Крах операции Асгард. Военные приключения.

солдаты, гремя оружием стали покидать транспорт, быстро выстраиваясь в цепь. — Нах форн! (Вперед) — махнул он рукой, и стал молча, сложив руки на груди, наблюдать, как солдаты, бегом стали окружать дом.
    — «Этого еще не хватало!» — Сашка от волнения стал покрываться потом. — «Меня значит ищут.» — он крепко сжал автомат. — «Интересно! Кто мог знать что я в доме?» — стал гадать он, но не находил никакого ответа. — « Может пацан, Арво, кому-нибудь проговорился? Или… Может когда выходил с мальчуганом за его трофеями, кто-то видел? Да нет. Не должны. Я все посмотрел. Что ж тогда?
   Три немецких солдата вошли в дом, и минут через пять на улицу, под конвоем вывели Илту, в накинутой на плечи вязаной кофте, и толкая грубо ее в спину, подвели к офицеру, который о чем-то ее спросил. Но спросил тихо, и морпех вопроса не слышал.
    Илта улыбнулась, кивнула в ответ головой, а фашист размахнувшись ударил ее в лицо, сбив девушку с ног, потом пнул ногой обездвиженное тело, и посмотрев на сопровождающих ее солдат, указал рукой на кузов автомобиля.
  Немцы подняли под руки девушку и потащили к машине. Доставив ее к цели, затащили в кузов, на пол и смеясь, расселись на скамейках.
   Офицер поправил перчатки на руках, и заложив руки за спину, не спеша пошел к дому, из которого вывели Илту. Постучав подошвами сапог о деревянное крыльцо, он вошел вовнутрь, толкнув ногой дверь.
        Сашка лежал за камнем сам не свой. Крепко сжав в руках автомат, он гадал, что же ему делать дальше. Открыть свое местоположение очередью? Или затаится?
  Морпех разжал руки, опустив оружие на землю, и обхватил голову ладонями, тихо застонав от бессилия.
  —И-и-и-лта! Кто же предал? Девочка моя! С-с-суки! — морпех посмотрел вниз на машину, где лежала избитая девушка, и принял решение. Он взял автомат, положил палец на спусковой крючок, стал ждать, когда из дома выйдет офицер, чтобы выполнить поставленную перед собой задачу без промаха.
  Бить по солдатам он посчитал излишним. Начать он решил с офицера. А дальше как карта ляжет. Хотя он полностью осознавал, что счет не в его пользу. Примерно около двадцати фашистов, против него одного.
  И шансов на жизнь почти не было. Да что там почти? Вообще не было. Но и бросить Итлу он не мог. Перестал бы себя уважать.
  Вообще то этот нелепый поход за трупом фашиста, был испорчен с самого начала. И Сашка это прекрасно понимал, в наступившую, тяжелую минуту.
  Сколько ошибок он допустил во время исполнения задачи? Море ошибок. Правильно Аманжол говорил, что морпех везучий. Но сколько может везти? Всему приходит конец. Значит и здесь, в селении, был допущен какой-то промах, который будет стоить жизни любимой девушки, и наверное скорей всего и его жизни.
  «Смерть не страшна. Умирать страшно.» — с грустью подумал Сашка, и направил автомат на дверь дома, откуда должен был вот-вот появится немецкий офицер.
 
***

       Специальное подразделение «Саламандра», судя по всему потеряла уже троих своих членов.
    Оберштурмфюрер СС Август Залеман понимал, что ставит под удар, выполнение поставленной ему секретной задачи, и поэтому сбавил свой быстрый шаг, и поднял вверх руку, давая сигнал, всем впереди идущим, к остановке.
— Позови ко мне, шарфюрера Отто Дитца. — отдал он приказ стоящему рядом с ним, диверсанту. Тот развернулся от него и молча подняв вверх руку сделал ей круговые движения над головой.
  Залеман сделал шаг в сторону, и сняв с плеч вещмешок аккуратно положил его на камни. Задумчиво потер подбородок и стал обдумывать дальнейшие свои действия, в ожидании, когда к нему подойдет шарфюрер Дитц. — «Да! Операция на грани срыва! Два бойца, Бахман и Краус, посланные в селение на розыск Унтерфюрера Ганса Штольца, найдены убитыми. Да нет. Конечно задание спецгруппа выполнит. Профессионалы они от Бога. Но как объяснить руководителям «ордена» эти потери?» — Август Залеман повернул голову и посмотрел туда откуда они пришли. — «Рисковать на начальном этапе нельзя. Придется немного подкорректировать план. Но в Берлин пока не докладывать. Есть еще немного времени и…»
   — Оберштурмфюрер! — Услышал Залеман, и повернулся к подошедшему Дитцу. — Отто! Подойди поближе и слушай внимательно что я сейчас буду говорить.
    Шарфюрер кивнул головой, сделал еще шаг вперед, сократив дистанцию с командиром до минимума.
  — Я слушаю оберштурмфюрер!
  — В селение мы не пойдем! — Август Залеман внимательно посмотрел на шарфюрера. Но тот не проявил никаких эмоций, как было и положено психологически натренированному бойцу. И не задал никакого вопроса. — Мы разворачиваемся, и идем назад. Ты… сейчас, пока мы находимся здесь, на этой стоянке. Выйдешь на связь с командиром разведывательного батальона Фридрихом Заукелем… Сообщишь ему что мы находимся в квадрате «С». В селение, где погибли наши товарищи мы не пойдем. Мы не айнзатцкоманда чтобы заниматься черной работой недостойной нас. Для этого есть другие службы. Мы находимся здесь для другой работы. — он сжал и разжал кулак руки, словно делая упражнение для пальцев. — Мне кажется что унтерфюрер Ганс Штольц тоже никогда уже не будет в наших рядах.
  — Почему Август? — Отто Дитц поправил ремень автомата, висевшего на плече.
  — Потому что Отто, прошло очень много времени, с тех пор как Ганс ушел встречать перебежчика. И ты очень хорошо… — Залеман чуть повысил голос. — …знаешь, что Штольц очень аккуратный и опытный боец. И не позволит себе заставлять своих товарищей думать плохо о нем. Не так ли Отто? — он подошел к шарфюреру и положил ему ладонь на плечо. — Через два дня у нас радиосвязь с Берлином. Я доложу что наш спецотряд «Саламандра» несет потери. Но это через два дня! — не повышая голоса сказал он. — А пока мы идем в квадрат «С». Туда где мы обязаны находится. И как только мы прибудем туда, ты Отто, возьмешь командование «Саламандрой» на себя, и отряд пойдет выполнять вторую задачу. — он снял ладонь с плеча шарфюрера, и сделал шаг назад, глядя диверсанту в глаза. — Иди к радисту Отто. Делай что я сказал. — Дитц кивнул головой, но остался стоять на месте.
  — Отто! Ты не понял приказа? — Залеман едва сдерживая в себе гнев, отступил на шаг назад и сжал зубы.
   — Держите себя в руках оберштурмфюрер! — отчеканил Дитц. — Я понял приказ. Но мы не можем уйти пока не заберем убитых наших товарищей. — и чуть подался вперед. — И мы не можем уйти пока не выясним точно, что с унтерфюрером Гансом Штольцем. На это есть веские причины.
  — Веские причины? — эсэсовец подался вперед и пристально посмотрел на Дитца. — Ну говори Отто! Я внимательно тебя слушаю. — и нервно сжал кулаки, словно готовясь к боксерскому поединку.
  — Август! — шарфюрер поправил ремень висевшего на плече автомата. — Штольц должен был встретить перебежчика с секретными бумагами. И кроме того… — Дитц на секунду замолчал, закусив нижнюю губу, словно раздумывая стоит ли ему продолжать этот разговор. Но Залеман был начеку и прикрикнул на подчиненного, нарушая все традиции подразделения. — Что замолчал?! Продолжай!
   — У Штольца… В общем у Штольца была карта района в котором мы должны были выполнить наше задание. И еще документы…
  — Значит и ты об этом знаешь? — Залеман чуть покачал головой. — Ладно! — он внимательно посмотрел на Дитца. — Мы идем в поселок. — и мгновенно приняв решение заговорил уже приказным тоном. — Шарфюрер! Разделите группу на две части. Первая под вашим командованием идет в квадрат «С». К тайнику. Вторая пойдет со мной в селение. —  Оберштурмфюрер Август Залеман поправил на голове кепи с вышитой на ней ящерицей, и указал пальцем в сторону радиста спецподразделения. — Он пойдет со мной. Там, на месте, вас должен встретить командир горного разведбатальона Фридрих Заукель со своими бойцами. Сразу же свяжитесь с нами. И ждите! Нас ждите! Вы правы Дитц! Надо все выяснить! За гибель наших бойцов должен быть получен ответ. Ладно. Этот вопрос будет решен. — и Август Залеман словно согласившись с собой, кивнул головой. Потом посмотрел на наручные часы, и тихо проговорил. — Смерть врагам Рейха!
  Отто Дитц выслушав приказ остался стоять на месте, что вызвало удивление у Залемана, и тот с некоторым непониманием ситуации посмотрел на шарфюрера.
  — Мой друг! Я разве что то сказал непонятное? Вы идете в квадрат»С».
 — Господин оберштурмфюрер! — Дитц сделал вперед шаг. — Я должен остаться здесь.
  — Здесь? — Залеман пожал плечами, и пристально, словно что то обдумывая посмотрел на шарфюрера. — Хорошо Отто. Ты остаешься со мной. Реши кто пойдет В квадрат «С», а мы будем находится здесь. И ожидать… — Он закусил губу и отвернулся от шарфюрера.
  — Я уже решил. — Дитц кивнул и повторил. — Я уже решил. В квадрат «С» пойдет роттенфюрер Лоренц со своей пятеркой.
  — Отлично. — не оборачиваясь, сквозь зубы, проговорил Залеман и сжал кулаки. — И запомни Дитц, это первый и последний раз я позволил тебе обсуждать мой приказ. Все иди… — он резко обернулся и посмотрел в глаза шарфюрера. — …иди мой друг. Хайль!

2 ГЛАВА[b]

[/b]

             Время словно остановилось. Сашка, крепко сжав в руках направленный на выход из дома, автомат, с некоторой тревогой ожидал, когда выйдет немецкий офицер, ударивший Илту, чтобы меткой очередью, расставить все по своим местам.
  Беспокоился он не за себя. По поводу своей судьбы он решил твердо. Даже поставив на карту свою жизнь, он однозначно был готов, дать бой и это не обсуждалось. Беспокоился он за пацаненка. За брата Илты. Совершенно не зная где он, и что с ним.
  Хорошо если мальчишка поутру ушел как всегда куда-нибудь. А если нет? Если он в доме? Не будет ли Сашкин выстрел приговором и для Арво.
  То что фашисты не отпустят девушку было однозначно. Это стало понятно когда эсэсовец ударил ее.
    Сашка зябко повел плечами, и еще крепче сжал автомат не отрывая взгляда от входа в дом, в ожидании врага.
   — «А может и в этот раз повезет?» — нерадостно усмехнулся он. — «Говорил же Аманжол что я фартовый. Да и старый кинжал друга со мной. А казах баял что этот кинжал дедом заговоренный. Удачу приносит. Ладно. Что будет то и будет.» — и морпех увидев что из дома вышел немецкий солдат, зашедший туда с офицером, положил палец на спусковой крючок. И не ошибся. Следом за солдатом, на крыльцо вышел эсэсовец, держа в руках, разведчика аж прошиб пот от увиденного, вещмешок Аманжола.
  — «Арвооо. Пацан. Что ж ты не сказал, что кроме ножа, ты и «сидор» Амана нашел?» — Сашка аж застонал от негодования. Там все что они у убитого фашиста нашли. Папка деревянная, с документами важными. И нашивки с масккамуфляжа диверсанта. Если Амана взяли живым, но подстреленным, то эта находка может решить судьбу друга, однозначно негативно.
  Но сейчас перед Сашкой стояла другая задача. Офицер вышел из дома и морпех его ждал. А тот словно мишень на стрельбище стоял открытый, в полный рост, ничем и никем не защищенный. Как будто сам предлагая морпеху себя для расправы, словно насмехаясь и над Сашкой, и над своей судьбой.
  Все это длилось мгновения, те, за которые все надо было успеть.
  Сашка поймал на мушку голову эсэсовца, но передумав, чуть-чуть опустил дуло автомата, переместив прицел в область живота немца.
   — «Ты у меня сука не