, да, верно…” - сказала себе крошка Мари. - “Вечно так…”
- Вы меня извините, что я нарушаю ваши грустные думы, но мне посоветовали к вам обратиться, - начала Мари.
Дитя-Великан не очень внимательно выслушал девочку, но, всё же, спросил:
- По какому поводу?
- Мне сказали, что вы можете знать, где обитает Исполнительница Желаний.
- А кто это?
- Вы не знаете?
- Если бы я знал, стал бы я спрашивать, а?
Мари здорово растерялась.
- Но как же так?... - пролепетала она. И тут же секунду спустя решительно потребовала:
- Вы уж, пожалуйста, вспомните, кто это! Ведь вы создали этот мир. И её тоже.
В третий раз Дитя-Великан погрузился в размышления. Он даже наморщил свой колоссальный лоб. Потом объявил:
- Нет… хотя, припоминаю что-то такое, но точно не могу припомнить. Забыл…
- Забыли? - удивилась Мари. - Забыли то, что создали?
- Разумеется. Ты знаешь,
