Для меня это было дико - слышать подобные нелепые слухи. Хотя бы потому уже, что добрая половина профессоров и доцентов мехмата во второй половине 1970-х годов были чистокровными евреями. Мало того, на мехмате даже были целые кафедры, целиком и полностью состоящие из евреев. Кафедра дифференциальных уравнений, например, как и кафедра теории функций... Много было евреев и среди студентов, моих ровестников. Как тех, кто носил чисто еврейские фамилии: Юсин, Юнус, Арнольд, Гельфанд, Шахрай, Чулаевский, Тумаркин, Альтшулер, Неретин, Пинчук, Жигинас и, кажется, кто-то ещё. Разве ж всех их упомнишь, сохранишь в голове из-за их обильности?! Так и тех, у кого фамилии были прибалтийскими, польскими, украинскими и даже русскими, про которых никто не думал и не гадал, что в действительности они - евреи: это уже потом выяснилось.
Со мной, например, на первых двух общеобразовательных курсах в группе учился Ян Рачинский - невысокий, худенький, сутуловатый паренёк с густой шевелюрой огненно-рыжих волос на маленькой головке. Студент весёлый, добродушный, покладистый. Так вот, все думали, и я в том числе, что он - обрусевший поляк. И все пять студенческих лет он и был для нас рыжеволосым весельчаком-“поляком”… А буквально пару лет назад я увидел Яна на одном из политических ток-шоу на ЦТ - и не узнал его. На стуле перед телекамерами уже сидел матёрый, заметно лысеющий, упитанный и высокомерный еврей с огромными густыми усищами, как у С.М.Будённого, активный член какой-то столичной правозащитной организации - абсолютно нетерпимый уже к чужому мнению и инакомыслию человек, готовый оппонента разорвать на части. С пеной у рта он поливал грязью “тирана-Сталина” - главная у правозащитников песня, достаточно примитивная, надо заметить, пошлая и заезженная, от которой нормального, думающего россиянина уже порядком тошнит. Но которую они, правоверные иудеи-правозащитники, всё крутят и крутят без продыха и остановки: так их всех круто муштруют и настраивают, вероятно, в синагогах на определённую волну, выгодную Сиону.
Мне было удивительно, дико даже всё это со стороны наблюдать. И видеть воочию, убеждаться, как от прежнего юношеского добродушия, покладистости и романтизма моего рыжеволосого однокашника не осталось уже и следа: будто из человека всё шприцем взяли и выкачали его теперешние наставники-кураторы… Я, помнится, смотрел на экран с ядовитым прищуром глаз и с грустью и ужасом думал: «Господи! Что же такое произошло за эти годы с нашим худеньким “поляком”-Яном? И почему произошло?... Может, его подменили вообще, или зомбировали злые люди?!...»
И сам я целых четыре года, как оказалось, что меня повергло в глубокий шок, жил в одной комнате с двумя евреями: одним с прибалтийской фамилией, жителем Западной Украины, другим - с русской фамилией, жителем Зеленограда. Я и помыслить, и представить себе не мог, что мои приятели по общаге - евреи: настолько они были не отличимые от нас, русских парней, по повседневному поведению. А я ведь с ними обоими общался достаточно плотно в течение 4-х долгих студенческих лет, неоднократно ходил в походы на байдарках, на слёты КСП ездил, дружил, ежедневно ужинал за одним столом, пьянствовал и на танцы бегал, часто и откровенничал даже по разным сугубо-личным вопросам. Да мало ли ещё чего между нами в ту пору было! И ни разу ни один из них не заикнулся мне про свои еврейские корни, ни разу! Все мы были тогда советскими - и не тяготились этим.
В советские годы, помнится, или во времена моей юности - правильнее сказать, в Москве значился всего лишь один официальный еврей - Иосиф Давидович Кобзон, кто не скрывал своей национальности никогда, русского из себя не корчил. И за это ему честь и хвала - за такую его открытость и прямоту, и почитание предков!... Тогда ведь даже и всесильный и многолетний Председатель КГБ СССР Ю.В.Андропов (Либерман) про своё еврейское происхождение запрещал кому бы то ни было упоминать под страхом смерти: ни журналисты про то не писали, ни публицисты, ни писатели-сатирики, евреи по национальности, ядовито высмеявшие в 1990-е годы всех членов Политбюро, всё их грязное бельё на читателей разом вывалившие и порочащие связи. Всех в дерьме тогда извозили, всех - кроме Андропова! - про еврейское происхождение и многочисленные болезни которого они, разумеется, знали, но язык за зубами держали плотно, рот свой закрыв на замок… Первый секретарь Краснодарского крайкома партии С.Ф.Медунов однажды про это по глупости или по пьяному делу где-то там ляпнул - так потом расхлёбывал всю свою жизнь градом посыпавшиеся на него проблемы… В 2000-е годы уже мужественный Валерий Легостаев, бывший ответственный работник ЦК и помощник Е.К.Лигачёва, открыто о том сообщил в газете «Завтра». И это стоило ему жизни… А ведь сколько уже псевдо-исторической макулатуры к тому времени вышло из-под пера волкогоновых и радзинских, суворовых-резунов, антоновых-овсеенко и разгонов, которых громко объявили на всю страну патентованными правдолюбами и правдоискателями.
Но даже и после легостаевского биографического открытия на таком, казалось бы, архи-важном историческом факте мало кто заострил внимание - чтобы русские люди смогли поточнее понять для себя пред’перестроечную эпоху: кто там в действительности всем верховодил и заправлял, дёргал за ниточки и верёвочки; кто людей на ключевые места выдвигал - тех же Горбачёва с Ельциным, Гайдара, Явлинского, Козырева, Бурбулиса, Шахрая, Шохина и Чубайса, главных деятелей-разрушителей второй половины 1980-х и лихих 90-х годов, бесов-застрельщиков перестройки…
10
А про еврейство своих закадычных университетских дружков я уж потом узнал, спустя многие десятилетия, когда они оба опубликовали на своих страничках в Интернете биографии родных отцов, дедов и прадедов - Абрамов, Исааков, Яковов и Иосифов, - тем самым как бы сознательно выпятив напоказ своё природное еврейство, которое раньше они почему-то упорно скрывали. И, знаете, их обоих можно понять: быть евреем при Ельцине и при Путине стало модным, престижным и очень выгодным. Ведь евреи вновь стали правящим классом в России, какими были с Октября Семнадцатого и до середины 1930-х годов, а потом с 1954-го по 1964 год - при Хрущёве.
---------------------------------------------------------
(*) Историческая справка. Про это, к слову, не только русские писатели-патриоты писали и пишут, слагая за правду головы, лишаясь работы и заработков, или просто покоя, - про засилье евреев в СССР в 1920-е и 30-е годы. Про тотальную власть над покорённой Россией активно, гордо и самонадеянно рассказывали и они сами, кичась этим. Вот что, например, с самодовольным торжеством победителя писала местечковая иудейка Аделина Адалис после коллективизации, в 1934 году, когда положение советских местечковых функционеров-евреев многократно упрочилось; казалось, что навсегда: «Мы чувствовали себя сильными, ловкими, красивыми. Был ли это так называемый мелкобуржуазный индивидуализм, актёрская жизнь воображения, “интеллектуальное пиршество” фармацевтов и маклеров? Нет, не был. Наши мечты сбылись. Мы действительно стали “управителями”, “победителями”, “владельцами шестой части земли”» /А.Адалис, 1934 г., из книги “Воспоминания о Багрицком”/…
О том же самом по сути рассказывал писателю С.Ю.Куняеву в приватной беседе и композитор Г.В.Свиридов – о тотальной власти евреев в Советской России в первые 20-ть лет советской власти.
«… - о Горьком не говорите ничего плохого, - твёрдо сказал он мне, когда я поделился с ним мыслями о том, что Максим Горький не любил и не знал русского крестьянства, а потому не желал спасать в 30-е годы ни Николая Клюева, ни Павла Васильева, ни Сергея Клычкова…
- Всё гораздо сложнее, всё не совсем так, - горячо возразил мне Свиридов. - Я помню те времена! До Первого съезда писателей, до 1934 года русским людям в литературе, в музыке, в живописи не то чтобы жить и работать - дышать тяжело было! Все они были оттеснены, запуганы, оклеветаны всяческими авербахами, бескиными, лелевичами, идеологами РАППа, ЛЕФа, конструктивистами… А приехал Горький, и как бы хозяин появился, крупнейший по тем временам русский писатель… Конечно, сразу всё ему поправить не удалось, но даже мы, музыканты, почувствовали, как после 1934 года жизнь стала к нам, людям русской культуры, поворачиваться лучшей стороной… Во время войны в эвакуации, когда на каком-то плакате я встретил слова “Россия, Родина русских”, у меня слёзы потекли из глаз…»
---------------------------------------------------------
[justify]Поэтому-то сейчас все дружно вдруг “обернулись”, подсуетились и “переобулись в воздухе”, поменяли фамилии в паспортах и стали в ту же секунду абрамовичами и рабиновичами - “чистокровными евреями” и “правоверными иудеями”, одним словом, хозяевами жизни, кто раньше ими никогда и не был-то, кто от еврейства открещивался как от чумы… А самым “русским” в новой пост-перестроечной России вдруг сделался всё тот же Иосиф Давидович Кобзон, представляете! Человек, который богатырём был, богатырём и остался, и который один за русских и за советское славное прошлое теперь насмерть бьётся, песни советские с эстрады поёт,