Столь страстное и неизменное желание провоцирует возникновение у него двух свойств.
Во-первых, возврат в потусторонний мир покоя и счастья надо заслужить, раз уж ты из него вывалился по каким-то веским причинам в иной - жестокий мир.
И человек начинает пытаться преодолевать утилитарность и аморальность своего низшего (животного) сознания созданием справедливых нравственных норм для всех людей без изъятия.
Наиболее успешной попыткой формулирования этого морального кодекса в отношении распространения по миру была Нагорная проповедь Христа, в которой всё было правильно, но неприменимо для реальной жизни. Другими словами, эти моральные заповеди установили горизонт стремлений, отделив реальное от запредельного.
Естественное расстройство от подобно противоречивости, базирующейся, в сущности, на двойственности сознания человека – высшего и вместе с тем животного, вызвало появление второго замечательного свойства, отразившегося в возникновении церквей. В частности, в лице Христианской церкви была установлена связь несчастных народов с потусторонним счастливым и справедливым миром, персонифицированным в лице самого высокого, недостижимого, непонятного, но всемогущего, всепроникающего, всезнающего, вечного и нерушимого создателя всего, что есть, для того чтобы пострадав здесь, заслуженно вернуться к своему отцу там.
Таким образом, оба эти выстраданные свойства непосредственно проистекают из указанной двойственности человеческого сознания – как животного, так и высшего.
Действительно, раз невозможно вечное счастье в этом нестабильном и ужасном мире всего лишь выживания, но есть понимание этого непреложного факта, то само это понимание, означающее подспудное признание себя отличным от всего прочего именно вследствие осознания себя в мире, непременно ведет человека к признанию лишь частичного и временного присутствия его в реальности, поскольку самосознание было дано не природой, замкнутой на себе, а чем-то или кем-то иным.
И это есть доказательство присутствия этого иного как в потустороннем, так и в каждом человеке, и связи между ними, которая обозначается религией.
Так вера становится надеждой для каждого, хотя не все в этом признаются, что отличает ее, например, от науки с ее заморочками и явной недостаточностью.
Появление морали означает претворение ее норм в преобразование окружающей среды для вящей пользы всех, что так же может послужить для обретения счастья и покоя в потустороннем.
В значительной степени, поэтому человечество только и занимается всё время строительством и перестройками, что это нужно не только для какой-то там пользы, но главное – для посмертного обретения того, чего нет здесь.
В результате, мир меняется, становясь более комфортным, окультуренным, а люди – более порядочными, приобретая даже в некотором числе чувство собственного достоинства, а потустороннее, оставаясь по-прежнему загадочным и недоступным, тем не менее, как видите, влияет на развитие всего.
Кроме религии, другим способом отвлечения человека от бед и тягот жизни является отчасти их трансформация в комизм. Подобным отстранением от реалий в смехе человек освобождается от условностей бытия, инстинктивно ощущая их временность и несовершенство.
Таким образом. внешним выражением этого любопытного превращения несчастий и трагедий в отвлекающий от них комизм служит смех, животная составляющая которого проистекает от рефлексов, подобных реакции на почесывание, а сущностная составляющая определяется самосознанием в форме отношения к некоторым бедам и несчастьям как к абсурдности неожиданного происшествия с собой или предпочтительно с другими. Несуразность этого, выпадая из рамок известного порядка, вызывает непроизвольное веселье или ироническую ухмылку от того, что и «сверху» не удается уследить за порядком в «общежитии».
Поэтому первопричина смеха – это непроизвольное понимание несообразности, нелепости ситуации, тем не менее, воспроизводящейся в реальности в той или иной жизненной или искусственной форме. Этим интуитивным пониманием вызывается невольное превосходство над ситуацией, которое находит выход в бурной звуковой форме, подобной кашлю, или - в сотрясении всего тела, напоминающего судороги.
Удовольствие и удовлетворение от этого понимания не доходит до фиксации в уме как суждение, а немедленно переходит в облегчение через звуки, приносящие разрядку, бодрость и приток энергии от прорезавшейся в явном виде недостаточности бытия.
В противоположность этому отношению, стандартные беды, регулярно причиняющие страдания и огорчения, вызывают плач пострадавших и сочувствие окружающих.
Причем, в отличие от сожалений или огорчений от происходящих несчастий, часто вызывающих слезы, приносящих тем самым разрядку, но только в форме упадка сил и наступающей меланхолии, реакция на происходящее в виде смеха проявляется только от непроизвольного желания и умения выделить забавную сторону происшедшего или его абсурдность, перевести событие в необычное, а значит, интересное, что может вызвать при особенно нелепом и неправдоподобном сочетании его признаков, в частности, перенесением признака из одной сферы в совершенно иную, где его не должно быть, выражение в звуковой форме по крайней мере хмыкания.
Библиография
1. 1980. David Bohm, Wholeness and the Implicate Order, London: Routledge, ISBN 0-7100-0971-2.
2. Низовцев Ю.М. Всё и ничто. 2016. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.litres.ru.
3. Nick Bostrom. (April 2003). “Are You Living in a Computer Simulation” Philosophical Quarterly. 53(211): 243-255.
4. Низовцев Ю.М. Мироздание – голограмма в основе или матрица (критический обзор)? 02.11.21. Журнал «Топос». РФ.
5. Zohar Ringel, Dmitry Kovrizhin. Quantized gravitational responses, the sign problem and quantum complexity. “Science Advances”. http://advances. Sciencemag.orgcontent/3/9/e1701758
6. Прохоров А. Л., "Возникновение жизни на Земле" по материалам статьи Ричарда Монастерски в журнале National Geographic, 1998г.
7. Бейджент М. Запретная археология. Эксмо, Москва, 2004. ISBN 5-699-04989-4.
8. Марков А. В. Доказательства эволюции. 2010. [Электронный ресурс]. Режим доступа: evolbiol.ru (Проблемы эволюции).
