Александр Леонидович понимал прекрасно, прожив долгую и насыщенную во всех смыслах жизнь, что за проектом стояли серьёзные люди - руководители среднеазиатских республик, в первую очередь, люди хитрющие и капитальные. Они наверняка уже с потрохами купили работников ключевого Министерства водного хозяйства и водных ресурсов СССР, как и руководство Института водных проблем АН СССР: чтобы те составили положительные заключения по проекту и передали их “наверх”, в правительство. А союзных министров, - их голыми руками и лужёными глотками не возьмёшь: они, как и судьи в судах, потребуют доказательств. А поскольку сторонники проекта опирались на расчёты и цифры, пусть даже и дутые и сомнительные, - то их и надобно было цифрами же и перебить; доказать Президиуму АН СССР, Правительству и Политбюро, что расчёты, им представленные, неверные. А попросту - липовые! Не будет цифр - не будет и разговора. И итоговой победы, что гораздо важней…
И академик-геолог Яншин решил обратиться за помощью к академику-математику Л.С.Понтрягину - Патриоту, Рыцарю и Бойцу, человеку Правды, Долга и Чести! - чтобы тот подыскал ему подходящую кандидатуру из числа крупных столичных математиков, кто взялся бы проверить правильность и обоснованность научных прогнозов (с точки зрения математических моделей и методов, главным образом), положенных в обоснование данного сомнительного проекта. Выбор тогда и пал на К.И.Бабенко, друга и соратника покойного М.В.Келдыша, ключевого специалиста Института прикладной математики АН СССР и профессора-совместителя мехмата МГУ, большого учёного и патриота страны, высочайшие профессиональные навыки которого у руководства Академии наук СССР не вызывали никогда сомнения.
Константин Иванович набрал группу математиков из сотрудников своего отдела и кафедры ОПУ. В эту группу как раз и вошёл мой Учитель, Ю.М.Свирежев, в патриотизме и профессионализме которого уже и сам Бабенко не сомневался…
5
Несколько лет работала группа, испытывая жесточайшее сопротивление и противодействие со стороны работников соответствующих институтов и министерств, получавших солидную мзду и “откаты” за положительные решения вопроса. Но, не смотря ни на что, выстояла, всё дотошно проверила и вынесла авторитетное заключение: в проекте имеются многочисленные факты грубых ошибок и сознательных перегибов, допущенных при разработке всей проектной документации.
Хорошо, правильно, молодцы! Отлично поработали люди! А дальше-то что? Что с этим экспертным заключением делать? Кому и как реально, а не с карандашом и цифрами в руках остановить теперь могучую государственную машину, уже было готовившуюся реализовать проект, копившую для этого ресурсы и силы? И что, наконец, делать с товарищами, сторонниками “переброски сибирских рек”? - которые сдаваться-то не собирались, разумеется, и уже подсчитывали барыши - огромные по советским меркам деньги!... А руководители государства, члены всесильного Политбюро, все до единого впали в маразм. И им уже было всё до лампочки и до фени!...
6
И тут, как теперь представляется, в дело тогда вмешался Сам Господь Бог - а по-другому и не поймёшь и не объяснишь ситуацию, - Решивший уберечь Матушку-Россию от Большой беды и Глобальной экологической катастрофы. Осенью 1982 году умирает Генеральный секретарь партии Л.И.Брежнев, недееспособный, тщедушный, больной человек, многократно просивший об отставке. И вместо него по очереди страной правят несколько лет такие же больные, нетрудоспособные и недееспособные старцы - Ю.В.Андропов и К.У.Черненко, - которых Отец Небесный быстро забирал к себе - от греха и беды подальше.
А весной 1985 года в Кремль на правах хозяина въехал уже относительно молодой и здоровый М.С.Горбачёв - краснобай-златоуст ставропольский! - и ситуация в стране поменялась самым решительным и кардинальным образом. Генсек Горбачёв с первых же властных дней позиционировал себя не только как демиург-реформатор, но и как сугубый и законченный либерал и демократ, выходец из народных глубин, для которого-де “глас народный был Гласом Божьим; боль и скорбь народная - его болью и скорбью”, именно так. Помните у Леонида Филатова знаменитое четверостишье: «Мажу утром бутерброд, и к окну - как там народ?! И икра не лезет в глотку, и коньяк не льётся в рот». Это будто бы про молодого советского лидера всё и было написано, про “нашего дорогого Михаила Сергеевича” - “уж так он, сердобольный, беды и нужды народные близко к сердцу всегда принимал, так тревожился и печалился”. Правда-правда! Без подковырок и шуток!…
7
Приход Горбачёва в Кремль патриоты страны с огромной надеждой встретили - и оживились на первых порах, духом воспряли и встрепенулись; и приготовились дать сторонникам проекта бой - последний, решительный и без-компромиссный. Члены комиссии Бабенко ещё раз тщательно проверили результаты своей работы и дружно ещё разок подписались под ними, готовые головой отвечать за их точность, правильность и надёжность.
В конце 1985 года, на основе данного экспертного заключения и по настоятельной просьбе академика Понтрягина, курировавшего и опекавшего группу Бабенко в Академии наук, было принято постановление Бюро Отделения математики АН СССР «О научной несостоятельности методики прогнозирования уровня Каспийского и солёности Азовского морей, использованной Министерством водного хозяйства СССР при обосновании проектов переброски части стока северных рек в бассейн Волги». Это ключевое и архи-важное постановление математиков поддержали 5 естественно-научных Отделений АН СССР, следом же подготовившие собственные отрицательные заключения целесообразности вообще всех планируемых проектов, нарушающих сложившуюся тысячелетиями экосистему Сибири.
Далее, в феврале 1986 года, группа известных советских академиков (Д.С.Лихачёв, Г.И.Петров, Л.С.Понтрягин, В.Л.Янин, и др.) подписала подготовленное академиком Яншиным письмо в ЦК и в Президиум ХХVII съезда КПСС «О катастрофических последствиях переброски части стока северных рек». Неугомонный Лев Семёнович Понтрягин, не ограничившись этим, написал ещё и личное письмо Горбачёву с критикой проекта и с требованием его немедленной приостановки. Суть и претензии этих писем заключались в следующем. Осуществление проекта “Поворот сибирских рек” вызовет на просторах нашей страны следующие катастрофические последствия:
“- затопление сельскохозяйственных и лесных угодий водохранилищами;
- подъём грунтовых вод на всём протяжении канала с подтоплением близлежащих населённых пунктов и автотрасс;
- гибель ценных пород рыбы в бассейне реки Оби, что приведёт, в частности, к нарушению традиционного образа жизни коренных малочисленных народов Сибирского Севера;
- непредсказуемое изменение режима вечной мерзлоты;
- повышение солёности вод Северного Ледовитого Океана;
- изменение климата, изменение ледового покрова в Обской губе и Карском море;
- формирование на территории Казахстана и в Средней Азии вдоль трассы канала массивов болот и солончаков;
- нарушение видового состава флоры и фауны на территориях, по которым пройдёт канал”...
Горбачёв занервничал и заволновался, получив подобные авторитетные послания, лысину зачесал: проблемы и шум в государстве были ему ни к чему в первый же год правления. Он стал по очереди вызывать кремлёвских советников и экспертов, чтобы за их научно-обоснованное мнение спрятаться и умыть руки, - но и там, в его научно-экспертной среде, не было единодушия, и там царили смятение и раздрай, доставшиеся от предшественников.
Михаил Сергеевич пригорюнился, не зная, что и предпринять; даже и супругу, незабвенную Раису Максимовну на помощь призвал, главного своего душеприказчика и советчика, что делал потом всегда в течение 7 лет, пока государством правил… Видя это, к нему опять зачастили в Кремль лукавые средне-азиатские лидеры с дорогими подарками и коньяками, доказывая своё, упорно перетягивая чашу весов на свою сторону...
8
[justify][font="Times New